Одуванчик для орков - Таша Тонева

Мы же на равных сейчас. Все трое обнажены и…

Мои бедра резко раздвигают и поднимают выше. Ахаю громко, когда промежности касается гибкий и горячий язык. Орк сноровисто раздвигает им мои половые губы и довольно урчит, проникая глубже.

Вылизывает меня по-звериному. Мощно, дико. И чуть ли не рычит.

— Сладкая девочка… А говорят, что одуванчики горчат…

Наслаждение нарастает, концентрируясь в одной точке. Низ живота тянет, стреляет пульсирующими вспышками удовольствия. Я уже не сдерживаю стоны.

Боги! Как это можно вытерпеть? Как же хорошо!

Взрывом накрывает. Меня оглушает и ослепляет на какое-то мгновенье. Я вцепляюсь в волосы орка, что ласкает мое женское естество и захлебываюсь в криках. Меня трясет, колотит буквально. И я взлетаю.

Такой легкой и воздушной становлюсь неожиданно.

Я и правда взлетаю. Мое тело вдруг резко приподнимают и… вторгаются внутрь уже не языком.

Ох!

Туго. Непривычно. Но когда орк делает первое плавное движение внутри меня, я забываю об этих мелочах.

О, духи!

Моими губами завладевает второй орк. И это не менее волнующе. Отвечаю на его поцелуй, а тело все еще дрожит от недавней вспышки удовольствия. И эта дрожь нарастает…

Потому что ночь только началась для нас троих.

От ритмичных сильных толчков вода вокруг пенится и бурлит. И у меня уже совсем нет ощущения неправильности. Все настолько правильно и идеально.

Я идеально принимаю мужское достоинство в себя. Орк идеально заполняет меня собой. До конца. Не оставляя ни одного зазора. Плотно, глубоко.

Его руки сжимают мои бедра. Темп нарастает. Вода кипит. И мне кажется она даже становится горячей. настолько мое тело сейчас горит и внутри и снаружи. Пламенем себя ощущаю.

Голодным, жадным до ласки огнем. Потому что мне мало. Странное, незнакомое чувство, но оно сейчас не пугает. Я знаю, что так и должно быть.

Тугая пружина внутри меня сворачивается снова. Орк рычит и делает последние несколько особенно сильных толчков. Горячая волна семени наполняет меня. Взлетаю вместе с ним снова и снова кричу.

Кричу в губы другого орка.

Ох, как же это пережить?

Я не боюсь последствий. Их не будет. Духам нужно только наше общее удовольствие. Детей после Ночи даров они не дарят. Эта ночь только для страсти…

И орки продолжают разжигать эту страсть во мне. Они берут меня в воде, меняясь местами, а потом мы перемещаемся на сушу. Мягкая трава — это тоже вполне удобное место. Звучит отголоском в моих мыслях.

И я узнаю еще много чувствительных мест на своем теле. Оно у меня все чувствительное оказывается. Или это просто орки такие опытные умельцы оказались.

Какая же длинная и насыщенная ночь у меня была. Первая и… последняя… Но у меня нет грусти по этому поводу. Главное что она была. И орки… они такими неутомимыми оказались.

Никогда мне так хорошо не было. Я заснула в двойных объятиях уже под утро. Счастливая и просто опустошенная до предела. Но мои губы улыбались.

— Спасибо, — тихо прошептала, уплывая в темноту.

6. Утро

Я проснулась от громкого щебета птиц и легкого прохладного ветерка, что пробежал по пояснице. Поежилась. Пятку пощекотало колючими стебельками высокой травы.

Села рывком.

Я была на знакомой поляне в нашем лесу. Рядом лежало мое платье. Тело еще сладко ныло отголосками полученного удовольствия. Орки так…

Стоп!

Я пробежалась быстро по памяти и мысленно ойкнула. Я помнила все! Всю ночь с ними двумя!

Горячие ненасытные ласки, их хриплый шепот и упругую твердость их мощных тел. И свою полную открытость перед ними… Щеки мгновенно вспыхнули огнем.

Но не это меня смутило. Я помнила ночь! Значит… кто-то из орков мой истинный? Или их двое?

А они? Помнят ли они меня. Ведь я знаю, что у орков нет истинности. Они как-то по-другому пару выбирают. Или у меня неправильные сведения?

После этой ночи я уже не была ни в чем уверена.

Я застонала уже в голос и принялась торопливо одеваться. Нет времени на раздумья. Знаю, что дядя уже там извелся весь в ожидании. Да и Эни тоже хочется быстрее увидеть и расспросить, как у нее прошло.

Про орков… про орков я пока промолчу. Подумаю о них после. А сейчас нужно бежать домой.

Возле задней калитки меня встретила взволнованная Эгия. Она накинула мне на плечи теплую шаль и провела на кухню.

— Как ты, деточка моя? — ласково погладила по взлохмаченным волосам.

— Все хорошо, — я совершенно искренне ей улыбнулась.

Я и в самом деле так себя чувствовала. Когда отбросила все эти мысли тревожные и просто прислушалась к себе, то поняла. Мне удивительно легко. Тело звенело от энергии и какой-то скрытой воздушной радости.

Никому не расскажу — решила по дороге. Это будет только мой секрет. Встретить еще раз тех орков — это невозможное совпадение было бы.

Поэтому нечего про это даже и думать. Не буду делить эту встречу еще с кем-то. Так будет лучше. Я сохраню в памяти удивительную ночь. Может поэтому духи и оставили мне воспоминания, чтобы я не боялась в следующий раз провести ночь с мужчиной и сестру успокоила.

Мне не понять мотивы духов. Просто приму пока все как есть.

Эни нашлась на кухне. Она сидела за столом и с аппетитом завтракала. На щеках у нее горел яркий румянец, а карие глаза лихорадочно блестели. Это моя сестра? Никогда еще не видела ее в таком возбужденном состоянии.

Чувствую, духи и ей послали ночь чувственных открытий.

Эгия с умиления любовалась на нас пока мы ели. Да, я отлично понимала Эни теперь. Аппетит разыгрался просто волчий. Сама вгрызалась уже в третью медовую булочку и совершенно неприлично облизывала липкие пальцы, запивая ее молоком.

Ммм… вкуснота.

Дверь в кухню распахнулась и вошел дядя. Он был уже полностью одет для выхода и застегнут на все пуговицы. Окинул нас обеих хмурым взглядом и велел после завтрака хорошо искупаться и отдохнуть. Завтра мы выезжаем.

Еще раз посмотрел на нас внимательно. Выдохнул. Мне показалось, что облегченно, и его глаза немного потеплели.

— Отдыхайте, девочки. Миа, письмо от твоего будущего мужа я получил. Он немного задержится и прибудет перед самым обрядом. Я вас познакомлю.

Потом он перевел взгляд на Эни. Она почему понурилась. Вся прежняя радость с лица сошла. Наверно, вспомнила про свою метку…

— Вечером зайди ко мне, Эни, я хочу с тобой поговорить, — попросил дядя, развернулся и