Сталкер на каникулы - Анна Кейв

— И как только у мамы получается так красиво застилать кровать? — в недоумении проговорила Женька и, накрывшись голым пледом, отвернулась к стене.

Монотонный стук поезда и мерное покачивание начало убаюкивать и Василину. Сдавшись, она провалилась в беспокойный сон, в котором носилась за Робертом луком и стрелами — и далеко не купидоновскими, — а он убегал от нее, прорываясь через кусты и заметая следы, шлепая по лужам. Проснулась она полностью разбитой, но вспомнив об утреннем плане, моментально пришла в чувство и принялась тормошить подругу:

— Женька, хорош дрыхнуть, вставай. Мы уже подъезжаем.

— Прицельные бегемотики летают низко… Как думаете, это к дождю? — сонно пробормотала она, пуская слюни на подушку.

Василина, опешив, стянула с Женьки плед и закинула его на верхнюю полку:

— Какие еще бегемотики?! Так, я пошла наводить кофе, если к моему возвращению ты все еще будешь видеть летающих бегемотов, на завтрак я тебе ничего не оставлю.

Вытащив из рюкзака два пакетика кофе три-в-одном, девушка развернулась к двери и шарахнулась от вида в зеркале. Чертыхнувшись, она попыталась поправить сбившуюся толстовку и воротничок рубашки, выглядывающих из-под ворота. Однозначно было плохой идеей ложиться спать в том же, в чем собиралась гулять в первый день по Казани. Даже не пытаясь расчесать волосы, которые уже больше двенадцати часов не видели сухого масла для несмываемого ухода, Василина, наконец, решилась выйти из купе.

Разбудив проводниц и раздобыв стаканы, она всыпала в них содержимое пакетиков и залила кипятком. Один только аромат дешевого кофе из ларька на вокзале взбодрил Василину, которая не представляла ни одно утро без него и не могла равнодушно пройти мимо кофейни. Карманные деньги она часто спускала на авторский латте, моккачино и капучино, неизменно приправляя их сиропами, чтобы словить сахарный удар.

Аккуратно продвинувшись по коридору, она в замешательстве остановилась у двери и покосилась на стаканы. Третьей руки, к сожалению, у Василины не было, как и предусмотрительности. Она постучала носком кроссовка, надеясь, что Женька уже проснулась. Но либо подруга все еще летала на бегемотах, либо она приняла стук в дверь за звук поезда.

Дверь в соседнее купе резко открылась, заставив Василину дернуться от неожиданности и едва не расплескать кофе. Она встретилась взглядом с Робертом, который выглядел таким же помятым, какой была сама Василина. Не так, совсем не так она планировала встретиться с ним этим утром! Он не должен был увидеть ее лохматым чудовищем! Потупившись, она промямлила:

— Эм… не поможешь открыть дверь?

Парень молча опустил взгляд на ее занятые руки и, пожав плечами, толкнул дверь, запуская Василину в купе. Она хотела его поблагодарить, но Роберт стремительно ушел от нее в конец вагона.

— Что у нас на завтрак? — зевнула Женька, обнимая подушку. Она выглядела такой всклоченной, будто провела ночь в курятнике.

— Ты ничего не брала в дорогу? — удивилась Василина.

— Я хотела, но мама сказала, раз мы едем в ночь, то нечего брать всякую сухомятку.

— Подбери эту салфетку с пола, — попросила подруга, глядя на синюю скатерть из скользкой ткани, которая постоянно съезжала со столика. Когда Женька вернула ее на место, Василина водрузила стаканы и вытащила из рюкзака два пакета.

— Пирожки! — встрепенулась Женька.

Василина шлепнула ее по руке и осадила:

— Этот пакет не трогай.

— Почему?

— Потому что это для Роберта. Я вчера полдня мучалась, чтобы пожарить их. Угощу его, и потом он всегда будет меня вспоминать.

— Ты туда приворотное зелье добавила, что ли? — опасливо уточнила подруга.

Василина цокнула языком:

— Ага, приворожить его решила! Ну какое зелье, мы же не в Средневековье. Я может и рыжая, но не ведьма. А жаль. Это его любимые пирожки с картошкой и сосиской, он всегда берет их в буфете. И после того, как я угощу его ими, он будет ассоциировать пирожки со мной.

— Так себе ассоциация, конечно… — пробормотала Женька и потянулась ко второму пакету: — А эти с чем?

— Тоже с картошкой и сосиской, — ответила Василина, отхлебнув кофе.

— А в чем разница? — не поняла подруга.

— В том, что одни получились красивыми, а вторые вышли уродцами.

Развязав узел на пакете, Женька придирчиво осмотрела пирожки. Из одного словно средний палец торчала сосиска. Другой так разворотило, будто кто-то вывернул пирожок наизнанку. Таким точно не стоило угощать парня мечты. От одного вида можно было лишиться аппетита до конца жизни.

Приведя себя в порядок, Василина подхватила пирожки и вышла в коридор со словами:

— Красная Шапочка пошла прикармливать Серого волка. Не съешь тут все без меня.

Только она набралась смелости постучать в купе к парням, как ее выловила Раиса Алексеевна и строго указала на пакет:

— Так, Василина, это что тут у тебя?

— Да так… пирожки. Решила с ребятами поделиться, — растерялась девушка.

— Никаких пирожков, — отрезала учительница и забрала их, отправив в пакет, полный разномастной провизии: — Один уже отравился куриными ножками, теперь по всему купе кости и жирные пятна. Не хватало еще, чтобы вы все у меня слегли.

— Но они свежие, я сама готовила! — запротестовала Василина.

— Скоро приедем, и я отведу вас на завтрак, — отчеканила Раиса Алексеевна и пошла отбирать припасы у остальных.

Топнув от досады ножкой, девушка надулась и подумала: «Снова провал! Ну ничего, мой следующий план точно удастся».

Глава 3

После чехарды с заселением в гостиницу близ озера Кабан — шутки о названии не утихали вплоть до того момента, как все разбрелись по номерам — Раиса Алексеевна отвела своих подопечных на обещанных завтрак в столовую поблизости. Та встретила их рядами столов, застеленных потертыми клеенками, и такими ароматами, что аппетит разыгрался даже у тех, кто успел уничтожить свои припасы до нашествия на них Раисы.

Василина и Женька, взяв один поднос на двоих, прошлись вдоль витрин, набирая исключительно десерты. Остановившись напротив выпечки, подруги внимательно изучили хлебные булочки, треугольники и необычные круглые пирожки двух видов.

— Извините, а эчпочмак — это с чем? — спросила Женька у женщины на раздаче.

— Картошка с говядиной, — улыбнулась та. — Берите, девочки, это вкусно.

— А элеш? — уточнила Василина, поглядывая на круглый пирожок.

— Картошка с курицей, — отозвалась сотрудница.

Подруги переглянулись и, кивнув на блюдо с круглыми пирожками поменьше, хором спросили:

— А губадия — это тоже картошка с мясом?

Женщина с ярко-желтым тюрбаном на голове покачала головой:

— А это уже сладкая выпечка. С кортом, рисом, изюмом и яйцом.

Женька, плохо расслышав из-за гама, стоявшего в столовой, изумленно переспросила:

— С