Измена. Побег от истинного - Мария Минц

Глаза Рена хищно сузились, и мне тут же захотелось провалиться под пол, лишь бы не стоять на пути разъярённого дракона.

— Ступай прочь, Ариадна, — процедил он, — Фели даст тебе ещё один ключ-портал. А за то, что ты посмела без моего ведома ворваться в мою спальню, тебя ждёт суровое наказание!

С каждым его словом я невольно вздрагивала. “Фели” — так он назвал эту стерву — прозвучало как звонкая оплеуха. К горлу подступили слёзы, но я, сделав над собой героическое усилие, сглотнула их. Нет. Она их не увидит.

— По-моему, нет ничего плохого в том, что я беспокоилась о тебе, Рен, — стараясь унять невольную дрожь в голосе, спокойно сказала я, — подумала, вдруг король вызвал тебя по срочному делу, или кто-то попал в беду, но теперь вижу… вот это!

И кивнула на бесстыже улыбающуюся мне шлюху. Она беспечно хихикнула, провела остреньким язычком по губам и провела пальцем по руке моего мужа, любовно оглаживая каждый бугор мышц. Потом посмотрела на меня с такой презрительной жалостью, что от нахлынувшего чувства омерзения и ненависти закружилась голова. Следом накатило ощущение собственной беспомощности — такое сильное, что на глаза всё-таки навернулись слёзы, и я часто задышала, чтобы успокоиться. Вдруг я почувствовала сильные руки, жестко стиснувшие меня за плечи. Ощутила жар его тела, опаливший спину.

На миг вспыхнула безумная надежда — он одумался, ко мне вернулся мой прежний любящий Рен! Я доверчиво потянулась, чтобы дотронуться до его рук, но его слова разбили всё на мелкие кусочки.

— Советую тебе заткнуться, Ариадна, — прогудел над ухом бесстрастный голос Рена, и я захлебнулась горем, — ты многого не понимаешь!

— Чего я не понимаю, Рен? — глухо выдавила я, — Что я такого сделала, что провинилась перед тобой? За что я заслужила всё это? Что вообще с тобой случилось?

— Ты даже не смогла родить мне ребёнка, Ариадна! — проревел Рен, и у меня заложило уши: в этом рёве я услышала совсем не человеческий голос, — я долгое время не мог понять, что случилось, ведь истинные всегда без труда беременеют и приносят наследников драконьим кланам! Потом понял — дело в тебе.

— Что?! — от такой отповеди мне стало дурно. Комната качнулась, — ты хочешь сказать, что со мной что-то не так?

— Ну, не в Рене же, — рыжая шлюха скользнула ближе и встала прямо передо мной. Одним движением плеча скинула на пол халат; я невольно вспыхнула и отвела взгляд.

Вот только уши не догадалась зажать.

— Что с ним может быть не так, если у нас всё получилось? — промурлыкал её мерзкий голосок. Похолодев, я уставилась на неё, забыв о смущении.

Поймав мой взгляд, ведьма положила ладонь на свой живот и широко улыбнулась:

— Я беременна, солнышко! И уж точно рожу Рену наследника. Может быть, даже двух.

Дурнота стала невыносимой. Я отшатнулась и врезалась в Рена, по-прежнему стоящего позади.

— Только истинные могут родить детей, которые наследуют драконов… — сипло выдавила я прописную истину, будто не своим голосом.

— Всё верно! — с готовностью согласилась ведьма и, взглянув на Рена поверх меня, пропела:

— По-моему, настал тот самый момент, милый, когда ты можешь своими глазами убедиться во всём!

Жуткое предчувствие заставило меня замереть. Храня гробовое молчание, муж рывком содрал рукав с моего правого плеча.

— И как ты это объяснишь, Ариадна? — мрачно спросил он, до боли выворачивая мою руку.

Я перевела взгляд на своё плечо и почувствовала, что окружающая реальность перестаёт существовать.

Метка истинной исчезла.

Глава 4

Это какой-то бред. Такого не может быть, потому что такого просто не бывает! Я разглядывала свою кожу, как загипнотизированная, забыв про боль.

— Такого не может быть… — тихо повторила я. И надрывно охнула: вывернутая рука дала о себе знать. Но Рен и не собирался меня отпускать.

— Немедленно объяснись, Ариадна! — потребовал он, — зачем ты это проделала? Захотела стать частью рода Альваресов?

— Отпусти, Рен! — вскрикнула я, — мне больно!

— И не надейся, — рыкнул он, — я не отпущу тебя, пока не услышу ответа!

— Что ты хочешь услышать, Рен? — взмолилась я, почти плача, — мне нечего тебе сказать! Я ничего не делала со своей меткой, она появилась сама, как и положено, в день моего девятнадцатилетия!

— Отпусти её, Рен, милый! — прощебетал мерзкий голосок ведьмы, о которой я уже успела забыть от шока, — она тебе ничего не расскажет, ну, разве что ты оттащишь её в пыточный подвал.

Я не выдержала и, кое-как исхитрившись, кинула на неё мимолётный взгляд. Пухлые губы рыжей стервы были растянуты в широкой улыбке, которая смотрелась как приклеенная на её кукольном личике. Но глаза не улыбались. Они цепко следили за мной, и где-то в их глубине ворочалось что-то, мало похожее на человеческое.

Поймав мой взгляд, она прищурилась и, покачивая бёдрами, подошла ко мне. Протянула руку и, взяв меня за подбородок, заставила ещё сильнее поднять голову.

— Нет нужды прикидываться несчастной овечкой, — проворковала она, — когда нам уже известно, какая ты змея! Ведь правда, милый?

Хватка Рена ослабла. Я пошатнулась и чуть было не упала на пол, но удержалась. Схватилась за столик, возле которого мы стояли, и повернулась к мужу, тяжело дыша.

Наши глаза пересеклись. В его тёмно-синих глазах полыхало пламя настоящей ненависти, и от этого мне стало только больнее. Он протянул руку и положил её на плечи ведьме, которая с готовностью поднырнула под неё и прижалась к нему.

— Рен, я не имею понятия, о чём она говорит, — стараясь говорить спокойно, сказала я, хотя всё внутри сжималось от боли. Я даже забыла про руку, за которую держал меня Рен, — я клянусь тебе всеми богами Алькарты, что я — твоя истинная. Кто бы… — сделала паузу и метнула выразительный взгляд в сторону рыжей твари, — что бы тебе не говорил. Больше мне сказать нечего.

— Клятвопреступление — серьёзная вещь! — жестко проговорил мой дракон, — если бы я не знал правды, пожалуй, я мог бы тебе поверить. Но Фели показала мне всё…

— Да-да-да, — с готовностью закивала ведьма, и я невольно подумала, как было бы прекрасно, отвались у неё сейчас голова, — нашему ковену доступны такие знания, о которых многие и не слышали! Именно благодаря им и я выяснила, что ты, Ариадна, в день своего девятнадцатилетия, и создала себе метку с гербом рода Альваресов с помощью запретной магии!