Негаснущий свет любви - Терри Грант

Лавируя между расположившимися на лестнице влюбленными парочками и шумными студенческими компаниями, они пробрались на самый верх и сели рядом с перилами.

— Странно, вижу эту площадь каждый день и никак не могу привыкнуть к ее романтическому облику. Особенно в вечерний час, — тихо проговорила Джемма, устремив взгляд на переливающуюся внизу бесчисленными бликами воду фонтана.

— А я обычно стараюсь здесь надолго не задерживаться, — призналась Ева. — Ведь именно на этой площади я познакомилась когда-то с Массимо. Слишком много воспоминаний…

— Опять ты за старое, — сокрушенно покачала головой Джемма. — Ну сколько можно изводить себя этими проклятыми воспоминаниями? Твое сумасшествие продолжается уже целый год…

— Три с половиной месяца, — поправила ее Ева.

— Вот видишь, ты наверняка даже часы подсчитала.

— Вовсе нет. Просто я запомнила тот день, когда мы расстались. Такие дни не забываются.

— Все рано или поздно можно забыть, — уверенно возразила Джемма. — Было бы только желание. Кстати, ты заметила, что сидевший рядом с тобой в кинотеатре мужчина периодически отвлекался от экранного действа, чтобы бросить на тебя заинтересованный взгляд?

Ева звонко рассмеялась.

— Там же было темно. Откуда тебе знать, что его взгляд был именно заинтересованным?

— Возможно, что он таковым и не был. Но зато мне удалось наконец тебя развеселить, — с улыбкой проговорила Джемма. — Да, уже давно хочу тебя спросить: что ты думаешь по поводу поездки в Лимож с нашим горячо любимым шефом? Он едет туда заключать контракт на поставку фарфора и обещал щедро оплатить командировку. Правда, он сказал, что может взять с собой в качестве помощницы только одну из работающих в нашей фирме девушек. Но я готова уступить тебе этот шанс.

— Шанс? На что? — с подозрением поинтересовалась Ева.

Джемма сделала широкий жест.

— Ну как на что? На то, чтобы совместить приятное с полезным.

— Стало быть, приятное в твоем понимании, это… — Ева выжидательно взглянула на подругу.

— Посещение знаменитого французского города, — с непроницаемым видом объяснила Джемма.

— А полезное?

— Получение щедрой оплаты, конечно. Ты напрасно ищешь подвох в моих словах. Я ведь знаю, что ты никогда не позволишь себе даже невинного флирта с синьором Манчини. Но, несмотря на это, небольшое путешествие тебе не повредит.

— Совершенно с вами согласен, синьорина, — услышали вдруг они рядом негромкий мужской голос и в ту же секунду увидели его обладателя: худощавого мужчину, который, спустившись на ступень ниже, расположился на ней, полуобернувшись к девушкам. — Путешествия еще никогда никому не вредили. Особенно прелестным женщинам, — продолжил он, устремив на Еву взгляд темных глаз, цвет которых нельзя было определить из-за лившегося со всех сторон уличного освещения.

Но Еве хватило всего нескольких секунд, чтобы узнать в них те самые отблески, которые она видела пару месяцев назад на площади в Болонье.

— Синьор Фабретти? — удивленно проговорила она, старательно всматриваясь в его лицо, чтобы исключить ошибку.

Он ответил ей церемонным поклоном.

— Он самый, синьорина. Простите, но вы тогда так и не сообщили мне своего имени, и я не знаю, как к вам обращаться.

— Ева, — незамедлительно подсказала ему Джемма. — Ева Дженнаро.

Фабретти ответил ей кивком в знак благодарности.

— Ну вот теперь мы наконец по-настоящему знакомы, — обратился он к Еве.

— А вот я вас совсем не знаю, — с легким упреком проговорила Джемма.

— Это легко исправить, — улыбнулся в ответ он, протягивая ей руку. — Винченцо.

— А я Джемма, близкая подруга Евы.

— Я уже догадался. И мне очень приятно, что у Евы есть такая здравомыслящая и рассудительная подруга.

— От которой, оказывается, у нее есть немало секретов, — выразительным тоном заметила Джемма, бросив быстрый взгляд сначала на Еву, затем на Винченцо.

— Какие еще секреты? — возмутилась Ева. — Ты же слышала, что мы познакомились с этим синьором только что.

— По-настоящему, — уточнил Винченцо.

— А как же вы были знакомы до этого? — удивленно спросила Джемма. — Неужели понарошку?

— Ну не то чтобы… Просто ваша подруга знала мое имя, а ее — нет.

— Вот я и говорю, что она чересчур скрытная, — заметила Джемма.

Ева бросила на нее недовольный взгляд.

— Вообще-то с момента нашей встречи прошло уже немало времени, так что я бы не удивился, если бы синьорина успела забыть и мое имя, и мой облик, — поспешил Винченцо встать на защиту Евы. — Тем более что наше мимолетное знакомство проходило почти в полной темноте. Вернее, в довольно сумеречном свете.

— Вот как? — с любопытством поинтересовалась Джемма. — Ну тогда забывчивость моей подруги вполне объяснима, — тоном, в котором слышался недвусмысленный намек, добавила она.

Ева рассерженно взглянула на своего случайного знакомого.

— Вы не могли бы объясняться поточнее? Теперь Джемма вообразит бог знает что.

— Ты напрасно беспокоишься. Уверяю тебя, я не подумала ничего дурного, — поспешно проговорила Джемма, поднимаясь. — У меня слишком много разных дел, чтобы тратить время на домысливание сентиментальных подробностей. А потому оставляю вас наедине. Нисколько не сомневаюсь, что вам будет не скучно вместе. — Она чмокнула подругу в щеку и начала спускаться с лестницы, бросив на ходу: — Увидимся завтра.

— Джемма, это нечестно! Вернись! — крикнула ей вслед Ева.

Но та уже исчезла в толпе сновавших вверх-вниз по знаменитой римской лестнице туристов.

— Прекрасно, можете праздновать победу, — саркастическим тоном проговорила Ева, метнув в Винченцо уничтожающий взгляд. — Вы ведь с самого начала только того и добивались, чтобы прогнать Джемму. Но ваше торжество будет длиться недолго, потому что я тоже не останусь здесь больше ни секунды.

Она решительно поднялась на ноги, но Винченцо сразу же преградил ей путь.

— Мне очень жаль, что я помешал вашей беседе с подругой, — искренне проговорил он. — Но, когда я увидел вас, то просто не нашел в себе сил сделать вид, будто вы остались мною незамеченной. К тому же я ведь так и не сдержал обещания. По поводу настоящих роз, помните?

— Нет. Я не старалась запомнить ни вас, ни ваши обещания, — отрезала Ева.

— И даже свои собственные? — осторожно поинтересовался Винченцо. — Ведь вы говорили, что непременно придете на Квиринальскую площадь, чтобы увидеть мое представление.

— Я так говорила?! — изумленно воскликнула Ева. — Ну знаете, это уж слишком! Вы меня настойчиво приглашали, это правда. Но чтобы я обещала вам… Знаете, так беззастенчиво лгать просто неприлично.