На троих - Евгения Майер

Я вышла из машины. Мне показалось, слишком будет заметным, если попадусь на глаза здесь хоть кому-нибудь, прикатив на своем мини Купере и создав лишний шум. Пройдя почти милю по мрачному закоулкам, осторожно выглянула из-за угла. Человеческие голоса заставили меня собраться и быть подготовленной ко всяким неприятным последствиям слежки.

«Вот они!» — вспыхнуло в мозгу яркой искоркой. Двое ублюдков стояли около машины и курили. Мне и самой от переживаний, волнений захотелось, как следует затянуться сигаретным дымом, обжигая легкие. Но были не одни. Еще десять, а возможно и больше, парней и трое мужчин зрелого возраста. Они что-то активно обсуждали, жестикулируя и смеясь.

Нет, для мести время неудачное и я совсем не подготовлена.

Я поплелась обратно к машине, увидев, как вся группировка криминальных личностей начала расходится по припаркованным авто. Сил продолжать слежку не было. Темнело, и я боялась, что в стремлении расправится с обидчиками брата, заблужусь в незнакомых районах Нью-Йорка, куда, скорее всего, отправились насильники.

— Привет, детка! — окликнул меня мужской хриплый голос, и из одного ангара вышли пятеро парней, подозрительного вида.

Я накинула капюшон от толстовки на голову. Вот еще не хватало самой попасть в ужасную ситуацию к каким-нибудь гетеросексуальным извращенцам! Ускорив шаг, чуть ли не бегом, кинулась по направлению к своей машине, слыша, как вслед, уже летят фразы с двусмысленными намеками.

Время шло, а ничего не менялось. Нужно больше информации об этих уродах, а где ее взять…

Я поехала к Тобби. Надо чтобы он хотя бы чуть-чуть помог в моей грандиозной задумке «бумеранга».

Друг брата был дома. Он выглядел намного лучше, того раза, когда я приезжала после избиения и изнасилования Коди.

— Лана, зачем тебе это? — нахмурился он, когда я спросила, где могут проводить время обидчики —, ты не думаешь о том, что они способны на все…

Тобби оборвав фразу, опустил глаза. Все понятно. Меня они могут и не только изнасиловать. Узнав, что я ими интересуюсь, связав факты воедино, предпочтут пустить мне парочку пуль в лоб.

— А ты думаешь: копы, даже найдя этих козлов, накажут их? — во мне начинала закипать злость. Неужели он не понимает и не хочет отомстить за друга?!

Тобби отрицательно покачал головой. Вполне возможно, что они могут откупиться или вообще исчезнуть из города, чтобы продолжать свои деяния уже в другом штате или стране.

Я обхватила голову руками. Черт возьми, огромной волной накрывает собственное бессилие! У меня нет связей среди гангстеров, нет знакомых авторитетов из преступного мира. Я ничего, да именно, НИ-ЧЕ-ГО не могу сделать для Коди! На глаза наворачивались слезы, но я, проглотив комок, поступающих рыданий, небрежно смахнула набегающую влагу, отвернувшись от Тобби.

— Я пойду — и, встав, направилась к входной двери.

Уже у порога, пока надевала кеды, он догнал меня и, схватив за руку, произнес:

— Лана, это тебе… — он протягивал увесистую пачку банкнот по сто долларов.

Я удивленно подняла брови.

— Что это? —

— Это оставшийся заработок Коди, здесь 50 тысяч баксов — и он продолжил дрожащим голосом — Лана, я постараюсь разузнать, обещаю… — глаза Тобби тоже блестели, видимо на него подействовало мое разочарование и накатившая грусть.

Я слабо улыбнулась.

— Тобби, я только прошу тебя, будь осторожнее — и вышла прочь из дома.

Глава 5

Друг брата и правда, не подвел.

Тобби позвонил через пару дней и попросил к нему приехать.

После рабочего дня, еще и задержавшись почти на час, я собралась с нетерпением уже узнать всю нужную информацию о врагах Коди.

— Эй, Лана, чем думаешь заниматься на уик-энде? — огорошила Ненси на выходе из офиса.

У меня чуть ли не сорвалось с языка, что собираюсь прикончить двух уродов, которые надругались над моим братом.

— Не знаю — пожала плечами и уткнулась в телефон, набрала смс Тобби о том, что буду у него не ранее чем через два часа. По пиковым пробкам в городе, я доберусь возможно позже назначенного времени.

— А как там Коди? — спросила Ненси

— Хорошо, уже лучше — сухо ответила я.

Ненси хоть и подружка, но в такие щепетильные подробности не стала посвящать. Просто избиение. Жестокое и бесчеловечное. Это больная тема. Я, приходя к нему, когда мой дорогой брат лежал без сознания, сидела рядом и еле сдерживалась, чтобы не начать реветь во весь голос. Дома я не плакала. Держалась. А там, плотину боли прорывало, и слезы текли ручьем по щекам. В убогих мыльных мелодрамах люди, сидя так около кровати родственников или близких, умудряются разговаривать и спокойно воспринимать происходящее.

Я же и слова не могла из себя выдавить. Чувствовала полной дурой, которая от бессилия ноет, и давиться соплями. В пиковые моменты вина — гнетущая, тяжелая, словно огромный валун накатывала на меня. Начинала острыми уколами совести колоть больнее с каждым разом, с каждым моим вздохом. Почему я не настояла на проживании Коди вместе со мной? Надо было уговорить, расположить, заставить его жить рядом!

Это моя вина, что произошло с ним. Моя!

А дома отпускало. Я спускалась с небес на землю и начинала размышлять более адекватно и рассудительней. Ну, чтобы я сделала? Он взрослый парень, мог бы врать, выкручиваться, чтобы только работать и получить хорошую сумму для проживания в мегаполисе. А заработок наркодилера явно немаленький. Коди захватила волна вседозволенности, и, наверное, он решил, что его никому не поймать в огромном городе. Юность всегда считает себя могущественной, пока не приходит суровая реальность и не возвращает с облаков гордого инфантилизма на жесткую посадку к земле.

— Я узнал, что они любят проводить время, особенно по субботам, в стриптиз-клубе «Гарден» — произнес Тобби, когда мы, наконец, уселись в гостиной и он заботливо налил мне кофе.

Я сделала глоток обжигающего горячего напитка. Тобби принес на вид очень аппетитные пирожные, но желания есть не было. Тема о мерзких насильниках меня тяготила. Я не могла говорить об