Как увлечь дьявола - Лола Гласс

Он рухнул на сиденье кабины, потеряв сознание.

Моя рука легла на её бедро.

Другая схватила за распущенные золотистые волосы.

Мой язык грубо скользнул по её губам, слизывая с них вкус кого угодно, только не меня.

Бринн вздохнула, и я впился в её рот. Я не целовал её, а требовал. Каждый дюйм её рта.

Её пальцы зарылись в мои волосы, тянули и дёргали.

Этого было недостаточно.

Мои руки резко скользнули вниз по роскошным изгибам её тела. Нашли подол её платья, задрали его кверху и скользнули вниз.

Она застонала, когда я обхватил её голую задницу, а потом оторвала свой рот от моего.

Свежий воздух вернул мне здравый смысл, которого так не хватало.

Ещё минута, и я бы питался от неё.

Я бы связал себя с ней таким образом.

Раздел бы её догола в кабинке и сделал бы своей с бессознательным вампиром всего в нескольких дюймах от её голого зада, который всё ещё обхватывали мои руки.

— Какого черта ты здесь делаешь? — вопрос сорвался с моих губ, лишив меня контроля, за который я так сильно боролся.

— Какого черта ты здесь делаешь? — возмущение в её глазах было почти таким же сильным, как ярость в моих. — Мне плевать, что тебе предложил мой брат, но ты не имеешь права идти за мной в ночной клуб и пытаться убить человека, с которым я хотела переспать!

Она замолчала прежде, чем успела сказать что-то ещё.

Я догадывался, что именно она пыталась скрыть.

— Его кровь была на твоих губах, — прорычал я. — Его зубы были в твоём горле. Это было гораздо больше, чем просто секс, Бринли.

Была только одна причина, по которой вампир мог отдать свою кровь человеку, и её было достаточно, чтобы я чуть не оттолкнул свою пару и закончил начатое с этим ублюдком.

Он собирался её обратить.

Гнев в её глазах подсказал мне, что она далеко не невинна в этом вопросе.

— Убирайся. — она указала на выход. — Сейчас же.

— Хорошо. — я схватил её за талию и перекинул через плечо, направляясь к двери. Её крик заглушала громкая музыка, а её кулаки колотили меня по спине.

Хотя на нас смотрели десятки глаз, охранники просто кивнули мне, когда я прошёл мимо них.

Никто не осмелился подойти, когда я усадил свою женщину на пассажирское сиденье своего «Хаммера», пристегнул ремень и захлопнул за ней дверь.

Она попыталась открыть дверь, но я нажал на детский замок.

И через мгновение мы уже отъезжали от клуба.

Бринн отвернулась от двери и прислонилась головой к спинке сиденья.

— Я собираюсь найти твою потенциальную пару, — сказала она дрожащим голосом.

Я был уверен, что она дрожит от гнева. Её гнев не мог сравниться с моим — я едва мог видеть ясно.

— Собираюсь заманить тебя в ловушку пары, которую ты не хочешь, и привязать к женщине, которая тоже тебя не хочет. Ты думаешь, что можешь управлять мной, но ты ошибаешься.

Мои пальцы крепко сжались на руле.

Я стиснул челюсти, чтобы не сказать, что лишь нужно посмотреть в чёртово зеркало, чтобы найти мою женщину.

Или что я уже безнадежно привязан к ней и борюсь с каждым своим инстинктом, чтобы не дать себе зайти дальше.

Я не хотел ею управлять.

Я хотел попробовать на вкус каждый дюйм её тела.

Питаться от неё до тех пор, пока не потеряюсь окончательно.

Наполнить её.

Чтобы убедиться, что она никогда не захочет никого, кроме меня.

И я не мог ничего из этого получить.

Поэтому я крепко сжал челюсти и не позволил себе произнести ни слова.

Глава 4

БРИНН

Себастьян открыл дверь, чтобы выпустить меня, жестко предупредив, чтобы я больше не уходила, и скрылся в доме.

Когда я хмуро вошла внутрь, то обнаружила, что его родители находятся на великолепной, огромной кухне.

Она была такой же безжизненной, как и весь дом.

Такой же холодной.

Такой же бессердечной.

Мои глаза заслезились, когда я увидела извинения на лице Анастасии, и я просто поздоровалась, проскользнув мимо них.

Не смогла придумать ничего другого.

Я была уставшей.

И расстроенной.

Моя шея чертовски болела: разорванную кожу и ноющую рану скрывали волосы, которые, по сути, были приклеены к ней кровью.

Мои трусики по-прежнему были мокрыми от желания, а низ живота сводило судорогой от потребности, которую, очевидно, не удовлетворит ничто, кроме вибратора.

Мой единственный план изменить свою жизнь к лучшему рухнул. У меня не было ни единого шанса убедить Реда изменить меня после того, что сделал с ним Себастьян.

Вампир был жив — я видела, как поднимается и опускается его грудь, — но было не так много вампиров, достаточно смелых, чтобы выступить против Виллинов. Я точно не знала ни одного из них.

Ред был моей единственной возможностью, и теперь, когда он знал, с кем я связана, он никогда больше не заговорит со мной. Вероятность того, что меня обратят, стала мизерной.

Я не сомневалась, что Майлз откажется меня обращать. Даже если бы она могла выпить мою кровь и не пострадать, она бы не стала этого делать.

Вдобавок ко всему я не понимала, почему Себастьян меня поцеловал.

И схватил за задницу.

И ощупывал моё тело так страстно и по-собственнически, как я никогда не ощущала.

От этой мысли мне снова стало жарко.

Анастасия поймала мою руку и пошла рядом со мной.

— Ты хочешь поговорить о том, что случилось?

У меня пересохло в горле.

Да.

Нет.

Возможно?

Я понятия не имела, чего хочу, кроме свободы.

— Я не знаю, — наконец прошептала я. — Думаю, просто хочу принять горячий душ.

Анастасия проскользнула в мою спальню и закрыла за нами дверь.

Я рассчитывала на то, что обращусь в вампира, поэтому, вернувшись в свою квартиру, не стала собирать вещи. Просто взяла несколько комплектов одежды.

Она включила для меня душ, а потом подождала в спальне, пока я помоюсь. Рана на шее была жуткой и немного кровоточила, когда я вытиралась. Бинтов в ванной не нашлось, поэтому я просто осторожно приложила к ране одно из темных полотенец и надеялась на лучшее.

Надев мягкую черную футболку «Кофе и Ириски» и шорты, я устроилась в огромном черном декоративном кресле, по форме напоминающем угол. Оно оказалось удобнее, чем казалось, хотя для оживления ему не хватало какой-нибудь милой подушки.

Анастасия уже сидела в таком же рядом, поэтому я откинула голову на подушки и на минуту прикрыла глаза.

Она