Жестокий обман - Кейн Моника

* * *

Спустя несколько часов у меня болит голова и немеет задница от неподвижного сидения в этом кресле. Уже далеко за три часа ночи, и в игре осталось только три игрока: Даниил, Хорхе и босс "Ндрангеты" по имени Козимо.

Дилер сдает туз червей, туз пик и трефовую даму, и стол замирает. Несмотря на то, что большинство игроков уже сбросили карты, их внимание приковано к происходящему.

— Поднимаю ставку, — говорит Козимо, сдвигая половину своей огромной стопки фишек к центру стола.

— Ставлю все, — объявляет Даниил.

Я поднимаю взгляд и вижу, как он выдвигает вперед все свои фишки — должно быть, не менее миллиона долларов — и не выглядит ничуть обеспокоенным, выражение его лица подобно льду. В отличие от остальных, он отказался от всех предложений выпить с тех пор, как присоединился к игре, и пьет только воду. Я не понимаю всего, что здесь происходит, но я понимаю спокойствие в его голосе, когда он говорит, хитрый интеллект, когда он осматривает стол.

Хорхе и Козимо следуют его примеру, выставляя свои фишки в центр стола, как мини-небоскребы, выстроившиеся в ряд. Каждая фишка на столе в игре, на кону миллионы долларов. Теперь все или ничего. У меня холодеет в груди от осознания того, что Хорхе выиграет эту руку. Он всегда выигрывает, когда ставки растут.

На следующем круге дилер сдает бубнового валета. Козимо тяжело вздыхает и поднимает руки вверх, объявляя, что он вне игры. Но он не отходит от стола ни на шаг. Как и все остальные в зале, он хочет увидеть противостояние двух жестоких мафиозных боссов.

Теперь дело за Даниилом и Хорхе. Дилер сдает последнюю карту — семерку треф, и Хорхе с победным возгласом переворачивает свои карты. Я бросаю быстрый взгляд на улыбающегося Даниила, но улыбка у него зловещая. Он обнажает зубы. Если бы Хорхе был трезв, может быть, он бы понял это раньше, но для меня очевидно, что сейчас его ждет тяжелый нокаут.

— Молодец, — говорит Даниил, его голос глубокого тембра. — А теперь, что ты скажешь, если мы сегодня действительно повеселимся. Поставим на что-нибудь более ценное. — Он переводит взгляд с Хорхе на меня и обратно.

Сзади я вижу, как у Хорхе дрогнул мускул на челюсти.

— Что ты предлагаешь?

Потянувшись в карман, Даниил достает связку ключей и кладет их на стол.

— Ключи от моего бруклинского пентхауса с видом на нью-йоркскую гавань. Стоимость — двенадцать миллионов.

Хорхе молчит, раздумывая. Он жаждет денег, всегда жаждал.

— А что взамен? — спрашивает Хорхе.

— Бьянка, — просто ответил Даниил. — Если ты проиграешь, она моя.

Что? Сердце заколотилось в груди. По спине медленно стекает струйка пота. Что он делает? Хорхе разражается хохотом и бросает на меня острый взгляд через плечо.

— Неужели тебе нужна моя маленькая драгоценность? — Его голос — темный лед. — Как мило.

Все взгляды устремляются на меня. Мое сознание выходит из-под контроля, бунтует и ускользает от моих команд, как и сердцебиение. Зачем я понадобилась Даниилу? Если только он не знает, кто мой дядя. Раньше он так не думал, но он игрок. Несмотря на его джентльменский вид, ему нельзя доверять.

Хорхе раздумывает. Я вижу это по тому, как он проводит большим пальцем по губам. И я знаю, почему.

Хорхе — мошенник.

Он подстроил игру, вступив в сговор с дилером за столом. Предполагается, что дилеры должны быть нейтральными, но Хорхе позаботился о том, чтобы один из них был в его кармане, предложив значительный процент от его выигрыша. Это самый старый способ мошенничества, которым мошенники пользуются уже много веков.

Я слышала, как его люди шептались об этом, — вот что делает Хорхе. Он не безрассуден и не вспыльчив. Он проигрывает несколько партий, поэтому никто не присматривается к нему, но он всегда выигрывает, когда это важно. Как сейчас. Он не рискнет потерять нашу договоренность о браке, если это не будет гарантированным выигрышем.

Люди, сидящие за этим столом, могут быть безжалостными и коррумпированными, но они живут по своему моральному кодексу. Но только не Хорхе. Его волнует только конечный выигрыш. И сейчас он ничем не рискует, он знает только, что к концу вечера он набьёт свои карманы.

Мое горло сжимается в ожидании того, что произойдет.

— Хорошо. — Голос Хорхе легкий, дразнящий. — Давай сыграем.

— Отлично. — Даниил поворачивается к дилеру. — Марио, ты заслужил перерыв, почему бы тебе не уйти на ночь.

Марио колеблется. Он смотрит на Хорхе с паникой в глазах.

— Все в порядке, я в порядке. — Он нервно смеется.

Челюсть Даниила твердеет.

— Это было не предложение. — Он бросает ему фишку в десять тысяч долларов. — Григорий займет твое место.

Хорхе пытается вмешаться.

— Не говори глупостей, Козлов, просто играй. Нет смысла сейчас менять дилера.

Даниил не бросается обвинениями, но он знает. Он знает, что Хорхе жульничал всю ночь, и он терпел это. До этого момента. Он откидывается на спинку кресла, небрежно скрещивая мускулистые руки на широкой груди. Напряжение в комнате ощутимо, и если бы здесь было разрешено оружие, я не сомневаюсь, что каждый потянулся бы за своим.

Хорхе знает, что лучше не поднимать этот вопрос — это равносильно признанию своей вины. Вместо этого он передергивает плечами и опрокидывает в себя остатки виски, а Марио с низко опущенной головой отходит от стола, чтобы его место занял другой дилер. Первое, что делает Григорий, — достает свежую колоду карт.

Даниил ухмыляется и потирает руки.

— Так, на чем мы остановились?

Кровь шумит в ушах, заглушая шум в зале. Я не могу сосредоточиться, не могу сделать ничего, кроме как крепко вцепиться в сиденье стула и молиться богам азартных игр, чтобы Хорхе хоть как-то выиграл. Без шулерства Хорхе в лучшем случае посредственный игрок, и я не знаю, что будет, если он проиграет эту раздачу. Что может быть нужно от меня Даниилу? Я была одурачена его дружелюбной улыбкой, его легким обаянием. Он такой же извращенец, как и все они. Янтарноглазый волк ждет, когда я стану его ужином, а я бессильна возразить.

Не в силах смотреть на спектакль, я опускаю глаза на колени, а руки судорожно теребят шелковистую ткань платья, не в силах усидеть на месте. Абсурдность этого момента не дает мне покоя — мою судьбу будут решать два безжалостных бандита и колода игральных карт.

Чтоб меня.

— Каре. — Резкий голос Даниила отражается от стен тихой комнаты.

Сердце бьется так бешено, что