Чистое сокровище - Сандра Мэй

Уже за полночь они возвращались домой, и слегка осоловевшая от вкусной еды Кэти внезапно испытала острый прилив грусти и разочарования. Вечер катился к концу, сказка заканчивалась, и теперь неизвестно, когда они с Сандро увидятся, да и увидятся ли вообще…

Уже возле дома она лихорадочно размышляла – удобно ли пригласить Сандро на чашку кофе, но он ее неожиданно выручил.

– Кэти, у меня в запасе есть несколько свободных дней, так что я мог бы покатать тебя по окрестностям… если ты еще не все здесь изучила.

– Ну я была в Сиене, Флоренции…

– Нет-нет-нет, по музеям – это без меня. Если хочешь, я покажу тебе настоящую Италию, дикую и нетронутую. Нога туриста там не ступала – гарантирую.

– А разве так может быть? В наши дни?

– Увидишь, если поедешь. Ну что, по рукам?

– Конечно!

– Тогда завтра в семь я заеду.

– В семь?!

– Чтобы успеть до жары.

– Ладно уж… в семь так в семь…

Следующие несколько дней они провели вдвоем, путешествуя на мотоцикле по таким сногсшибательно красивым местам, что дух захватывало. Туристов при этом не встретили ни разу – Сандро знал, что говорил.

Они ночевали в маленьких мотелях, а один раз – прямо на берегу озера, в палатке. Точнее, Кэти спала в палатке, а Сандро улегся в спальнике прямо на землю у костра.

К концу третьего дня Кэти Гроувз пришла к выводу, что насмерть влюблена в молодого итальянца, и от этого открытия ей стало немного грустно.

Вроде бы особых причин грустить не было – но Кэти все равно чувствовала какое-то смятение. Не может же она прямо попросить Сандро жениться на ней?! А долгими их отношения не будут, впереди всего лишь август – и надо потихоньку собираться домой, в Англию…

Она валялась на покрывале, захваченном из комнаты Андреа, и мрачно смотрела на Сандро, который мощным брассом рассекал спокойные воды тихой бухточки. Надо же уродиться таким красавцем! И как это он ухитрился не жениться до тридцати лет?…

Сандро вышел из воды и с блаженным вздохом растянулся рядом с девушкой на покрывале, закрыл глаза, раскинул руки. Кэти подумала – и осторожно прильнула щекой к его влажной ладони, не сводя глаз с красивого мужественного лица.

Да, все верно. Язык не поворачивался назвать Сандро юношей или молодым человеком – вероятно, даже в детстве он был уже маленьким мужчиной.

Взгляд Кэти переместился ниже. Могучая грудь, мерно вздымающаяся в такт дыханию. Жесткие черные завитки волос, сужающейся дорожкой сбегающие по животу. Крепкие ноги. Мокрая ткань плавок…

Кэти рывком села и нахмурилась. Сердце прыгало в груди перепуганным зайцем, в горле пересохло.

Надо было приглашать его в дом тогда, в первый же вечер, а теперь все с каждым днем запутывается, и совершенно непонятно, как жить дальше без этих сильных рук, нежных губ, страстных поцелуев и пока еще безгрешных объятий…

– Что такое? Почему мы так нахмурились?

Конечно, он не спал. Наблюдал за ней из-под длинных ресниц, наверняка видел и то, как она его рассматривала…

Кэти торопливо обняла коленки руками, потому что под тонкой тканью купальника неожиданно и болезненно затвердели от нахлынувшего возбуждения соски.

– Так просто. Подумала о том, что завтра все закончится. Ты уедешь, потом и я вернусь в Англию…

– Кэт, посмотри на меня.

– Зачем?

– Потому что я хочу удостовериться в том, что прав.

– Не понимаю, о чем ты говоришь.

– Кэти… Катарина, ты хочешь того же, что и я?

Его горячая ладонь легла ей на спину. Это больше всего напоминало ожог – и Кэти вздрогнула всем телом, тихо ахнула, потом стремительно развернулась к Сандро…

Через мгновение два обнаженных тела слились воедино, покатились по густой траве.

Девушка горела в его руках, и Алессандро постепенно утрачивал контроль над собственными инстинктами. О да, да, ему не стоит – мягко говоря – заниматься любовью на берегу этого чертова озера – ведь уже был случай, много лет назад, когда проклятые папарацци засняли его из лодки, болтавшейся на приличном расстоянии от берега… Но как, как, скажите, остановиться, если кожа нежнее лепестков розы, а грудь – грудь буквально создана Первым Из Скульпторов для того, чтобы ложиться в ладонь Алессандро…

Близкое и звонкое тявканье заставило их отпрянуть друг от друга. Кэти торопливо завернулась в покрывало, безжалостно смахнув в траву яблоки, свежий хлеб и неоткупоренную бутылку вина – оказывается, они едва не занялись любовью на собственном провианте.

Алессандро напоминал рассерженного громовержца. Он резко, но не поспешно натянул шорты, поднялся на ноги и двинулся к кустам, из которых в ту же минуту показался крепко сбитый человек средних лет, сжимавший в руках ружье.

Кэти от ужаса даже зажмурилась. Все пропало! Они нарушили границы частной территории, более того, они вели себя… как это называется-то… оскорбление общественной нравственности? Короче говоря, теперь их посадят в тюрьму, вот ужас!

Тем временем Алессандро, подойдя вплотную к человеку с ружьем, процедил сквозь зубы:

– Лука, я ценю твою бдительность, но только в пределах разумного! Забери, ради бога, своего барбоса и вали отсюда побыстрее. У меня свидание!

Лука, служивший сторожем виллы Каррара уже с десяток лет, понимающе ухмыльнулся.

– Простите, падроне. Красавица!

– Иди отсюда! Спугнешь мне дичь!

Лука развернулся и исчез в зарослях. Алессандро вернулся к Кэти и опустился перед ней на колени. Девушка страшным шепотом затараторила:

– Какой кошмар, да? Это частная собственность? Он за полицией пошел? Так я и знала – ну как это может быть, чтобы без туристов?! Только если залезть в чужое поместье! Все-таки ты – криминальный элемент!

– Кэт! Помолчи!

– Что значит – помолчи? Да ты знаешь, что Чезаре – граф? Я не могу опозорить его имя и дом, я у него в гостях, а если меня будут судить…

– Помолчи, говорю. Никто никого судить не будет. Иди ко мне.

– Сандро, нет…

Алессандро вздохнул, с силой провел ладонью по пылающему лицу. Чертов Лука!

– Обещаю тебе, сага mia, мы закончим начатое. И ты об этом не пожалеешь.

По дороге к дому Чезаре и Андреа у Алессандро было время все обдумать. Кэти прижалась к нему сзади, крепко обняла за талию, и молодой человек с удовольствием вспоминал мгновения на берегу, когда их тела едва не стали единым целым…

Решено. Сегодня вечером он все расскажет ей и отвезет в гостиницу – в хорошую гостиницу, СВОЮ гостиницу, где Кэти Гроувз будет принадлежать ему. Прекрасное завершение летнего отпуска – если можно назвать отпуском жалкие две недели, которые он выкроил между бесконечными заседаниями совета директоров, деловыми встречами и постоянными перелетами в Нью-Йорк и обратно…