Соблазнительный ангел - Мэри Бэлоу

Кассандре не потребовалось много усилий, чтобы узнать о бале леди Шерингфорд. Она просто оглядывала фешенебельную часть Гайд-парка, пока не увидела большую компанию дам, вместе гулявших по пешеходной дорожке и о чем-то оживленно болтавших. Кассандра повела Элис в том направлении, а потом пошла впереди и прислушалась к разговору. И узнала много всего, что знать не желала: о том, какие нынче в моде шляпки, кому они идут, а кого уродуют настолько, что было бы истинным милосердием сказать им об этом, наберись собеседницы достаточно мужества. Узнала о забавных проделках детишек, на удивление способных и изобретательных. Правда, Кассандра подозревала, что проделки их считались забавными лишь потому, что жертвами становились няни и гувернантки, а не сами мамаши. Лично ей казалось, что эти дети были избалованными и испорченными.

Наконец утомительная беседа дала свои плоды. Три дамы собирались посетить завтрашний бал, который леди Шерингфорд давала в доме маркиза Клавербрука на Гросвенор-сквер. И это само по себе было удивительным событием, поскольку, по словам одной из дам, престарелый маркиз много лет считался настоящим отшельником и лишь три года назад вышел из дома, чтобы посетить свадьбу внука. Он, конечно, засел в своих мрачных комнатах, но все же согласился дать бал в собственном доме.

«Бал леди Шерингфорд в особняке Клавербруков на Гросвенор-сквер», — мысленно повторяла Кассандра, запоминая все наиболее важные детали беседы и пытаясь игнорировать те, что не представляли интереса.

Дамы, собиравшиеся поехать на бал, дружно заявляли, что делают это против воли и вообще не могут взять в толк, почему столь респектабельная женщина, как леди Шерингфорд, согласилась принять предложение распутника графа, чье поведение было поистине шокирующим. И вообще порядочным людям не следовало бы принимать его в своих домах.

Ангелы небесные, да у него даже есть ребенок от этой мерзкой женщины, которая бросила законного супруга, чтобы сбежать с графом в тот самый день, когда последний должен был жениться на сестре этого самого мужа! Вот это скандал из скандалов!

Однако они собирались на бал, потому что там будут все. И кстати, любопытно узнать, что вышло из этого брака. Наверняка муж с женой не слишком ладят, но, разумеется, станут изображать любящих супругов.

И все же две дамы отказались ехать. Одна с превеликим облегчением объявила, что должна быть в другом месте. Вторая заявила, что не переступит порога дома, где находится граф Шерингфорд, даже если остальные готовы забыть и простить, и не поедет туда за все золото мира! И это ужасно обидно, поскольку муж решительно отказывался посещать балы, зная при этом, как любит жена танцевать.

«Все лучше и лучше», — подумала Кассандра. Лорд и леди Шерингфорд стали жертвами злословия, а остальные считают графа распутником и развратником. Вряд ли хозяева не пустят на бал кого-то, даже не имеющего приглашения. Хотя репутация графа наверняка привлечет все общество как мух на мед, ибо любопытство — главный грех человечества.

Значит, завтра вечером она попытается прорваться на бал к Шерингфордам. Время не ждет. У нее осталось денег ровно столько, чтобы оплатить аренду за следующую неделю и сделать запасы еды еще на пару недель. Дальше простирается пугающая пустота, в которую деньги будут утекать, а новых ниоткуда не ожидается. А от нее зависит жизнь трех человек и собаки. И все они, по разным причинам, не могут сами о себе позаботиться.

Элис шла рядом, неодобрительно поджав губы. Кассандра велела ей молчать, как только они обогнали пятерых дам. Но молчание было громким и осуждающим. Элис происходящее крайне не нравилось, и это было вполне понятно. Кассандре тоже не понравилось бы беспомощно взирать на то, что Элис или Мэри вынуждены продавать себя, чтобы купить ей еду. К несчастью, иного выхода не было. А если и был, Кассандра не могла его найти, хотя несколько ночей лежала без сна, пытаясь понять, что делать.

Она оглянулась на ходу, чувствуя себя так, словно присутствует на маскараде, а ее лицо надежно скрыто маской и домино. Маской служила черная вуаль, домино — тяжелое траурное платье. Она видела окружающее, хотя очень смутно, но ее не мог видеть никто. Правда, под траурными одеяниями было невыносимо жарко, и Кассандра с надеждой ждала, что облака скроют солнце. Но небо было почти безоблачным.

Должно быть, весь бомонд теснился на этом маленьком пятачке Гайд-парка. Кассандра уже забыла, сколько народа собирается здесь в это время. Правда, сама она почти не бывала здесь. Она вышла замуж совсем молодой и обошлась без дебюта.

Ее взгляд скользил по дамам, одетым в яркие модные и дорогие наряды, но не на них она сосредоточила внимание. Эти женщины ничего для нее не значили. А вот джентльменов она рассматривала пристально и оценивающе. Сколько их здесь! Какое разнообразие лиц и возрастов! И некоторые посматривали на нее, несмотря на явно непривлекательное облачение. И никто ей особенно не нравился. Впрочем, человек, который должен наполнить ее пустой кошелек, вовсе не обязан нравиться.

Однако тут ее внимание привлекли два джентльмена не только потому, что были молоды и красивы, но и из-за поразительного контраста между ними. Ей казалось, что она смотрит на ангела и дьявола.

Дьявол был старшим. Она дала бы ему лет тридцать пять. Очень смугл, черноволос, с красивым, но суровым лицом и темными глазами. Она посчитала его человеком опасным.

Ангел был моложе, возможно, моложе даже ее самой. Золотистый блондин, классически красивый, с правильными чертами открытого, добродушного лица. Судя по лицу и глазам — наверняка голубым, — он часто улыбался.