Холодное Сердце Казановы - Л. Дж. Шэн

— Из идиотов получаются отличные любовники и дерьмовые работодатели. Источник: наука.

— Не думаю, что ты знаешь, что такое наука. — Я уставилась на него.

— Конечно, знаю. Это такая штука с пробирками и дымом, выходящим из них. И не забудь про смешные очки.

Он отнесся ко всему этому так, будто это была шутка.

— Значит, ты не против такого поведения? — Я указала на Гретхен, которая была занята тем, что театрально плакала в свои ладони, что приносило ноль слез и массу драматизма.

— Она мой приятель, а не моя мать.

— Вернемся к теме! — вмешалась Гретхен, которую, похоже, не беспокоило то, что мы оба открыто называли ее абьюзером. — Как я смогу получить для тебя визу? Последнее, что мне нужно, — это вмешиваться в дела иммиграционной службы, пока я работаю на президента.

— Есть и другие способы получить визу. — Я осмотрела свои ногти, которые были ровно подстрижены и имели кремовый цвет. В голове мелькнула мысль, не сошла ли я с ума от того, что собиралась предложить. Это было возможно. Даже вероятно. Но отчаянные времена требовали отчаянных мер.

— Есть? — Гретхен настороженно посмотрела на меня.

— Я могла бы выйти за него замуж. — Я указала на Риггса.

Мужчина был так удивлен, что повернул голову, чтобы посмотреть, нет ли за его спиной еще одного человека. Он снова повернулся ко мне, упираясь голой грудью.

— Ты ведь не обо мне говорила, верно?

— Конечно, о тебе. Ты ведь американец, не так ли?

Он зажег свою сигарету и сделал длинную затяжку.

— Я бы хотел думать о себе как о гражданине мира.

— Ты путешествуешь по миру с голубым паспортом, выданным в Соединенных Штатах Америки? — Я приподняла бровь.

Его прищуренное выражение лица говорило само за себя.

— Если ты хочешь знать все подробности.

— Для меня достаточно. Итак. Когда нам лучше пожениться? — спросила я деловым тоном. Я достала из сумочки телефон и проверила календарь. — Завтра после работы у меня маникюр, а в субботу — уход за лицом, но в остальном я свободна.

Хотя, возможно, я могла бы отменить процедуру, если бы он захотел, чтобы я была гибкой. Командная работа была одной из моих сильных сторон.

— Прости, возможно, это из-за акцента. — Он достал свою черную футболку из-под подушек дивана и надел ее. — Но это прозвучало так, будто ты только что бросила ругательскую бомбу.

— Брак — это не ругательство.

— Нет. Это не так. — Риггс, посасывая свою воду, шлепнул пустую бутылку в мусорное ведро в другом конце комнаты. — Брак — это хуже, чем сквернословие. Сквернословие — это весело, креативно, с юмором; возьмем, к примеру, помойное ведро. Отличное слово, правда?

— Ты имеешь в виду два слова. — Я сморщила нос. — Будем надеяться, что ты не передашь свои ослепительные математические способности нашим детям. — Теперь я просто наглела. Раз уж была упомянута сперма, и все такое.

Риггс вздрогнул.

— Слово на букву "д". Ты действительно садистка, Поппинс.

Гретхен смотрела между нами, все больше отчаиваясь.

— Риггс, пожалуйста.

Он усмехнулся.

— Ты спятила, если думаешь, что я буду развлекаться, милые щечки.

— Это всего лишь клочок бумаги. Она может разрушить мою карьеру! — Гретхен внезапно бросилась к нему, как дама, попавшая в беду. Я стояла, испытывая отчетливое чувство, что сегодняшний вечер растянулся примерно на пять месяцев. Неужели Меркурий был ретроградным?

Но Риггс не подал виду, что собирается уступить, и стряхнул ее со своей руки.

— Тогда найди другую карьеру. Наверняка найдется маленькая репрессивная страна, нуждающаяся в новом авторитете. Я не женюсь ни на ком, ни по какой причине, ни в какое время.

— Ты мне должен! — Ее ладони столкнулись с его грудью, и она выглядела как никогда душевно. — Пожалуйста. Это не может быть концом моей карьеры. Ты же знаешь, что для женщины, занимающейся политикой, секс-скандал не имеет обратного хода.

Она скользнула по его телу, умоляя его, стоя на коленях.

Он смотрел на нее с квадратной челюстью и мертвыми глазами. Что, интересно, возмущало его больше — то, что она умоляла его пожертвовать ради нее своей свободой, или перспектива жениться на мне?

Я знала, что я не из тех женщин, на которых западают мужчины вроде Риггса. Хотя я и выглядела вполне прилично, я не была такой сексуальной, как Гретхен, которая в свои сорок лет выглядела как голливудская секс-бомба, с изгибами на многие мили, роскошными светлыми волосами и пузом, повидавшим больше шприцев, чем наркоманка. Я выбрала путь Кейт Миддлтон. Свежие школадные локоны, консервативные платья и ивовая фигура без особых примет. Я вздохнула. Если бы только беспокойство и неуверенность в себе можно было схватить.

Риггс взял ее за подбородок, наклонив ее лицо вверх.

— Это не тот вид попрошайничества, который мне нравится, и мое мнение не изменится. — Его голос был мягким, но окончательным. — А теперь вставай и вытирай пыль.

— Черт возьми! — Настала моя очередь выходить из себя. — Я просто пошутила насчет детей. Я скорее удалю себе зубы пинцетом, чем позволю тебе загрязнить мою ДНК. Завязывай, приятель.

— Извини, Поппинс, я не люблю моногамию. — Он докурил последнюю сигарету.

— А я не бредила, — ответила я, закатив глаза. — Это будет полностью фальшиво. Только на бумаге.

— Этого не будет.

— Я заплачу тебе, — пролепетала я в порыве отчаяния.

Его челюсть насмешливо отвисла.

— Ты хочешь сказать, что у меня будет доступ к непостижимому богатству и великолепию, накопленному скромным помощником кабельных новостей?

— Национальным, — поправила я. — И судя по твоей одежде, тебе не помешала бы любая помощь, которую ты можешь получить.

Его рубашка была выцветшей, а ремень наполовину оторван. Мой комментарий оставил кислый привкус во рту — комментировать одежду людей было дурным тоном, но адреналин, бурлящий во мне, заставлял меня говорить и делать неправдоподобные вещи.

Глаза Риггса расширились, и у меня возникло ощущение, что его средства, или их отсутствие, были для него очень серьезным делом.

— Ты самая поверхностная, стервозная и подлая женщина, которую я когда-либо встречал, а встречал я немало.

В животе у меня зашипели ядовитые змеи. Обычно я была толстокожей, но впечатление Риггса обо мне задело за живое, потому что… ну, потому что я скорее была с ним согласна.

— Просто уходи, Риггс. — Голос Гретхен надломился. Ее голова откинулась на плечи, словно она была без костей. — Ты мне не поможешь и не улучшишь ситуацию.

— Не нужно просить меня дважды. — Он обул ноги в грязные армейские ботинки и перекинул через плечо старый рюкзак. — Удачи.

Он ушел, оставив нас обеих стоять на месте, как будто мы были на дуэли.

Может, это и