Триада Крис. Хроники одного задания - Кира Леви

В приподнятом настроение я отправилась в казарму Академии.

Не могу сказать, что я забыла события сегодняшнего дня, нет. Но я смогла закрыться от боли, терзающей душу. Внутри появилась хрупкая прозрачная завеса, обволакивающая болезненную рану. С этим можно жить. А уж как жить — покажет время!

Глава 3. Всеобщее помешательство

— Киария, отлично выглядишь! — старый орк-привратник склонился ко мне и доверительно шепнул: — Тебя спрашивали из деканата. Я сказал, что адептка Роурок ещё не вернулась из увольнительной.

— Моя благодарность, мао Громул, — слова были подкреплены звонкой монетой. — Купи от меня гостинец внучке. Что, у неё клыки уже сменились?

— Да! — дед гордо подбоченился и потянул из-за пазухи ожерелье из орочьих клыков. — Вот, смотри!

Я с уважением рассмотрела предъявленный зуб, радуясь за малышку. Смена первых клыков у орков наиболее болезненна. Бывает, даже целителя приходится вызывать.

— Пусть растёт большой и сильной, чтобы коня на скаку могла остановить и мужа на плечах унести!

Орк довольно покряхтел, закрывая за мной большую дверь, встроенную в окованные железом ворота. Каменная стена высотой пять метров тянулась по периметру всей Академии и была укреплена магически, чтобы ушлые адепты не уходили в самоволку в город или не притаскивали оттуда запрещённые артефакты или горячительное.

Сразу от ворот начиналась широкая дорога, которая вела на центральную площадь перед старинным зданием Академии. В окнах деканата светился свет, и я шмыгнула на боковую аллею. У меня совсем не было желания быть увиденной. Знала я, кто так жаждет встречи со мной — Эйгарон Эриус Драг—Арон, старший брат Риарона, декан нашего факультета. В тот год, когда мы с Ри поступали, он заканчивал девятый курс. Год его не было, а потом Драг—Арона пригласили в Академию преподавать. Чума на его голову! Все шесть лет он методично достаёт меня.

— Адептка Роурррок, — раздавшееся за спиной рычание не оставило сомнений в том, кто находился позади меня. Красться было поздно. — Неужели вам не сказали, что вас ожидают в деканате?

Мысленно помянув однорога и пожелав, чтобы он догнал уважаемую задницу декана, я развернулась к дракону, принимая дурковатый вид. Ибо адепт перед преподавателем должен выглядеть не умнее лупоглаза. Хлоп-хлоп ресничками.

— Лейер Драг-Арон, разрешите доложить: адептка Роурок прибыла из увольнительной. Информация от моа Громула получена. Шла в казарму, дабы привести внешний вид в соответствие уставу Академии.

Недобро прищурившись, дракон внимательно осмотрел меня, особо останавливаясь на открытой шее и зоне декольте. Взгляд преподавателя стал нервировать. Вспомнив, как отреагировал Риарон на моё преображение, я почувствовала, что неудержимо краснею. Пылали не только уши, но и кожа шеи и груди. Обычно Эйгарон не стеснялся в выражениях, если это могло меня задеть.

— Хм, действительно, платье… На свидание ходили? — чёрные драконьи глаза полыхнули красным огнём, выдавая раздражение мужчины.

— Да. Нет, — запуталась. Ну, правда, не рассказывать же первому встречному о своих любовных проблемах.

— Вы определитесь. Я требую объяснений, — очень настойчиво заявил дракон и незаметно сократил расстояние между нами. Подкрадывался, как к дичи.

На безлюдной аллее в сумерках было видно, как на кустах один за другим начинают светиться зелёные светлячки. Огоньки выстраивались, вытягиваясь в линию подсветки аллеи. Тени всё больше сгущались. Тон разговора всё сильнее нервировал.

— Это личное, лейер Драг-Арон. И происходило во время увольнительной.

Я хоть и говорила твёрдо, но чувствовала, как по спине скатывается капля холодного пота. Настроение дракона продолжало портиться. Я это чувствовала. Что за проклятье — ощущать этого чешуйчатого!

— Риарон знает?

— Он был там.

Стоило мне произнести последнюю фразу, как напряжение из позы мужчины испарилось. Он ехидно улыбнулся. А дальше сделал то, от чего я потеряла дар речи. Коснулся моей щеки костяшками пальцев.

— Малышка Киария повзрослела. Её стали интересовать женские штучки. К сожалению, это не ваш стиль. Вы в этом платье, что жуйлесопл с седлом. Никакой грации.

Терпение моё лопнуло быстрее, чем он договорил. А моё обещание себе не поддаваться на провокации Эйгарона вылетело из головы.

— Жаль, что Риарон тогда вмешался и не позволил мне задать вам трёпку, — шипеть я научилась не хуже Сайя.

— Жаль, — дракон покачал головой, словно и вправду сожалел. — Я хотел бы провести с вами контактный бой.

Выпад со стороны мужчины был молниеносным. Если бы я не была обескуражена его поведением, то среагировала бы быстрее, а так только трепыхнулась, прижатая грудью к его твёрдо—каменной груди, с вывернутыми за спину в болезненном захвате руками.

Обжигающее дыхание дракона опалило шею.

— И был бы не против, увидеть вас под собой… — вполголоса продолжил он после заминки. — На арене. Но, к сожалению, правилами запрещены сражения вне занятий на территории Академии.

Эйгарон резко отпустил мои руки из плена, одновременно с тем отступая. Но пусть у меня на лбу вырастет нос, если я не почувствовала прикосновение его губ к мочке уха. Испуганной пичугой внутри забилось сердце. Я отпрыгнула от дракона на добрых полтора метра, прежде чем поднять на него глаза и увидеть всё то же ехидное выражение лица. Гремлин меня дери! Это что, мне привиделось?

— Какая жалость, — буркнула. И, взяв себя в руки, спросила: — Лейер Драг-Арон, вы вызывали меня в деканат. Зачем?

— В Академию пришло подтверждение от гильдии наёмников о начале практики вашей триады, капитан Роурррок. Зайдёте уже завтра. Вам выдадут инструкции и артефакты связи. В казначействе получите деньги на путевые расходы.

— Слушаюсь, лейер, — я по привычке вытянулась, позабыв, что нахожусь в женском платье. Отчего моя грудь чуть не выскочила из декольте.

— Что за дурная девица. Это немыслимо! Ну кто в платье отдаёт честь? — дракон тут же хохотнул. — Хм, хотя в платье и правда удобнее… Чтобы я больше не видел на вас это безобразие, адептка Роурррок! Марш в казарму. Платье сдать в утиль.

* * *

Беседа с лейером Драг-Ароном совершенно выбила меня из колеи. Его поведение было странным. На половину его слов я бы и внимания не обратила, если бы не прикосновение Эйгарона ко мне. Там, где он касался своим дыханием открытой кожи, до сих пор было ощущение жара. А от мест, где были его руки, по телу отчего-то пробегали колкие мурашки. Ощущения были странными: они и пугали, и в то же время в груди