Мы звезды. Часть 2 - Тиган Хантер

— Это очень приятно.

— Ты гораздо чаще улыбаешься.

— Да? — он приоткрыл веки и стрельнул в меня взглядом.

— Мне нравится. Тебе очень идет.

— Иногда все это кажется неправильным. Будто я не должен быть счастлив, — Карсен качнул головой, как бы признавая абсурдность своих слов. — Но я понимаю, что это не так.

Джой поставила перед ним стакан с колой и сжала его плечо, прежде чем уйти. Видимо, она тоже ощутила исходившие от него сейчас мрачные флюиды.

Я смотрела, как он глотнул лимонад, а потом снова облокотился о спинку, сложив на животе руки и распрямив ноги. Я ощутила, как края его джинсов коснулись моих ног, и почувствовала удовольствие от этого легкого и непреднамеренного касания.

— Ты помогла мне увидеть.

— Что увидеть? — нахмурилась я.

— Что я заслуживаю быть счастливым… что нет нужды прятаться в тени от призраков, живущих внутри меня, — Карсен взмахнул рукой. — Я не обязан этого делать. В прошлом году ты ушла… и я понял, что дальше так жить не могу.

Карсен вперил взгляд в свои руки, избегая зрительного контакта. Его брови сошлись на переносице, а губы были плотно сжаты.

— У меня больше нет сил так жить.

«Ну, наконец-то».

Вспышка надежды озарила мое сердце, разливая по телу теплой волной. С моего лица никак не сходила улыбка.

Не дождавшись моего ответа, Карсен посмотрел на меня снизу-вверх и усмехнулся.

— Держу пари, ты сейчас подумала «наконец-то», да?

— Откуда ты знаешь?

Пожав плечами, он сел прямо и выпил еще колы.

— Я просто хорош в этом.

Я закатила глаза от его новообретенного высокомерия.

— Значит, ты был на терапии на прошлой неделе? Поэтому пропустил урок?

— Да. У меня выдалось несколько трудных дней, я понял, что мне нужно залечь на дно и разобраться со своим дерьмом. Теперь я лучше распознаю признаки надвигающегося взрыва. Этому я научился на занятиях по управлению гневом.

У меня буквально отвалилась челюсть.

— Ты шутишь.

— Нет. Я хожу туда уже несколько месяцев. Это помогло мне с моими… вспышками ярости.

Мне хотелось спросить, когда он срывался последний раз. В прошлом году с Джейсом? Или были более свежие случаи? Достаточно ли хорошо он укротил свой гнев?

— А как работает терапия? — спросила я вместо этого.

— Благодаря тебе.

— М-мне? — пролепетала я. — Какое я могу иметь к этому всему отношение? Я не видела тебя с конца лета… — вспомнив нашу ночь на балконе, я замолчала.

Ту ночь, когда мы попрощались.

Видимо, он решил дать «этому терапевтическому дерьму» последний шанс, что принесло чудесные плоды.

— Ты была права во всем. Я ни с чем не справлялся. Ни со смертью моей матери, ни с осознанием, кем оказался мой отец, и уж точно не справлялся с вниманием, которое на меня обращали остальные люди. Потому выбросил в окно гордость и пошел на это… и тут же все возненавидел.

— Возненавидел?

— Так я понял, что это работает, — кивнул он. — Что я двигаюсь в верном направлении. Как было и с тобой.

— Ты меня ненавидишь?

Из его груди донесся глубокий, рокочущий смех.

— Не думаю, что это вообще возможно, — пробормотал он.

— Тогда в чем дело?

— Ты вытащила меня из зоны комфорта, из уютной темной ямы отчаяния, в которой я пребывал. Сперва ты мне не нравилась, хоть ненависти и не было. Ты просто оказалась… другой. И я не знал, хорошо это или плохо.

— А сейчас?

Карсен приковал меня к месту теми серыми глазами, по которым я так скучала.

— Сейчас я считаю, что это, вполне возможно, лучшее, что со мной когда-либо случалось.

— Падаю в обморок, — шепнула я, прежде чем драматично свеситься со спинки сидения. — Ты убил меня своим очарованием.

На стол принесли две тарелки с картофелем фри, и я тут же поднялась обратно.

— Она жива! — воскликнул Карсен, похоже, стараясь подделать жуткий голос, но в его исполнении вышло чрезвычайно глупо.

Джой поморщилась от нашей театральности и сбежала, качая по дороге головой и бормоча себе что-то под нос.

Нас разобрал смех, и это было так чертовски приятно.

По закусочной вдруг пронесся легкий ветерок. Я отметила распахнувшуюся входную дверь и задержала взгляд в проеме.

С губ сорвался вздох, когда я заметила Джейса, застывшего на пороге и смотревшего прямо на меня.

Карсен, наполовину опустошив стакан с колой, проследил за моим взглядом.

Его руки крепче обхватили стакан, а костяшки стали белеть. Карсен прищурился, его взгляд стал жестким, а я уже внутренне собралась для прыжка из кабинки. Лишь бы успеть встать между ними.

Джейс весь подобрался и расправил плечи.

Губы Карсена приоткрылись, словно он хотел что-то ему крикнуть. Но потом я поняла, что они шевелились. Карсен что-то тихо и методично шептал.

— Раз… два… три. Раз… два… три… четыре…

Прикрыв веки, Карсен глубоко вдохнул, а его гнев испарился также быстро, как и вспыхнул.

Наконец, он отвернулся, и Джейс тоже заметно расслабился. Кивнув мне, тот занял место в противоположной стороне закусочной, его кабинку нам было даже не видно.

— Это было…

— Вы с ним по-прежнему дружите? — перебил меня Карсен.

— Что? Нет. Как ты мог подумать… Я никогда не смогу дружить с ним после произошедшего.

— Имеешь в виду: после того, что я сделал?

— Нет, — настояла я, слово вырвалось почти грубо. — Вовсе нет. Мы вроде как разругались после того вечера… ну, вернее как только я набралась храбрости пойти к нему.

Он склонил голову, ожидая продолжения, и я все рассказала. Как прошла наша встреча и как много нового я о себе узнала в тот день. А потом поведала ему самую серьезную деталь.

— Джейс сказал, что… был втянут в некоторые сомнительные мероприятия.

Карсен закинул в рот парочку картошек фри, бросив на меня растерянный взгляд.

— Наркотики, — пояснила я.

— Черт, нет, — его лицо удивленно вытянулось.

— Пару месяцев назад он позвонил мне и поклялся, что бросил. Я рада за него и надеюсь, Джейс правда вылечился, но нашу дружбу уже не восстановить. Мы теперь что-то вроде… знакомых.

Карсен поморщился словно от боли.

— Такое чувство, что все это моя вина. Не его увлечение наркотиками, конечно, за это ответственность лежит только на нем, но вот в остальном… Тем летом ты хотела восстановить вашу дружбу, а я вроде как помешал.

Я пожала плечом.

— Ты стал одной из причин… но лишь одной. Все произошло больше потому, что я поняла: мы хотим от жизнь разного. Мне хотелось впечатлений, но совсем не таких, за какими гнался Джейс. Мы перестали быть «нами» задолго до того, как ты появился на