Солнце и Луна - Жанна Когай

— Мааам, я дома! Хочешь печенье с чаем? — Анжелика вошла в дом, с пакетами

— Привет! Да конечно, идем на кухню, мой руки, кстати, почему Саид ошибается у дома? Поругались?

— Неее, просто расстались

— Понятно, дочь — мама привыкла к необъяснимым решениям и поступкам дочери. Не задает уже уточняющие вопросы, но, как и почти все матери взрослых дочерей, мечтает о новой молодости в лице сладких младенчиков и своей нужности рядом.

— Нельзя сказать, что от Саида в качестве будущего зятя она была в восторге, но его забота о дочери ее, несомненно, подкупала.

— Мама, помнишь, я рассказывала тебе о своих снах? О Зарете? Об Алуде?

— У тебя второй диплом на носу, повышение на работе, дорогая. Если освободилось время, которое раньше ты дарила Саиду, то советую тебе сосредоточиться либо на дипломе, либо на своем повышении. Сны — это всего лишь сны. Ты всегда была выдумщицей, не бери в голову то, что нереально и несерьезно

— Да, мама. Ты права. Но все же, интересно, я одна такая? Почему мне так интересно во сне? Почему так скучно в реальной жизни?

— Ничего, доченька. Выйдешь замуж, родишь — тебе семейная жизнь не покажется скучной

— Мне скучно от отсутствия эмоции, мама

— Ты еще совсем молода, ты просто еще не встретила своего человека, свою вторую половинку, — мама нежно гладит Анжелику по мягким волосам

— Как я пойму, что это мой человек? Вдруг в водовороте жизни я не замечу и пропущу? А папа? Он твоя вторая половинка?

— Нет, доченька. В наше время все было проще, о чувствах мы мало думали. Больше о родителях, чтобы им было комфортно. Но это не правильно. Я не хочу, чтобы ты жила не своей жизнью

— Спасибо, мамочка

— Ну что ты, родная, — мама тянет Анжелику на колени, совсем как в детстве, обнимает ее и целует в макушку, — ты почувствуешь своего человека. Знаешь, есть такая притча, что из за чрезмерной гордыни людей Бог разделил их на пополам. Рождаясь, мы все ищем вторую половинку. Если повезет встретишь в этой жизни, сразу узнаешь. Если нет, то будешь жить как все.

— Мама, мне не хватает моей второй половинки. Я так хочу жить любя, мне скучно и душно жить так.

— Не нужно зацикливаться на отношениях и поиске мужчины, живи и радуйся жизни, добивайся своих целей и исполняй свои мечты, так, ты почувствуешь наполненность, — мама улыбается так тепло, что на душе у Анжелики, как в детстве, становится уютно

— Да, я помню, ты говорила, что женщина должна быть счастлива сама по себе, не ждать, что мужчина или кто то должен осчастливить ее

— Верно, ведь если человек несчастлив наедине с собой, то с кем то интересно и весело будет только первое время. Потом снова вернется все на круги своя

— Да, как с Саидом

— Наверное. Тебе, конечно, виднее. Но не доводи отношения до алтаря, а потом сбегать как сумасшедшая — это плохо. Ты сделала ему больно. Они ведь приходили к отцу тайно сватать тебя, дочь.

— Да, мама, прости, — Анжелика понимала, что мама права.

Девушка стала думать о том, что сказала мама. О том, что у каждого человека есть вторая половинка, есть свой партнер по судьбе. И, на самом деле, глупо жить в ожидании встречи с суженным, надо жить реальными задачами, да скучно, да никаких эмоции, но это ведь и есть сама жизнь, зачем что то выдумывать? «А вдруг я, вообще, сумасшедшая? Вдруг у меня шизофрения, например? Ну, в легкой форме, естественно» — такие невеселые мысли сморили Анжелику в сон.

Зарета проснулась на рассвете, тяжелая рука Алуды обнимала ее за хрупкие плечи. Она, впервые в жизни, проснулась собой. Никаких тревог и сомнений, не смотря на сомнительное положение дел. Зарета проснулась с ощущением безусловного счастья и свободы

Глава 5. Новые люди

Зарета с обожанием смотрела на приближающуюся фигуру Алуды, он принес воды из холодной горной реки:

— Любимый, я взяла с собой балаж (хлеб, ингуш.) и у нас есть немного соли, что если того зайца, что ты убил сегодня, я приготовлю на костре? Ты не против? — Зарета мило улыбалась с ощущением, что она в миллионный раз задает ему подобный вопрос

— Родная, я с твоих рук поем что угодно. Как говорит мой папа: «Я ем все, кроме говна» — Алуда раскатисто засмеялся

— Боже, я люблю твоего отца, видит Всевышний! — оба весело и беззаботно рассмеялись обнимаясь

«Время так скоротечно, когда мы по настоящему счастливы.» — Зарета не чувствует усталости, так прекрасна жизнь с Алудой, несмотря на отсутствие условий и элементарного комфорта, она видит только хорошее и благодарна судьбе за мужа, за любовь к нему и за возможность быть только вдвоем, «всему есть цена» — так она размышляет, когда особенно трудно делать элементарные рутинные дела. В деревянном домике одна большая комната, два окна, внутри печь, подобие скамейки и стол. Алуда натянул веревку с одного выступа в стене до окна, огородил пространство у печи, там предполагалось мыться, согревая воду на костре или в печи. Нисколько не тяготит такой трудный быт Зарету. Наоборот, девушка все делает легко и быстро, напевая и пританцовывая она заражает своей легкостью и Алуду — у него, у молодого мужчины, иногда приходит отрезвление, в душу закрадывается страх и стыд, он украл жену из сытого дома, привез сюда, в дикие горы Шатили, в одинокую заброшенную избушку, ей предстоит пройти с ним голод и холод, тяжелый быт и все только вдвоем. Глядя на улыбающуюся и счастливую молодую жену, страхи прочь, Алуда знает, что не оставит ее одну, будет ей верным другом и помощником во всем, ведь только он есть у нее теперь. Он для нее весь мир, он — единственный и лучший друг, он — ее муж, ее страсть и любовь, вся ее нежность, все ее страхи и сомнения — тоже только он, для него одного она живет на этом свете и принадлежит теперь тоже ему одному. Осознавая эту ответственность, Алуда счастлив, он не отдаст ее никому, он разделит с ней каждый