Я принимаю бой - Женя Онегина

– Откажись!

– Ни за что!

– Ксю! Ты никогда не участвовала в поединках!

– Ты меня научишь!

– Ксю!

– Ты меня всему научишь, – я прижалась губами к его рту.

И он ответил. Сразу. Напористо и сильно, словно хотел завоевать. Так оно и было. Он прижал меня к стене всем телом, и его рука легла на бедро, потянув платье вверх. Я судорожно сглотнула, вцепившись в его плечи и подавшись навстречу. Прохладные пальцы коснулись голой кожи над чулком, и я охнула.

– Ты всегда надеваешь чулки на важные переговоры?

– Только если на них планируется сразу пять парней.

Он больно укусил меня за нижнюю губу, а потом нежно прошелся языком, словно извиняясь.

– Откажись.

– И что дальше?

– Будем встречаться. Я схожу с ума рядом с тобой.

– А если я хочу остаться?

– Твое право. Но я не выпущу тебя на ринг, если ты не будешь готова.

Он снова поцеловал меня. Требовательно. Жадно.

– Я буду слушаться тебя во всем, – пообещала отчаянно.

– Это звучит великолепно, – он засмеялся, – три месяца, Ксю. У тебя есть три месяца! И я сделаю все, чтобы ты передумала выходить на ринг и осталась за моим плечом.

– Ммм, – я облизнула губы, – это звучит…

– Как безумие. Три месяца, Ксю. Объясни, зачем тебе это?

– А тебе?

Он не ответил. Отстранился, поправил на мне платье. Провел ладонью по щеке и оставил одну.

Когда я вернулась за столик, уже принесли заказ. Меня ждали овощной салат и паста с грибами. Вопросительно посмотрела на Жданова.

– Во всем, помнишь?

– Но я не люблю грибы.

– А я не тренирую женщин.

Молча взяла вилку и принялась за еду.

Глава четвертая

Домой я вернулась поздно. Артур порывался проводить меня, но Макс рьяно воспротивился этому, видимо, опасаясь, что Жданову все-таки удастся меня отговорить. По настоянию парней я вызвала такси, и теперь мы стояли на улице, ожидая машину.

– В понедельник в пять. Помнишь? – напомнил мне Макс.

– Конечно.

Артур снова нахмурился, хотя в целом ужин прошел в весьма дружественной обстановке. Мне нравились эти ребята. Очень разные, увлеченные и отчаянные. И надежные. Рядом с ними я чувствовала себя уверенно и спокойно. Несмотря на жгучие взгляды, что время от времени бросал на меня Жданов.

– Дай мне свой телефон, – вдруг произнес Артур и протянул руку.

Я удивленно посмотрела на него.

– Во всем! Мне постоянно это напоминать?

Вздохнув, я полезла в клатч и достала мобильный. Он нетерпеливо забрал его из моих непослушных пальцев. Набрал номер. В ответ его телефон загудел в кармане пальто. Жданов удовлетворенно хмыкнул и вернул мне аппарат. Машина уже ждала. Я шагнула к Максу, протягивая руку, но тот наклонился и коснулся моей щеки своей. Игорь пожал протянутую ладонь. А Жданов вдруг обхватил за талию, прижимая к себе, и шепнул:

– Спокойной ночи!

Потом открыл дверь машины, дождался, пока я устроюсь внутри, и, наклонившись и загораживая меня от ребят, мягко коснулся моих губ поцелуем.

– Напиши, как будешь дома.

Я кивнула.

Как только машина тронулась, я открыла телефон и проверила список контактов. Теперь там значился Submission grappling.

– Борьба за подчинение, – перевела я и засмеялась.

Едва вошла в квартиру, отправила сообщение:

«Я на месте».

В ответ получила скупое:

«Хорошо».

Утром меня разбудил звук нового сообщения.

«Я планировал незабываемый выходной. Только я и ты. Но завтра у тебя трудный день. Так что марш на пробежку. И никакого кофе!»

Часы показывали половину девятого.

Мне предстояли веселые три месяца.

Я сладко зевнула и набрала ответ:

«Есть, сэр».

И перевернулась на другой бок. Мне почти удалось заснуть. Но потом я вспомнила слова отца о том, что дисциплина начинается с мелочей. И поднялась с кровати.

На улице снова шел дождь.

А вечером мне позвонили и сообщили, что мой форд готов, и можно его забирать. Я схватила ключи и документы и поехала в автосервис. На обратном пути позвонил Артур и вместо приветствия спросил:

– Ты где?

– Забираю машину из ремонта.

Пауза. И короткое:

– Позвони, как будешь дома.

И отключился.

Я вздохнула.

Дома я поужинала рисом и отварной индейкой, собрала спортивную сумку на завтра, страшно жалея, что мое догу осталось у папы. Потом повторила домашнее задание и, наконец, набрала номер Артура. Он взял трубку сразу.

– Привет.

– Здравствуй. Почему долго не звонила?

– Долго парковалась, – соврала я.

– Обманываешь.

– Ну что ты!

– Ты не передумала?

– А должна была?

– Я соскучился.

– И я. Что мы скажем парням?

– А мы должны им что-то объяснять?

– Но…

– Посмотрим. Я запутался, Ксю.

И отключился.

А я осталась стоять у окна, пытаясь понять, где я ошиблась. Артур был слишком непредсказуем. И я так и не поняла, что именно он мне предлагает.

На пробежку я вышла в половине седьмого утра. Горячий душ. Зеленый чай и омлет на завтрак. Подсушила волосы и заплела в привычную косу. Немного подумав, выбрала черную юбку-клеш, тонкий голубой свитер, плотные колготки и тяжелые ботинки на плоской подошве. Набросила короткую курточку и подхватила рюкзак и сумку. Чистенький форд счастливо заурчал, когда я повернула ключ зажигания.

Сообщений от Артура не было.

Все утро я думала о чем угодно, только не о занятиях. А время, как назло, замедлило бег. Я страдала, невпопад отвечая на семинарах. И не записывала лекции, так как не могла сосредоточиться ни на чем, кроме телефона. Но сообщений от Жданова по-прежнему не было. Обед прошел в траурном молчании над овощным салатом и куриной грудкой.

– Ксюш, ты что? Худеешь? – не удержалась Настя, самая близкая из одногруппниц.

– Ага, – ответила, пытаясь запихнуть в себя очередной лист салата.

– А зачем?

– Вешу много, – пожала плечами.

Девчонки переглянулись.

Последнюю пару сидела как на иголках и первая выскочила из аудитории, едва нас отпустили.

До начала тренировки оставалось около часа, но я все равно отправилась в спорткомплекс.

Когда я вошла в зал, Артур был уже там. Одетый в свободные штаны и майку с длинным рукавом, плотно облегающую прокачанный торс.

– Привет.

– Здравствуй, – он улыбнулся, – симпатичная маечка. Только лишняя.

– Хочешь увидеть меня без нее? – голос все же дрогнул, но взгляда я не отвела.

Артур издевательски приподнял правую бровь.

– Почему не в догу?

– Я три года не тренировалась, забыл?

– Выросла из детских штанишек? – он хмыкнул.

– Можно сказать и так.

– Ладно. С этим разберемся потом. Сегодня у нас кастинг, чтоб его. Разминаешься сама. В своем темпе.