Замкнутый круг - Мария Чепало

Мы стали шерстить интернет в поисках полезной информации. Редко случается, чтобы жены богатеев не вели соцсети — всегда приятно выложить богатую жизнь всем на зависть. Но у Плешецкой только одна фотография, где она стоит с красным аттестатом на фоне школы, и больше никаких активностей. Единственное, что удалось узнать, — училась в консерватории Мусоргского.

— Да-аа, — протянул Макс, откидываясь на спинку кресла. — Не позавидуешь тебе.

— Нам, — уточнил я.

— Ну да. Как говорится, чем смогу — помогу, чем не смогу… не осуждай меня! — он перехватил мой недовольный взгляд. — Четыре месяца били баклуши и тут такой висяк! Лучше я третью работу найду, чем это.

— Платят много.

— Да, только вот в успех дела я не верю. А не будет успеха — не будет денежек!

— Ты как будто не в успех, а в меня не веришь.

— Почему как будто?

Я замахнулся, чтобы дать Максу подзатыльник, а он увернулся, выставил перед собой руки, как в каратэ, и издал боевой клич.

Остаток вечера мы смотрели соцсети подруг Плешецкой. Лейла Байрамова держит антикварный магазинчик, доставшийся ей от мужа. Когда-то давно она постила общую фотографию с вечеринки, где мы нашли Плешецкую, но это никак не помогло. По страничке Вики Сергеевой, мы сделали вывод, что она ничем не занимается, только иногда выезжает заграницу с мужем или покупает новый купальник.

Макс пуще прежнего убедился, что я взялся за висяк, но мой энтузиазм еще держался на круглой сумме.

Я уже упомянул, что Макс ворвался в мою жизнь неожиданно. Два года назад, когда я выслеживал одну женщину, он ко мне прицепился. Макс заметил, как я делал снимки на камеру с большим объективом — слишком подозрительно для фотографа-любителя. Через какое-то время он снова меня встретил, когда я устанавливал датчик джипиэс на машину одной дамочки. Тогда он подошел ко мне и сказал, чтобы я взял его в долю, иначе сообщит куда следует и мою лавочку прикроют. Он нашел информацию обо мне в интернете, узнал мое имя, прежнее место работы и стал шантажировать своей осведомленностью о месте, где я живу. Пришлось взять его в помощники, после чего мы быстро сдружились. Точнее, это произошло одномоментно, когда он заявился ко мне в квартиру пить пиво (прямо как сейчас). Всю информацию обо мне в интернете он стер, и после этого я практически не существую.

Неплохая история о том, как деньги помогли обрести друга.

На две работы он ходит, чтобы выплачивать какие-никакие алименты сыну. Субботу любит проводить в компании красивых женщин. Редко, но случалось я попадал по работе в неприятные передряги — мужья в гневе не лучшая компания. Как вы поняли, выходил я из них невредимым, но Макс боялся соваться в эту темную сторону моей жизни. Все-таки он несет ответственность не только за себя.

Со временем, я стал более опытен, набрался терпения, и заслужил неплохую репутацию в узких кругах. Один дедуля с карманами полными денег, рекомендует меня другому и так по кругу. Редко, как в нашем случае, попадаются довольно молодые заказчики, но в основном сомнения в верности красивеньких жен возникают в возрасте шестидесяти — семидесяти лет.

Конечно, во всем есть свои минусы (например, пуля, просвистевшая в сантиметре от моего уха, или десятичасовые посты в машине с двумя литрами кофе в термосе), но быть частным сыщиком меня устраивало. Во всяком случае, у меня был мотив.

Слежку я начал рано утром, когда Плешецкий еще не уехал на работу. Прослушку решил пока не ставить, хотя их вентиляция слишком соблазнительно располагалась на боковой стене дома. Посчитал, лучше в секреты самого Плешецкого не лезть, иначе кто знает, что он мне за это устроит.

Вооружившись биноклем и заняв практически идеальную позицию в машине, я наблюдал за началом чужого дня. Панорамные окна, шторы на которых по неведомой мне причине не закрывались, послужили моим преимуществом.

Еще вчера Плешецкий обмолвился, что его жена запирается в своей комнате, и сейчас я убедился, что спят они не просто отдельно, а на разных этажах. Пока Плешецкий завтракал, а домработница начищала его лакированные туфли, Плешецкая сладко спала в своей огромной кровати. Хотя я и видел только белые простыни и клочок темных волос, мне казалось, я уже ненавижу эту женщину.

Возможно, так на меня повлияли слова Макса о висяке, или ненависть к противоположному полу окончательно меня добила.

Ее утро началось в восемь. Она долго ворочалась, затем тяжело встала, посмотрела в зеркало и потерла лицо руками. Час ушел на ванные процедуры, еще полчаса Плешецкая завтракала свежеиспеченными вафлями. Насколько я мог судить, их отношения с домработницей не самые теплые — Плешецкая избегала встреч, а та только и делала, что бегала за ней по пятам.

Наконец она вышла из дома, и я смог ее получше разглядеть — не слишком длинные ногти, но свежий маникюр, прическа а-ля Миа Уоллес, огромные солнцезащитные очки, красная помада. Явно хочет привлечь внимание. Села в такси, хотя я заметил вторую машину в гараже, когда Плешецкий выезжал на работу. При том не просто машину, а желтый мини-купер, такие сейчас стоят целое состояние.

Первое впечатление — избалованная, жаждущая внимания простушка, удачно вышедшая замуж.

Выдерживая расстояние в две машины, я следовал за такси, в конечном итоге остановившимся у торгового центра. Утром в рабочий день людей мало, поэтому снова пришлось держать дистанцию. Виляя пятой точкой, Плешецкая обходила все магазины с декором для дома. К полудню у нее накопилось три пакета. Денег она не жалела — брала то, что понравилось. Да и магазины были не из дешевых. Прикинув толщину пакетов, я предположил, что потратила она не меньше двадцати тысяч.

Простая белая футболка и синие шорты делали меня неузнаваемым. Никаких примет — кто это такой? Как бы вы его описали? Мужчина средних лет, темные волосы. Сколько таких ходит по улицам? Десятки? Сотни?

Когда получалось уличить момент и подобраться поближе, я это делал, в надежде услышать какой-нибудь разговор по телефону, но никто не звонил. Первый день слежки редко приносит плоды, но с другой стороны он не менее важен, чем все остальные. Я изучаю объект, его привычки, характер, поведение. То, что Плешецкая сразу пошла в людное место — уже хорошо. Есть возможность понаблюдать как она держится в обществе — хамит ли персоналу, влезает куда не следует, берет свое, идет по головам… Ничего из перечисленного