Развод. Свободное падение - Лана Полякова

Это хорошо, что моим детям есть чем себя занять. Отлично, что у них есть своя жизнь. Возможно, можно будет больше сосредоточиться на этом и будет легче пережить крах семьи.

Я собиралась расспросить ещё сына, но в этот момент раздался настойчивый звонок в ворота, и я вздрогнула всем телом от неожиданности.

Глава 6

Я совсем забыла, что пригласила на вечер бабушек — дедушек. Всё-таки дети прекрасно окончили среднюю школу, и есть отличный повод собраться всем вместе большой семьёй.

И как теперь быть?

Открыла ворота и потопала встречать гостей. Голова кружилась, и ноги не очень слушались, подрагивая и норовя подогнуться в неловкий момент.

Встала на пороге, опираясь рукой о косяк для устойчивости.

Приехали мои родители. Мама Романа опаздывала, и у меня зашевелилась слабая надежда, что она вовсе не появится.

Пока папа загонял машину на участок, мама, не дожидаясь его, шла ко мне навстречу.

— Здравствуй! А где мои любимые котятки? Почему не встречают? — радостно проворковала она, целуя меня в щеку.

— Проходи, мам. У нас, — я замялась, не зная, как обозначить события, что навалились на нашу семью, и продолжила, — у нас беда, мам!

— Что случилось? С детьми? Здоровы? Ася, не молчи! — запричитала мамочка, но я покачала головой и ответила, стараясь не заплакать:

— Давай дождёмся отца? Я не хочу повторять несколько раз.

И, развернувшись, пошаркала в комнату, придерживаясь за стену.

— Вечно у тебя всё не вовремя! Инфаркта моего хочешь? Говори быстро, что произошло! — понеслось мне вслед, и я не выдержала.

— Рома ушёл от нас! — Вытолкнула из себя склизкое, отвратное, стыдное своё горе, и задышала, стараясь перебить мерзкий привкус во рту.

— В смысле, ушёл? — Пробасил папа.

Пока переговаривались, мы добрались до гостиной, и я, обессиленно рухнув в кресло, закрыла лицо руками.

Мама села напротив и раздражённо проговорила:

— Я не понимаю! Ты можешь объяснить всё толком? Почему мне приходится вытягивать из тебя каждое слово! Ася! Расскажи внятно, что случилось?

Я прикусила губу и, почувствовав вкус крови, немного пришла в себя.

— Что непонятно, мам? Рома нас бросил и ушёл. Он не хочет больше с нами жить. Мы ему надоели. Я ему надоела. Он хочет свободы, — проговорила отрывистыми и простыми фразами, стараясь не выпустить наружу ни своего крика, ни своих слёз.

— Ничего не понимаю! — воскликнула мама, — А дети? Что Роман сказал детям?

— Он сказал нам в лицо, что мы его достали! — звонким голосом, полным несправедливой обиды и настоящего горя, ответила вместо меня Аришка и, зарыдав, кинулась к бабушке в объятия.

— Он ненавидит нас. Это мы виноваты, что он свалил! Бабушка! За что? — причитала моя девочка, и сил моих смотреть на это не было!

Содрогнулась от сухого спазма, закрыла лицо и прикусила палец на руке.

Если бы Ромка сейчас вернулся, я бы кинулась и расцарапала ему лицо! Такой яркой болью и яростью отзывалось моё сердце на слёзы дочери.

— Ну и пусть катится на все четыре стороны! — Пробасил Артём, присаживаясь на диван рядом с дедом.

— Никогда его не прощу! — всхлипнула дочь в последний раз и затихла у моей мамы в руках, задышала тяжело.

— Как получилось, что дети стали свидетелями вашей ссоры? — спросила мама и остро глянула на меня, обвиняя.

— Ба, они так орали друг на друга, что, думаю, свидетелями стали все соседи и, возможно, и с параллельной улицы тоже, — хмыкнул Артём.

Затем резко встал и заговорил, глядя на меня:

— Как бы там ни было, я не собираюсь пропускать свой праздник и триумф из-за того, что кому-то захотелось почувствовать себя малолеткой и пуститься в загул. Так, что давайте накрывать на стол и праздновать! Семьёй! Без некоторых.

И добавил, состроив умильную моську:

— А то уже очень есть хочется!

— Тебе только бы поесть! — закатила глаза Аришка, вытирая лицо руками.

— Между прочим, у нашей кудряшки есть чем похвастаться тоже! — начал Тёмка.

— Сам ты кудряшка! — привычно огрызнулась дочь и встала с кресла, освобождая бабушку от своего немаленького веса.

— Внук прав! — весомо проговорил отец, внимательно вглядываясь по очереди то в моё лицо, то в мамино, продолжил, — давайте накрывать стол! Все живы, все здоровы и почти все в сборе. Ни к чему разводить здесь сырость и болото!

— Мать, — обратился он к маме суровым тоном, — обожди искать виноватых!

Я с трудом встала из кресла и, пошатнувшись, шагнула к окну.

— Пап, помоги мне подвинуть стол на середину комнаты, — прервала я его речь, купируя очередные разборки.

— Я помогу! — вызвался Артём, и мы с ним вместе установили нашего громадного монстра на середину комнаты.

Сначала вроде нехотя, словно плохо заведённые игрушки, мы устанавливали вокруг стулья, и на столе скатерть, канделябры, хрусталь, салфетки, посуду. Но постепенно, понемногу, дело пошло, и тарелки с закусками поплыли из кухни в комнату на руках моих помощников.

Вышла заминка, когда все рассаживались. Но отец ловко передвинул стул, где обычно сидел Роман, чуть в сторону и сам сел не него, ломая привычный расклад.

Послышались незначительные разговоры, дети делились впечатлениями от квестов, мама громко восторгалась костюмами и фотографиями, отец расспрашивал, как всё устроено и какие были вопросы.

Если не обращать внимания на общую нервозность, можно решить, что гроза миновала. Только в груди моей противно ныло, словно вибрирующая на одной струне нота, разгоралась боль, напоминанием, что ничего ещё не закончилось. Наши испытания только начинаются.

Когда прозвенел звонок от ворот, все резко замолчали, и за столом повисло напряжение.

— Это бабушка Алла приехала, — разбил тишину Артём и встал из-за стола, предлагая мне, — я сам открою, мам. Не беспокойся!

Глава 7

Отношения со свекровью у меня не складывались. Не получалось у меня найти с ней общий язык.

Алла Александровна была женщина властная и самовлюблённая. Мир делила на правых: кто слушает её мнение и делает, как она велит, и неправых — то есть весь остальной мир. Который в её представлении — был чёрно-белым, очень неуютным и агрессивным местом. Не отвечал её завышенным ожиданиям.

Когда-то давно, когда она была маленькой девочкой, её обидела мама. Не стала помогать. И после, когда Алла Александровна родила ребёнка, мама тоже самоустранилась и ушла из трёхкомнатной квартиры в свою жизнь, оставив Аллу один на один с маленьким сыном. Ребёнок родился вне брака, от