Снежный ангел - Мэри Бэлоу

«Белоснежные зубы и ярко-синие глаза – перед таким сочетанием никто не устоит», – подумала девушка. Светлые волнистые волосы были немного длиннее, чем того требовала мода, но зато в полном соответствии с канонами красоты. Он был выше ее на полголовы, стройного, но крепкого сложения. Узкая талия и широкие плечи придавали ему мужественный вид.

В экипаже было довольно шумно, вдруг подумала Розамунда. Там они почти не разговаривали, и это было незаметно. Но сейчас, в гостиной, было очень тихо, и она почувствовала необходимость что-нибудь сказать.

Он все еще улыбался.

– Вам все-таки удалось выжить? – спросил он.

– Вы поступили некрасиво, не предупредив меня, – упрекнула Розамунда.

– сли бы я посоветовал вам пить по глоточку, то после первого же глотка вы поступили бы, как все женщины: состроили бы гримаску и отказались «это» пить. Разве вам не стало теплее?

– Да, спасибо, значительно теплее.

К счастью для смутившейся женщины, дверь отворилась, и в комнату вошла миссис Ривз – экономка, кухарка и горничная в одном лице. Розамунда мысленно благословила ее за столь своевременное появление. Женщина оказалась весьма словоохотливой.

– Слава Богу, что вы добрались живыми и невредимыми, – сказала она, поставив большой поднос на стол. – «Они не приедут сегодня, – говорила я Ривзу. – Только не в такое ненастье». И потом, как досадно было бы, если бы вам пришлось застрять на каком-нибудь постоялом дворе! Белье там никогда не просушивают, еда хуже некуда, верно, мадам? Я тут принесла вам чай и кексы, и еще хлеба с маслом. А напитки покрепче стоят вон там, сэр. Ах, вы уже нашли их! Вот и хорошо, вам необходимо согреться. Меня зовут миссис Ривз, к вашим услугам. А мы не знаем, как вас называть, мистер Прайс не сказал, кто к нам приедет.

– Холлидей, – коротко ответил граф. – Джастин Холлидей. И миссис Хантер.

Миссис Ривз оценивающе посмотрела на Розамунду и затем на графа.

– Ривз отнес ваши чемоданы в большую спальню, сэр, – сказала она. – Там разожжен камин, и все белье у меня хорошенько просушено, можете не сомневаться, мадам.

Розамунда онемела, осознав, что та имеет в виду.

– Будьте добры приготовить еще одну комнату, миссис Ривз, – поспешил исправить ошибку лорд Уэзерби. – И перенесите туда мои вещи. Миссис Хантер будет спать в большой спальне одна.

– Сию минуту все сделаю, – заверила их миссис Ривз. – И можете не беспокоиться, сэр, насчет сквозняков и влажных простыней. Я протапливала зеленую комнату до позавчерашнего дня, пока мистер Прайс не сообщил, что приедут только его друзья.

– Благодарю вас, миссис Ривз, – сказал граф, давая понять, что она свободна.

Экономка послушно ретировалась. Розамунда вдруг посмотрела на свое простое шерстяное платье и ахнула:

– О Боже, все мои вещи остались у Денниса!

– Ну, – с усмешкой заметил граф, – я и не рассчитывал, что вы станете переодеваться к обеду, миссис Хантер.

Она посмотрела на свои ботинки и с тоской вспомнила уютные комнатные туфли, теплые ночные сорочки, красивые гребни и шали, которые остались у нее в чемодане.

– Так вышло, что я привез с собой целый чемодан женской одежды. – Граф улыбнулся в ответ на удивленный взгляд Розамунды. – Это вещи моей… сестры. Мы должны были поехать вместе, но перед самым отъездом она простудилась. Думаю, у нее в точности ваш размер.

Розамунда недоуменно свела брови. Зачем мистер Холлидей взял с собой чемодан сестры, если та отказалась ехать?

– Я взял ее чемодан за день до того, как мы должны были ехать, – объяснил граф. – Дело в том, что она провела последнюю ночь не дома, а… у своей тети. У нашей тети, конечно.

– Я не могу воспользоваться ее вещами, – решительно отказалась Розамунда.

– Уверяю вас, она нисколько не будет возражать. Я скажу Ривзу, чтобы он отнес ее чемодан к вам в спальню.

– Спасибо, – поколебавшись, сдалась Розамунда. – Разве что самое необходимое. Наверное, только ночную сорочку. – Она почувствовала, как краснеет, и пожалела, что не может взять своих слов обратно.

Она слишком смутилась, чтобы заметить, как граф закатил глаза и состроил легкую гримасу.

– Не возьмете ли вы на себя труд разлить чай? – спросил он, кивая на поднос.

Розамунда вскочила с кресла и направилась к столу, обрадованная, что может хоть чем-то заняться. Разливание чая по двум чашкам заняло у нее значительно больше времени, чем рассчитывал граф.

Миссис Ривз убрала со стола и отвела Розамунду в спальню. Граф Уэзерби остался один.

Сидя в кресле, он горько сожалел о своем необдуманном предложении.

Вне всякого сомнения, миссис Ривз вполне могла бы одолжить девушке ночную сорочку, шлепанцы и что там еще носят женщины. Зачем только он открыл рот и сказал про сундук, который привез для Джуд? Почти сразу, как у него вырвались эти слова, а точнее – после того, как она упомянула о ночной сорочке, он был готов откусить себе язык.

О Боже, эти ночные одеяния! В сундуке их было два, если только это можно было назвать одеяниями. Да и вся остальная одежда явно предназначалась для любовницы, а не сестры.

«Ладно, что сделано – то сделано», – решил граф. Он подошел к буфету и налил себе бренди. Он не потеряет сон из-за такой ерунды. Ей тоже следовало думать, прежде чем говорить. Ему-то все равно, а вот ее жаль: уж очень смутилась.

Молодая вдова оказалась чертовски хорошенькой. У нее был примерно тот же размер одежды, что у Джуд, только формы менее чувственные и пышные, чем у его любовницы. Однако ее тоненькая фигурка ничуть не менее привлекательна – хрупкость иногда бывает даже более соблазнительной, чем обилие плоти. В конце концов граф пришел к выводу, что одинаковым у этих двух женщин был только рост. У Джуд были темно-рыжие волосы и зеленые глаза. У миссис Хантер – темные глаза и такие же темные волосы. Длинными блестящими локонами они спадали у нее по спине.

Эта женщина была не только красива, но и занятна. Когда она говорила, лицо ее становилось живым и подвижным. Проклятие! Ну почему она оказалась такой привлекательной?! Ему не особенно хотелось оказаться запертым в одном доме с интересной молодой женщиной. То есть, конечно, хотелось, но не с этой женщиной. Ему нужна была Джуд. Как все могло быть замечательно – ни Прайса, ни его пташки. И снег кругом. Снег, который не позволит им выйти из дома и остановит нежеланных гостей. И весь день напролет можно заниматься любовью…

Перед тем как связать себя узами брака, графу хотелось устроить грандиозную оргию и насладиться плотской любовью, не знающей никаких границ и запретов. И все, казалось, благоприятствовало этим планам, даже погода. За исключением того, что сами планы провалились. Он оказался наедине с другой женщиной. И эта женщина была леди.