Ты моя девочка. Смирись - Зоя Астэр

— Ало!

— Яся! — слышу в трубке недовольный голос бабушки. — Это что еще за номер? Ты, конечно, девушка взрослая… но вот так с бухты барахты оставаться ночевать у мужчины?

На глаза наворачиваются слезы, и я прикусываю нижнюю губу, чтобы не зарыдать. Нельзя, чтобы бабушка поняла, что у меня что-то не так. Здоровье не позволяет ей нервничать.

Я очень хочу оказаться сейчас дома, рядом с ней. Даже в ее родных объятиях. И чтобы всего того, что случилось сегодня не происходило.

— Бабуль, все нормально, правда, — вру я, взяв себя в руки. — Глупо получилось, не рассчитали время. Если Макар повезет меня сейчас домой, то обратно вернется только к утру, а ему завтра на работу нужно.

Бабушка явно не одобрила ту ложь, что мы ей дружно наплели, но лучшего варианта сейчас просто нет.

Я закончила разговор и вернула телефон владельцу.

— Иди за мной, — велит Макар, разворачивается и начинает шагать по коридору.

Он вообще умеет разговаривать, не приказывая?

Я не двигаюсь с места. Страшно лезть в логово зверя.

Мужчина останавливается, оборачивается назад и хмурится.

— Или ты идешь сама, или я тебя несу. Выбирай!

4. Прошлое

Яся. Тринадцать лет.

Я возвращаюсь домой из магазина с пачкой печенья в руках. Бабушка попросила зайти после школы и купить что-нибудь сладкое к чаю. Я выбрала свое любимое песочное печенье, посыпанное сахаром и корицей.

Все утро, пока мы сидели на уроках, шел дождь. Обычное дело для октября.

Застегиваю повыше молнию куртки, чтобы не мерзнуть.

Бабушка купила мне новые сапоги из коричневой замши. Красивые, с небольшим каблучком. Они выглядят совсем взрослыми.

Мне очень не хочется мочить их в грязных лужах, поэтому я прыгаю по дороге как кузнечик. Или лягушка.

С одного сухого клочка асфальта на другой.

Но у подъезда останавливаюсь. Тут все залито водой. Дорожка к входной двери в дом имеет неправильный уклон, и там после дождя всегда скапливается целое море.

Все жильцы ругаются, требуя исправить ситуацию. Но никто до сих пор так ничего и не сделал.

Внутрь не войти, не окунув ноги в лужу по щиколотку.

Но портить новую обувь страшно не хочется. Ведь другую потом точно не купят.

Стою и раздумываю — что делать. Самым лучшим решением кажется идея снять сапоги и пройти к двери босыми ногами. Их не жалко в отличии от обуви.

— Привет, мелочь!

Я оборачиваюсь на голос и вижу Макара. Потрёпанная кожаная куртка на нем расстегнута. Не холодно ему.

Макар — старший брат моей лучшей подруги Арины. Мы соседи. Буквально через стенку живем на одном этаже.

Макару уже двадцать. Он взрослый, и на нас с Ариной смотрит свысока. Запросто командует ей и мной заодно. Контролирует. Ну а кто, если не он? У них с Ариной только пьющий отчим остался.

— Сестра у вас?

Киваю.

Мы с ней всегда идем вместе после школы ко мне, потому что в их квартире отчим может устроить пьянку с друзьями прямо с утра. А это шум и грязь, и уроки делать невозможно.

Бабушка и ночевать Арину почти никогда к ним домой не отпускает. Так что мы живем, можно сказать, как сестры. Спим на одном большом раскладном диване.

Да и Макар иногда ночует у нас на кухне на раскладушке. Но чаще где-то у друзей, наверно. Он не рассказывает. Просто заходит узнать, как дела у Арины. Ужинает, если бабушке удается его уговорить, а потом уходит куда-то.

Бабушка ругается, потому что считает, что он связался с плохой компанией и пойдет не по той дороге. Ей не нравится, что он ночует неизвестно где. И то, что он не идет устраиваться на нормальную работу. И то, что не пытается продолжить образование.

Макар никогда не спорит. Он молча выслушивает и уходит. Иногда на несколько дней.

Я знаю, что бабушка переживает, потому что считает его с Ариной своей ответственностью. И я очень благодарна ей за помощь подруге. Боюсь представить, как бы ей жилось, если бы пришлось все время ночевать в квартире отчима.

Вчера Макар заявился к нам на ужин и шокировал бабушку чуть не до обморока.

На его левой руке появилась татуировка. Я с любопытством исподтишка разглядывала сложный узор. Компас, вроде. Цифры, как на циферблате часов. Стрелочки какие-то.

Красиво и жутко неприлично. Бабушка убила бы меня за подобное.

Она прочитала Макару целую лекцию о жизненном выборе, культуре и правильном отношении к жизни.

— Кого ждешь? — спрашивает Макар, возвращая меня на землю из воспоминаний.

— Моисея, наверно, — шучу я, не зная, как описать свою проблему, чтобы не выглядеть глупой.

Макар зависает на секунду, а потом понимающе ухмыляется.

— Ну, я конечно не Моисей, но помочь могу.

В следующую секунду меня хватают на руки. Я вскрикиваю от неожиданности, чуть не роняя свое печенье.

— Ну вот и нет проблем, мелочь!

Макар смело шагает к подъезду по луже со мной на руках.

А я восторженно гляжу снизу-вверх на своего спасителя и млею.

Понимаю вдруг какой он красивый, взрослый и страшно притягательный. Самый классный на свете.

И как хорошо, когда тебя носят на руках! Просто потрясающе!

Сердце сладко сжимается от счастья.

Можно, это никогда не закончится?

Но Макар открывает входную дверь и ставит меня на порог.

— Готово, Ясь, беги домой.

— Спасибо, — я стараюсь не краснеть, чтобы не выдать себя с потрохами.

— Угу.

Макар так и стоит в луже, засунув руки в карманы. Его кроссовки наверно уже насквозь промокли.

— Уроки там делайте! Если пятерки за диктант по русскому не получите, не стану вас в субботу после кино домой провожать. И Таисия Викторовна вас тогда не отпустит.

Романтическое наваждение спадает, и я с досадой показываю