Помни об этом - Виктория Королёва

Зависть. Это просто зависть.

Абстрагируюсь. Не нужно мне сейчас это, не нужно. Просто дышу и живу. Всё хорошо.

Ещё несколько недель, а может быть даже и дней, и я окончательно перекочую с чемоданами. Мама предусмотрительно всучила ключи от комнаты перед выходом. И эти ключи для меня как спасение, если что, уйду туда. Мало ли… Я переживаю.

А ещё думаю, что возможно, в целом – это не плохо. Новое место…

Песня сменяет песню и уже певица «Масква» говорит мне о том, что она знает, что такое любовь… Нейросеть подбрасывает песни, словно считывает мозг.

Середина июня. Сегодня у Андрея последний экзамен. Именно сегодня я словно сорвалась с крючка и несусь туда, куда ехать совершенно не хотела. Зареклась же!

Ещё неделю назад Марина пыталась вырвать меня из дома, а я как упрямая идиотка сопротивлялась. После той случайной встречи у кабинета ректора, я больше его не видела, потому что уехала к маме. Спряталась. А у самой ломка. Я скучаю. По всему скучаю.

Раньше никак не могла понять, почему некоторые девушки слушают «слезливые песни», где обязательно боль, разочарование, даже смерть от неразделённой любви. А сейчас понимаю. Сейчас сама это делаю! Добиваю себя вышеупомянутым, совершенно не щадя порядком натянутых нервов. У меня и так нестабильное состояние, а я мечтательно представляю его образ и что именно под какую-нибудь слезливую американскую песню, прижимаюсь к Андрею, нежно целую. Или даже страстно, так что не хватает воздуха. А его руки, скользят по моей пояснице оставляя ворох мурашки…

Больно, но я всё равно представляю. Как одичавшая самка по своему самцу! Как неприкаянная! Как потеряшка последняя…

Не могу без этого. Словно с его уходом в кровь перестало что-то впрыскивать. И это что-то, мне дико нужно.

Прикрываю глаза.

Андрей тянет за волосы, мне чуточку больно. Не в новинку, я знаю, что ему это нравится, а мне нравится всё, что нравится ему. Он не грубый, но уже на грани. Умело чередует грубость и ласки.

Где-то там, на полу раскиданы наши вещи. Он сдирал с меня блузку так, что остались отметины, кожу щиплет.

Стон. Руки сжимают ягодицы. Больно. Не торможу. Мне, наверное, приятно… Я слышу, как он дышит, как лихорадочно касается, как меня на себя тянет. Нетерпеливо, одичало.

Андрей двигается жёстко, таранит меня и вжимает голову в матрас. Так сильно долбит и крепко держит, что становится нечем дышать. Я жду… просто жду, когда он кончит. Не прерываю и не пикаю. Подчиняюсь полностью.

Мы поругались как-то раз из-за того, что я свои, как он сказал: «долбанные» комментарии вставляю… Так сильно поругались, что он развернулся и ушёл прямо в процессе. А я не поняла, что произошло. Потом поговорили конечно, он сказал, что я его этим сбиваю сильно, что не надо так делать. Я приняла.

Стыдно стало. Да и он у меня один, я в этом плане ничего не знаю… А как-то прям поговорить… тоже стыдно. У нас дома не было принято разговаривать на эти темы.

Может быть, и правда сбиваю… Он опытнее, знает, как и что надо. Да и мне не хочется показаться какой-то ни такой.

Открываю рывком глаза сразу понимая – уснула.

Чёрт, как неуместно. Снова вспоминаю нас. И воспоминание это какое-то корявое, но я-то помню, что он и нежным может быть. Он же был нежным… я же помню!

Может быть, он ушёл, потому что его секс не устраивал? Чёрт… просто тараном по моей личности…

Жмурюсь с силой. Господи, как же сложно… как сложно…

Головой мотаю. Прочь эти мысли. Сегодня должно быть хорошо.

Середина дня, да ещё и пятница, поэтому пробки должны начаться только через несколько часов и у меня есть уникальная возможность добраться до подруги в короткие сроки. Ненавижу долгие поездки. А ехать далеко, почти через весь город.

Продвинутая во всех отношениях бабуля Марины выбила себе квартирку и живёт припеваючи, уже лет сорок, как. Счастливая женщина. Думаю, что своей бойкостью Маринка в неё пошла. У этой девчонки полно знакомых, приятелей и прочее и прочее. В каждом дворе прихваты.

Предсказуемо быстро добираюсь, и Марина заочно знакомит меня с компанией которая будет в клубе. Слушаю, запоминаю.

Темноволосый Миша – мажор, Артур – программист, Денис – лучший друг Артура. В компании помимо нас несколько девушек. Это успокаивает. Пойти куда-то с тремя мужиками… пусть и нашего возраста, такое себе.

– Ты что, с ума сошла! Какие к чёрту джинсы! Бабуля, блин! Это клуб, а не сбор семьдесят плюс, – кидая обратно на кровать джинсы, рычит Марина.

– А что я должна надеть, по-твоему?

От досады, что подруга раскритиковала мой наряд, психую. Не смертельно, конечно, но очень остро. Светло-голубые с потёртостями – мне казалось, что это самое то для сегодняшнего вечера. Но, как и обычно, моё мнение катастрофически расходится с мнением подруги.

– Надень вот это!

Марина отточенным движением кидает клочок ткани. Я, было, подумала, что это платье, но потом…

Развернула, а это комбинезон. Бежевые с оттенком серого шорты и к ним прикреплена лёгкая шифоновая блузка без рукавов. Орнамент больше похож на «леопард», но в выдержанном сером стиле с чёрными вкраплениями. Это очень смело. Всякие такие штучки в моём обиходе отсутствуют.

Придирчиво рассматриваю. Шорты короткие – цокаю тут же. В таких я могла позволить себе ходить только дома, и то не при родителях. Андрей всегда возмущался, когда видел меня в короткой юбке. Я старалась не спорить и слишком откровенные вещи не надевать, посему таких шмоток в моём шкафу со временем не стало. Ну и отец стал более довольно смотреть на то, во что я одеваюсь. А-то нет, нет, да шлюхой назовёт… Обидно до слёз. У него если платье на ладонь выше колена, так всё чуть ли не изнасилование ждёт за беспечность. Можно подумать, что в штанах такого быть не может.

– Откуда это?

Подруга фыркая.

– Загадала желание, и прилетел мускулистый джин для его исполнения! – мои брови летят вверх, а она смеётся. – Да успокойся ты, я просто знала, что ты притащишь что-нибудь в своём стиле.

– Своё? – я ещё раз посмотрела на комбинезон. – Да это же явно не твой размер!

– Спасибо за комплимент, конечно, –