Лилия на ветру - Марина Анатольевна Кистяева

Марат нелицеприятно выругался, отчего у Лии вспыхнули и уши огнем.

— Ты спрашиваешь — знаю ли я её?! — парень завелся с пол-оборота. — Эту девушку мой брат должен был привести через три месяца в свой дом! И ты спрашиваешь — знаю ли я её!

— Твою ж.

Краем глаза Лия видела, как Родион подхватил отброшенное им же полотенце и вернул его на место. То есть на бедра.

Дальше началась какая-то вакханалия. Мужчины о чем-то говорили, перейдя сразу на повышенные тона. Лия судорожно свела полы пальто. Как оказалось, вовремя, потому что напротив неё встал Марат.

— Звони, — потребовал он, нависая над ней грозной тучей.

Кому — спрашивать не имело смысла.

Лия знала.

Слезы сорвались с глаз. Вполне ожидаемо.

— Я на девичник приехала, Марат, — негромко прошептала она, проводя пальцами по экрану телефона. Надо же, а на экране оказалось несколько трещин. От чего они образовались — от удара о пол или о голову?

— Лия-я-я… Говорить будем с твоим отцом. Не с тобой. А ты…

Кажется, не только у неё сегодня внезапно закончились слова. Всхлипывая и чувствуя себя предательницей, Лия набрала отчима. Пока шли гудки, она размазывала слезы по лицу и пыталась собраться.

За свои поступки надо платить. Так тоже говорила мама.

Гудки шли бесконечно долго. Один, второй. Марат продолжил стоять рядом с кроватью. Его знакомый, к которому она попала в комнату, вышел, чтобы через некоторое время вернуться в домашних штанах и футболках.

— Лия? Что случилось, дорогая?

Услышав ласковое обращение, девушка всхлипнула.

— Папа Ринат, — начала она, но продолжить не смогла.

У неё перехватили телефон.

— Ринат Давидович, добрый вечер. Марат Шавидов вас беспокоит. Да, случилось. Вы бы не могли подъехать. Да, прямо сейчас. Адрес…

Адрес Лия запомнила. Именно его называла Диана.

Съежившись на кровати и дожидаясь, пока закончится разговор, она пыталась сопоставить, сложить вместе несоединимое.

Если она попала в другой дом, то почему калитка оказалась открытой? И окно! Слишком много совпадений, от которых шла кругом голова.

— Можно мне воды, — негромко попросила она, когда Марат вернул её телефон.

Она сжала его в тонких пальцах.

— А вот теперь я требую объяснений, — холодный голос прошелся ознобом по позвоночнику Лии и заставил девушку посмотреть на его обладателя.

В одежде он мало изменился. Такой же высокий. Грозный. И очень недовольный.

— Я перепутала дом. Я же сказала…

— Как можно перепутать? И… Дьявол! — Марат провел рукой по черным кучерявым волосам: — Родион, давайте пройдем в зал. Или на кухню. Сейчас подъедет отчим девушки, и с ним будем объясняться. Ты… ты ничего не успел ей сделать?

— Что, по-твоему, я должен был с ней сделать? — яростно прорычал мужчина, едва не взрываясь.

— Не тащить в постель, например!

— Я не тащил!

— Повалил только, да?

— Я бы посмотрел на тебя, выйди ты из ванной и обнаружь девицу в пижаме! — огрызнулся Родион.

Лия втянула голову в плечи.

Пижама… Ещё и она.

Девушка, наконец, поднялась с кровати и запахнула пальто. Даже пояс дрожащими руками завязала крепче. Только к чему теперь её манипуляции.

— Лилия, ты как?

Она шмыгнула носом.

— Плохо.

Марат покачал головой.

— Ситуация треш. Ты понимаешь это?

— Конечно.

Атмосфера в комнате и не думала смягчаться. Дальше будет только хуже.

На того, кого Марат называл Родионом она даже не смотрела. Не хотела. И опасалась. А ещё в памяти были слишком свежи ощущения тяжести его тела на себе.

— Ладно, давайте действительно в другую комнату.

Лии ничего не оставалось делать, как подчиниться. Она продолжала в руках держать телефон, который не звонил. Ни разу не пиликнул. Ничего.

Горечь образовалась во рту. Лия не помнила, чтобы ей настолько плохо было хотя бы раз в жизни. Не физически, конечно, хотя и тут бессознательное сыграло с ней злую шутку. Тело воспринималось, как инородное, точно по нему катком проехались. Может, и так, учитывая, насколько бесцеремонно её швырнули на кровать.

Если с телом ещё было более-менее понятно, то душа обливалась кровью.

Лия не помнила, как шла рядом с мужчинами. Как они давили своими широкими плечами. Она смотрела под ноги. На пол.

— Ты просила воды. Держи.

Перед глазами возникла чужая рука с длинными пальцами. Зачем-то глаза зацепились за широкую кисть с темными волосками.

— Спасибо, — пробормотала Лия, принимая стакан с водой и поднимая глаза.

Перед ней возвышался Родион. Сама она сидела на крае дивана в большой гостиной.

— Расскажи, что произошло, — сказал мужчина, не спеша от неё отходить.

Его близость нервировала. Хотелось выкинуть руку и отодвинуть мужчину.

Чтобы он не стоял близко.

Не нависал над ней.

— Говорить будем, когда приедет её отчим! — грубовато произнес старший Шавидов.

— Марат, во-первых, сбавь тон. Девчонка напугана. Кажется, всё-таки произошло недоразумение…

— Да ну! И ты мне сейчас говоришь про недоразумение! После того, как голым лежал на невесте моего брата!

— Ещё раз говорю — сбавь тон, Марат. Что произошло, то произошло.

— Таширов, как ты заговорил! Ты хотя бы понимаешь степень всей херни, что произошла?

— Выражаться тоже при ней будешь?

Лия окончательно притихла, сильнее сжав стакан с водой.

То, что мужчины перешли на повышенные тона — только усугубляло ситуацию.

— А ты в защиту пошел?

— Марат…

В голосе Таширова явственно слышалось предостережение. Зато теперь Лия знала, как зовут человека, в чей дом влезла.

Родион Таширов.

Что-то знакомое…

Лия не стала даже гадать. Потом в сети посмотрит.

Вмешиваться в мужской разговор недопустимо. Лия это тоже знала. Здесь это строго возбранялось, но, в конце-то концов, они живут не в каменном веке!

— Диана Мерганова сегодня устраивает девичник. Пижамную вечеринку. Она скинула мне этот адрес. А чтобы придать пикантности ситуации, мы договорились, что в дом попадем через задний двор и окна.

Всё.

Сказала.

Почему не могла то же самое сделать десятью минутами ранее, когда Таширов вышел из ванной и увидел её?

Извинилась бы, покаялась. Попросила молчать. Может, он и согласился. Хотя…

Лия ни в чем не была уверена.

— Вечеринка. Пижамная.

Кажется, это сказал всё тот же Таширов.

— Да, — Лия уставилась на воду в стакане. Та неспешно покачивалась.

— Ринат, конечно же, не знает о вашей выходке!

— Нет.

— Зашибись.

А это Марат. Он вправе гневаться. Она его не осуждала. И даже не пыталась защититься.

Родион ещё некоторое время постоял рядом с ней, потом отошел и отозвал Марата. О чем они разговаривали, Лия не вслушивалась. Не до них.

Она лихорадочно соображала, что делать.

Мазнула пальцем по экрану телефона, открыла чат с девочками. Быстро заскринила переписку. Особенно ту часть, где Диана