Легенды о фениксах - Оксана Шапеева

— Знаю…

— О, смотрите, сиротка идёт! — неожиданно донеслось из толпы, занявшей одну из скамеек.

— Сиротка! — прозвучало ещё раз, после чего по парку прокатился шумный гогот.

— Я что-то не очень поняла… А что это… — обратилась Ави к сестре.

— Да, так… Ерунда. Пойдём скорее.

Лора схватила сестру и потянула за собой.

— Погоди, мы же в другую сторону шли! Там где-то сладкую вату продают…

— Нет, я не хочу. Пошли домой.

— Родная, что с тобой? — спросила старшая сестра, заглянув в голубые глаза. — Погоди. Ты их знаешь?

— Какая разница… — буркнула младшая себе под нос.

— Это они что, тебе так? — изумилась Авина. — Лора, стой! Это нельзя так оставлять!

— Не лезь! Поняла? — резко бросила младшая, ускорив шаг.

— С ними нужно поговорить. Пойдём, я всё решу.

Авина хотела развернуться, но Лорайя резко подбежала и перегородила путь.

— Зачем? Что ты им скажешь? — выкрикнула младшая дрожащим голосом. — Надо мной, итак, смеются! Ты хочешь, чтобы стало ещё хуже?

— Лора, я не хотела чтобы… — еле слышно произнесла старшая уже в спину сестре, которая стремительно удалялась.

Глава 5

Многие местные кофейни в вечернее время пользовались популярностью особенно в последний месяц лета. Казалось, что люди хотели урвать оставшиеся крохи тёплого сезона и поэтому хватали малейшую возможность просто выйти из дома. В «Гларро» же столики занимали ещё быстрее даже на летней веранде, откуда открывался прекрасный вид на маленькое озеро.

— Мда… И что я делаю не так? Она уже пару дней со мной толком не разговаривает… — выдохнула Авина, держа в руках ароматный кофе.

Круглый столик стоял почти у края и если протянуть руку, то можно дотянуться до вьющихся растений. Которые уходили в верх по жгутам и оплетали прозрачную крышу.

— Ты не виновата. Просто сложное детство. Успокоится… — ответила Йонетт, сидя напротив.

— Покажи мне хоть одного человека, которому легче?

— Ави, слишком мало времени прошло. Детям такое труднее перенести.

— Ты права. — ответила подруга и немного погодя добавила. — Мне тоже её не хватает.

— Понимаю, родная.

Йонетт накрыла руку Авины своей и мягко улыбнулась, когда та оторвала, наконец, взгляд от содержимого чашки.

— А с Робом что? Видела его пару дней назад. Какой-то он сам не свой…

Ави тяжело выдохнула, но промолчала.

— Что произошло?

Подруга подтянула к себе блюдо с пончиками, покрытыми сверху розовой глазурью

Йонетт была из тех людей, которые могли употреблять безумное количество еды без вреда для своей фигуры и при этом оставаться в форме. Хотя из-за высокого роста ещё в детстве она приобрела привычку сутулиться, от которой так и не избавилась.

— Ты ему так и не ответила? Или ответ его не устроил?

«Можно сказать, что ответила… Если учесть в каком виде показался тогда Даргайл» — подумала Авина, но в слух ничего не сказала. Хотя подруге хватало одного взгляда, чтобы прочесть всё по лицу.

— Так, мне нужны подробности. — подруга подалась чуть вперед. — Ты же понимаешь, что я тебя не отпущу, пока ты мне всё не расскажешь.

— Йонни, тогда в нём говорила лишь бутылка тридцати процентного. Ты прекрасно знаешь, что мы дружим ещё со школы и ничего большего быть не может.

— О, это ты так считаешь. Уверена, он с тобой не согласен.

Авина слегка поёжилась от странного ощущения, будто ощутив на себе чей-то взгляд, но окинув взглядом террасу, никаких знакомых лиц не заметила.

— Не знаю… Он хороший… — произнесла она, но перед глазами так и являлся Даргай обернутый в полотенце.

Последние дни, как бы Авина не пыталась, не могла выкинуть из головы то странное появление незнакомца и ещё более странное исчезновение. Хотя за последнее она не могла ручаться. До сих пор это казалось почти сном, и она в это даже скорее поверила, если бы только не Робсен, который вчера поменялся сменами.

Лавка чудес, так назывался небольшой магазин сувениров, в котором они работали. Вернее Авина являлась продавцом, а Робсен племянником хозяина этого места. Йоннет как-то даже ляпнула, что он, мол, устроился туда ради подруги, на что та только отмахнулась. Однако через какое-то время Робсен уговорил дядю выставить у витрин пару картин Авины, продажу которых потом отмечали точно большое торжество. Вот тогда-то Роб и выложил всё, предложив ей стать девушкой. Казалось она действительно восприняла это как милую шутку, хотя гадкий червячок непонятной вины в глубине души всё же грыз, а пару дней назад надкусил и съел оставшееся.

«Надо бы поговорить и расставить всё на свои места», — подумала тогда художница, хотя подходящего момента для разговора так и не нашла. Да и откуда ему взяться, если теперь их смены совсем не совпадали.

— Ну хватит о плохом. — заявила Ави и подалась в перед. — Как твои статьи в Грозе?

— Да… — Йоннет махнула рукой и тонкая рыжая прядь упала на плечо. — Не сошлись с редактором во мнениях. Ничего страшного. Уйду вон к конкурентам. — добавила она, увидев опешивший взгляд подруги и с шумом отхлебнула травяной чай.

Час пролетел, как одна минута и расставаться совсем не хотелось. Небо стремительно окрашивало цвет в тёмные, вечерние цвета, а уличные фонари светились как солдатики, разгоняя полумрак.

Всю дорогу до дома Авину не покидало странное ощущение слежки. Она никогда не считала себя трусихой, но в этот вечер путь через парк показался ей, как никогда, жутким. Не сказать, чтобы она боялась маньяков или верила в паранормальные вещи, но мурашки нет-нет да пробегали когда в неестественной тишине раздавался резкий треск веток и следующий за ним шум поднимающихся ворон.

Она дошла до дома, благополучно сжимая перцовку в сумке-мешке, хотя уверенности, что та подействует, если скажем, оборотень из «Чёрных снов» Говарда Мица выскочит на дорогу, не было совсем.

«Против несуществующих сущностей меня спасёт только психоаналитик», — подумала она, стоя под горячими струями воды. К счастью, душ смыл все переживания и в постель она легла со стойким ощущением спокойствия. Даже с Лорой удалось найти контакт, и поэтому недельное напряжение отпустило.

Если Лорайя спала так, что и оркестр не разбудит, то Авина обладала чутким слухом и сном. Поэтому одним из критериев при покупке квартиры являлось то, насколько в доме толстые стены и хорошая звукоизоляция. И за всё время проживания тут, она ни разу не сталкивалась с проблемами от шумных соседей.

В эту ночь она проснулась от негромких шорохов, доносившихся из гостиной.

«Балкон открыт наверное?» — подумала Ави, разлепляя глаза. — «Нет. Я помню, как закрывала. Странно.»

Она с трудом поднялась на постели, выискивая тапочки, которые, как