Больше, чем любовь - Ники Сью

— Я хоть и не люблю хоккей, но хоккеисты очень даже очаровашки, — пропела соловьем подруга.

— Ты говорила, что от них лучше держаться подальше.

— Я говорила о Яре.

— Какая разница?

— Большая, — распустив волосы, Лилька стала их расчесывать. С ее лица не сходила мечтательная улыбка. Ах, да, она еще не знала о том, что произошло сегодня в раздевалке. Я не успела ей об этом рассказать, а может намеренно утаила, кто знает.

— Только не говори, что ты тайно мечтаешь о Даве.

— Нет, — отмахнулась подруга, завязывая вновь хвост. — Это было бы глупо. Я просто не прочь потусить в компании самого крутого парня в школе. Тем более, через два месяца мы выпустимся и скорее всего больше никогда не увидимся с ним.

Я ничего не ответила, да и что я могла сказать? В одном Лиля безусловно была права: скоро выпуск, экзамены. Мы попрощаемся со столькими людьми, которых видели каждый день. Я не раз задавалась вопросом — буду ли скачать по школе, своей парте, булочкам из столовой и одноклассникам. Классная говорила, нам нужно беречь оставшееся время, ценить моменты, проведенные вместе. Ведь пока ты в школе — ты еще ребенок. За ее стенами начинается взрослая жизнь. Хотя мне казалось, что я давно перестала смотреть на мир через призму детских очков.

Закончив с уборкой, мы с Лилей закрыли кабинет, занесли ключи в учительскую и спустились на первый этаж. В коридоре было довольно тихо, двери в столовую закрыты, на подоконниках уже не сидели младшеклассники. Я была убеждена, что Дава не будет нас ждать, это просто не имело смысла. Однако, когда мы оказались на улице, моя теория разбилась подобно хрустальной вазе.

В конце школьного двора на лавке сидел Саша, а рядом с ним на турнике подтягивался Ярослав. Опять без майки, демонстрируя свою бронзовую кожу, стальные мышцы и идеальные кубики пресса. Несмотря на то, что апрель выдался теплым, было все равно еще прохладно, а этому парню хоть бы что.

— Ждет! — воскликнула радостно Лиля и зачем-то подняла руку. Она помахала парням, и Дава тут же подскочил с лавки.

— Ну зачем ты его позвала?

— Прекращай быть занудой, Лин. Мы просто прогуляемся и проведем хорошо время.

— Этот парень не замечал нас одиннадцать лет, — поспешила напомнить я немаловажный фактор.

— Значит, пришло время заметить.

— Это странно, тут что-то не чисто, — задумчиво протянула я.

Саша с улыбкой, словно само летнее солнце, подошел к нам. На нем была серая толстовка, поверх рубашки, форменные брюки и кеды. Следом за ним с неохотой двигался Ярослав, в процессе натягивая сперва майку, затем белую худи. Холодный, мрачный, будто тучка, нависшая над городом. Интересно, как эти двое умудрились подружиться.

— Ну что, идем? — спросил Давыдов, закинув на плечо рюкзак.

— Да! — обрадовалась Лиля. — А… мы идем? — она чуть наклонилась и коротко взглянула на Яра, который вообще в нашу сторону не смотрел. Его глаза дымчатого цвета приковывало небо, будто там он искал нечто похожее на свободу. А может мне все это лишь показалось.

— Вчетвером, — дружелюбно ответил Саша. — Яр не кусается, да, Ярик?

— Ничего не могу обещать, — буркнул недовольно Громов. И не дожидаясь нас, он двинулся к выходу, словно общая прогулка была ему совершенно неинтересна.

Глава 4

Ветер качал кроны деревьев. Мы шли вдоль тропинки к парку. С одной стороны была центральная трасса, где то и дело пролетали машины. С другой — мост, а под ним - горная речка. Несколько голубей сидели на железном основании моста, а чуть дальше, пригнувшись, за ними охотился серый кот.

В этой обыденной картине было что-то прекрасное и мимолетное. Такое обычно не замечаешь, не откладываешь в памяти, просто проходишь мимо, оставляя позади. Но мне почему-то хотелось запомнить и этого кота, и голубей, и даже спину Давы, который шел впереди всех. Он без умолку болтал, шутил, заставляя нас с Лилей громко смеяться. Моя броня не пала, я безусловно чувствовала напряжение в мышцах, особенно когда взгляд касался Ярослава.

Этот парень — сама загадочность. Правильно Лилька говорит, от таких стоит держаться на расстоянии вытянутой руки. А лучше в целом находиться как можно дальше от звезд местной хоккейной команды. Я ни за что не поверю, что вдруг понравилась Саше или что Громов захотел завести с нами дружбу. Бред.

Не доходя до парка, Саша остановился и предложил зайти в кофейню, где продавали тортики и выпечку. Я не успела сказать свое категоричное “нет”, Лиля опередила, кивнув за всех четверых. И вот мы уже сидели за столиком на мягком диване в ожидании чайника с зеленым чаем “Молочный Улун” и пирожных. Веселый Дава, с лица которого не сходила улыбка, смущенная до кончиков ушей Лилька, недовольный Ярослав и я. Казалось, мы с Громовым здесь лишние.

— А мы, кстати, были на вашем последнем матче, — выпалила Ильина. Хотя сама же бубнела, что ненавидит хоккей, да и не была она там. Врушка.

— Проще найти того, кто не был на этой игре, — неожиданно заговорил Ярослав. В его голосе звучала усмешка, словно парень заранее знал, что сейчас услышит. Я вдруг подумала, наверное, все девочки начинают разговор с фразы про матч.

— Да дофига кого не было, — Дава почему-то не сводил с меня глаз, мне становилось немного неуютно под его надзором. — Но я рад, что вы были. Любите хоккей?

— Брат Лины любит, — ответила за меня Лиля. Официантка в черном фартуке подошла к нашему столику и поставила с подноса заварные пирожные, а также чайник с чаем. В воздухе повис запах трав и шоколада. Будь мы вдвоем, я бы уже налила себе целую кружку, однако в компании едва знакомых людей как-то рука не поднималась к чайнику.

Зачем они вообще нас пригласили?!

— Серьезно? Сколько ему? — Саша не переставал улыбаться, будто улыбка приклеилась к его лицу. Такой дружелюбный, приветливый и общительный. А рядом тучка. Большая, серая и злая по имени Ярослав.

— Он на два года младше Лины, — ответила Лиля.

— Вот как? О, простите, — у Давы вдруг стал звонить телефон. Он поднялся из-за стола и вышел на улицу, перед этим как-то больно виновато окинув нас взглядом. Атмосфера резко изменилась. Казалось, даже воздух вокруг наэлектризовался. Напряжение росло в геометрической прогрессии. От Громова исходили не иначе молнии, под стать его фамилии.

— Ой, а я руки помыть, — выдала Лилька и тут же ускользнула в уборную. Мысленно я выругалась, но вслух промолчала. А потом