Белая ведьма для алого дракона - Рина Мадьяр

— Норматив, мастер Годрик, — я подчеркнуто вежливо указала на столбец в отчете, который лежал поверх его стопки, — здесь. И он соблюден отдельной строкой. Сто недостающих бушелей – сверх нормы. Либо воровство, либо подлог при приемке. — Я перевела палец на Амбар №5. — Или здесь "забыли" внести пятьдесят бушелей? Или здесь, в Амбаре №7 – простая арифметическая ошибка, столь грубая, что ее мог совершить лишь... очень невнимательный человек? Или тот, кто рассчитывал на невнимательность проверяющего?

Я встала. Невысокая, в своем убогом платье, но чувствовала себя гигантом перед этим внезапно съежившимся человеком. Его каменная маска треснула, обнажив растерянность.

— Вы... вы ничего не понимаете! — он выдохнул, отбрасывая лист с выводами на стол, как обожженный. Бумага шуршала, падая рядом с его троном-креслом. — Это сложные процессы! Усушка – вещь переменчивая! Цифры... цифры могут быть... — Он захлебнулся, не находя слов.

— Цифры не лгут, мастер Годрик, — я произнесла тихо, но каждое слово падало, как камень. — Они говорят очень громко. О беспорядке. О халатности. Или о чем-то... более мерзком. И его светлость, уверена, будет крайне заинтересован узнать, куда девается зерно его поместья. Особенно если это происходит под носом у его верного управляющего. — Я сделала паузу, давая словам вонзиться. — Или, быть может, вам стоит сначала обсудить эти "сложные процессы" с леди Изабеллой? Она, как я помню, так гордилась своим знанием "каждого гроша в казне".

Имя Изабеллы подействовало на него, как удар хлыста. Он вздрогнул, его глаза метнулись к двери, словно ожидая, что она войдет сию же секунду. Капли пота выступили на его лбу.

— Вы... вы наглая выскочка! — он прошипел, уже не скрывая ненависти и паники. — Вы думаете, пара листков бумаги что-то изменят? Леди Изабелла... она...

— Леди Изабелла что? — Голос, холодный, отточенный и полный опасной сладости, раздался из дверного проема. Мы оба резко обернулись.

Изабелла Ашборн стояла на пороге, как воплощение гнева в аметистовом шелке. Ее лицо было непроницаемой маской, но в золотых глазах бушевал ураган ярости. Она вошла бесшумно, ее взгляд скользнул по Годрику, который побледнел как смерть и, кажется, перестал дышать, а затем остановился на мне. На листе с выводами, лежащем на столе. На моем лице, где, надеюсь, читалась не робость, а вызов.

— Мастер Годрик, вы, кажется, чем-то... взволнованы? — ее голос был шелковист, но каждый слог резал воздух. — И наша новая... герцогиня... выглядит необычайно самоуверенной. Что здесь происходит?

Годрик открыл рот, но издал лишь бессвязный звук.

— Леди Изабелла, — я начала, собираясь изложить факты, но она легким, изящным жестом остановила меня.

— Тише, тише, милая, — ее улыбка была ледяной. — Я вижу, вы рьяно взялись за... бумажки. И даже нашли какие-то... несоответствия? — Она подошла к столу, взяла мой лист с выводами, едва глянула на него, как на что-то нечистое. — О, как трогательно. Рвение новичка. — Она бросила лист обратно на стол. — Но управление поместьем – это не детские счеты. Это ответственность. И доверие. Доверие, которое заслуживают годами безупречной службы, как у мастера Годрика.

— Ваши. находки, — Изабелла повернулась ко мне, ее голос стал острее, — всего лишь плод непонимания сложных процессов и, вероятно, дурного влияния тех, кто желает внести раздор в наш дом.

Она сделала шаг ближе. Дорогие, холодные духи смешались с запахом страха Годрика и пыли документов.

— Эти отчеты, — она махнула рукой в сторону стола, — фикция. Сводки для галочки. Реальная картина находится в голове у мастера Годрика. И у меня. Ваша задача ставить подписи там, где вам укажут. И когда укажут. Не лезть с вопросами. Не пытаться казаться умнее, чем вы есть.

Глава 6

Она выпрямилась, её лицо снова стало гладким и холодным, как полированный агат.

— Мастер Годрик, — её голос снова стал светским и ровным, — будьте добры, предоставьте герцогине правильные, выверенные отчёты для подписи. Без этих детских каракуль. И проследите, чтобы она поняла свою настоящую роль. — Она бросила на меня последний взгляд, полный презрения. — Удачи, герцогиня. Вам она понадобится. Ох, как понадобится.

Не дожидаясь ответа, Изабелла развернулась и вышла из кабинета, оставив за собой шлейф дорогих духов и ледяной угрозы. Шёлк её платья даже не шелохнулся.

Годрик стоял, тяжело дыша, вытирая платком лоб. Он посмотрел на меня. В его глазах уже не было презрения. Там остался только страх.

И перед разоблачением, и перед Изабеллой, и теперь передо мной. Но страх сменился злобной решимостью, подогретой словами Изабеллы.

— Вы слышали леди Изабеллу, — он прошипел, подбирая со стола мой лист с выводами. Он смял его в комок и швырнул в камин, где тлели угли. Бумага вспыхнула ярким, коротким пламенем, превращаясь в пепел. — Вот что стоят ваши выводы. — Яростно бросил он.

Годрик немедля достал другую папку, аккуратную, чистую, и швырнул её передо мной на стол.

— Подписывайте. Здесь. И здесь, — с глухим стуком он ткнул пальцем по бумаге в нужных местах. — И не смейте больше рыться там, где вам не положено. Ваше место ставить подпись. Не думать. Понятно?

Я не двинулась. Не потянулась к перу. Вместо этого я положила ладони на холодную столешницу моего стола, чувствуя под пальцами шероховатость дерева. Стола, который сейчас занимал Годрик.

— Понятно, мастер Годрик, — произнесла я, и мой голос, к моему удивлению, звучал спокойно. Слишком спокойно для обстановки. — Ваше рвение в исполнении указаний леди Изабеллы достойно восхищения. Однако... — Я медленно придвинула новую папку, листы внутри которой были безупречно чистыми, а столбцы цифр ровными.

Ни одной помарки, ни одного намека на хаос, который царил в предыдущих отчётах, сваленных грудой на моём столе. Слишком идеально. Сразу видно, чему здесь действительно уделяют внимание.

— Однако, прежде, чем ставить подпись, я обязана ознакомиться с содержанием. Таков порядок. И воля герцога, если вы помните. Он поручил мне поддерживать порядок, а не слепо скреплять бумаги печатью.

Я начала читать. Первая же строка заставила внутренне насторожиться.

«Расходы на подготовку к Балу Алой Розы...»

Я перевернула лист. «Закупка атласа для драпировок зала... Плата камерному оркестру Клариссы... Доставка редких цветов из оранжерей маркизы Д'Арси...»

Сколько же Изабелла вкладывает в свою