Помни меня - Фири Макфолен

Тони – жилистый мужчина, окутанный клубами табачного дыма. Он заядлый курильщик: прикуривает одну сигарету от другой. С Тони можно ладить, если правильно с ним обращаться, а именно: считать его божеством, игнорировать приставания и почаще напоминать себе, что главное – это мое жалованье.

Сегодня не особенно много посетителей, и, доставив тарелки с основным блюдом на все столики, я рассматриваю свое отражение в нержавеющей стали кофемашины.

С другого конца зала доносится голос:

– Извините? Извините!..

Меня зовет мистер Кит, и я изображаю умеренную заинтересованность. Мне хорошо известно, что будет дальше. Он берет вилку и роняет ее в застывшую карбонару цвета дрожжей.

– Это несъедобно.

– Простите, что с ней не так?

– А что с ней так? У нее вкус немытых ног. И она чуть теплая.

– Хотите что-нибудь другое?

– Нет. Я выбрал карбонару, потому что хотел именно это блюдо. Да, карбонару, но только съедобную.

Я открываю было рот и снова закрываю. Есть только один способ исправить положение: уволить Тони, сменить всех поставщиков и снести «Это Amore!» с лица земли.

– Очевидно, тарелка с карбонарой долго стояла, пока вы готовили ризотто для моей жены.

Я бы не стала делать такие смелые выводы: истина еще хуже.

– Мне попросить на кухне, чтобы вам приготовили другую?

– Да, пожалуйста, – отвечает мужчина, передавая мне тарелку.

Я объясняю ситуацию Тони, который не обижается, когда посетители говорят, что его стряпня отвратительна. Лучше бы он воспринимал это как личное оскорбление: возможно, тогда улучшилось бы качество.

Он берет сумку с наструганным пармезаном, добавляет немного сыра в карбонару, размешивает ее и ставит в микроволновку на две минуты. Когда слышится сигнал, Тони вытаскивает тарелку.

– Сосчитай до пятидесяти и отдай ему. Рот ощутит тот вкус, который подскажет уму. – И он стучит себя по лбу.

Если бы все было так просто, у «Это Amore!» была бы Мишленовская звезда, а не критические комментарии в TripAdvisor.

Но дело в том, что если я начну спорить с Тони, то он заменит карбонару другим блюдом, которое будет ничуть не лучше.

Я морщусь от смущения. Пока что моя жизнь – это бесконечная борьба с собственными нервами.

* * *

Подождав немного для создания иллюзии, я прохожу с мерзкой пастой через вращающиеся двери.

– Пожалуйста, сэр, – говорю я, снова изображая глупую улыбку. – Приношу свои извинения.

Мужчина изучает тарелку, а я радуюсь тому, что на пороге показалась пожилая чета, которую нужно поприветствовать и усадить.

Как только я покончила с этим, мистер Кит снова манит меня с роковой неотвратимостью. Я должна уволиться. Должна уволиться. Только сначала надо уплатить квартплату за этот месяц. И взять билеты, чтобы провести неделю на Крите с Робином, если удастся его уговорить.

– Это то же самое блюдо, которое я отослал на кухню.

– О нет! – Я изображаю удивление, энергично мотая головой. – Я попросила шеф-повара заменить его.

– Это та же самая тарелка. – Мужчина указывает на трещину на фарфоре с узором. – Я уже видел эту трещину.

– Гм-м… Может быть, он приготовил новую карбонару и использовал ту же самую тарелку?

– Значит, он приготовил другую пасту, выбросил прежнюю в мусорное ведро, вымыл тарелку, вытер ее и снова использовал? Почему бы не взять другую тарелку? У вас мало тарелок?

Весь зал уже слушает. Мне нечего сказать.

– Давайте будем реалистами. Это та же самая карбонара, только подогретая.

– Я уверена, что шеф-повар приготовил другую.

– Уверены? Вы видели, как он ее готовил?

Быть может, клиент прав, но в данный момент я ненавижу его.

– Не видела, но… я уверена, что он приготовил новую.

– Позовите его сюда.

– Что?

– Позовите шеф-повара. Пусть он объяснит сам.

– О… В данный момент он очень занят у плиты.

– Не сомневаюсь, учитывая его странную привычку одновременно мыть посуду.

Моя глуповатая улыбка становится широкой, как у Джокера.

– Я подожду здесь, пока у него найдется несколько свободных минут, чтобы побеседовать со мной. Пусть объяснит, почему мне подали те же самые помои и солгали насчет них.

Я отправляюсь обратно на кухню и говорю Тони:

– Он хочет с вами побеседовать – тот клиент с карбонарой. Говорит, что это та же самая, потому что она на той же тарелке.

Тони сейчас в процессе поджаривания утиной грудки, которую переворачивает щипцами. Я сказала «утиная», но если недавно был ограблен какой-нибудь зоомагазин, то жариться может и попугай.

– Что? Скажи ему, чтобы отвязался. Тоже мне детектив… – Он делает паузу. – Тарелка?

В битве умов между детективом Тарелкой и Тони я бы поставила деньги на первого.

– Ты обслуживающий персонал, вот и разбирайся с этим. Это не моя сфера.

– Вы дали мне то же самое блюдо! Что прикажете делать?

– Очаруй его. Вот какой ты должна быть – очаровательной. – Он с вызовом осматривает меня с головы до ног.

В этом весь Тони: он соединяет в одном распоряжении пассивную агрессию, хамство на рабочем месте и сексизм.

– Я же не могу ему сказать, что его собственные глаза плохо видят! Нам следовало поменять тарелки.

– Черт бы побрал эту утку! – восклицает Тони, снимая с плеча посудное полотенце и швыряя его на пол. – Эта долбаная утка превратится в угли.

Какое лицемерие – винить клиентов в плохом качестве стряпни!

Он выключает газ под сковородкой и театрально врывается в зал через вращающиеся двери.

– Который?

Не думаю, что агрессивное поведение поможет делу.

Я протискиваюсь мимо Тони и веду его к столику, дипломатично издавая умиротворяющие звуки.

– В чем проблема? – низким голосом произносит Тони, уперев руки в бока. На нем китель шеф-повара, отнюдь не блещущий белизной.

– Вот эта проблема, – отвечает мистер Кит, берясь за вилку и с отвращением роняя ее. – Неужели вы считаете, что это можно есть?

Тони смотрит на него свысока:

– Вы знаете, что входит в карбонару? Это традиционный итальянский рецепт.

– Яйца и пармезан, не так ли? А это по вкусу как плавленый сыр, протертый через пояс рестлера.

– Ах простите, не знал, что вы ресторанный критик.

Наверное, Тони совсем очумел от своей последней сигареты, если так хамит клиенту.

– Не обязательно быть А.А. Джиллом[19], чтобы понять, что это гадость. Однако раз уж вы подняли этот вопрос… Я действительно пишу сегодня статью о вашем ресторане для «Стар».

Тони, и так уже бледный от своего меню, состоящего из сигарет и