Любовь по контракту - Эмили Роуз

– Черт побери, мисс Уильямс, за кого вы меня принимаете? Не дурак же я? – Он повернулся и прошел, расправив плечи и выпрямившись, из одного конца кабинета в другой. – На сегодня у меня было назначено свидание. Но та леди и я решили некоторое время не встречаться.

Лайза ничего не сказала. Лицо ее потемнело.

– Наши отношения… усложнились.

– То же самое, что и с Жужи Янош? – спросила она, пристально глядя на него.

– Нет! Вовсе нет! – Взгляд его был просто ужасен. – Почему женщины сначала заявляют, что преданность и постоянство им вовсе не нужны, а потом все получается наоборот?

– А! – Лайза кивнула. – Понятно.

– Дело в том, – холодно сказал он, – что я оказался в затруднительном положении. Я не могу не выполнять свой долг и не пойти на этот прием вечером, но у меня нет желания идти туда одному. И вот тогда-то и появляетесь вы.

Она внимательно на него посмотрела. Ах ты, наглый негодяй! – подумала она.

– Вы хотите, чтобы я пошла на этот прием с вами?

– Да.

– И сделала вид, что мы… находимся в каких-то отношениях.

– Да.

– Извините, мистер Мейсон, но об этом не может быть и речи.

– Почему? – Лицо его опять потемнело от злости. – Почему об этом не может быть и речи?

– Мне кажется, это очевидно, – сказала она. – Такой обман…

– Обманывать буду я, не вы. Вам придется только улыбаться, приветствовать гостей, выпить немного шампанского и съесть кое-что из того, что на подобных вечеринках называют едой. Что в этом сложного?

Нет. Лайза совсем не собиралась стать частью его маленькой игры. Если у него действительно какие-то проблемы с Жужи Янош, то пусть сам и выпутывается.

– Прием состоится у «Хэнка Уиллиса». Вы там когда-нибудь бывали?

– Нет, не бывала. – Лайза покачала головой.

– Это замечательное место, Лайза. Вам там понравится.

– Конечно, понравится. То есть, я уверена, понравилось бы, если бы…

– Я отправлю вас домой на такси, когда вечер закончится.

– Мистер Мейсон, не имеет смысла…

– Если вас беспокоит, что придется делать вид, что мы находимся в каких-то отношениях…

– Дело не в этом. – Их глаза встретились, и щеки ее покрылись румянцем. – Да и в этом тоже. Но не только…

– Думаю, Жужи вовсе не обязательно считать нас любовниками. Достаточно того, что я буду с другой женщиной.

Но ведь она не женщина. Разве он этого не говорил? Она просто ассистентка.

– Я действительно не вижу в этом никакой проблемы. Если только… у вас не назначена на сегодня другая встреча.

– Нет. – Она безучастно посмотрела на него. – Я просто считаю… То есть это… это не моя работа, в конце концов!

– Вы бы лучше себя чувствовали, если бы это было частью вашей работы? Тогда считайте именно так. Это часть ваших служебных обязанностей. Когда вы представляли документы для занятия должности, я дал вам понять, что работа у меня не с девяти до пяти, не для тех, кого привлекает упорядоченность и стандартность. Вы сказали, что это понимаете. Вы фактически заверили меня, что будете работать в любое время. Помните?

– Конечно. Но я никогда не считала… не думала, что вы имеете в виду…

– Разве вы никогда не посещали никаких мероприятий в рамках своих служебных обязанностей, мисс Уильямс?

– Посещала. Один или два раза. Но там было все по-другому. Эти приемы устраивала фирма для…

– И это то же самое.

– Нет, – твердо сказала она. – «Хадсон, Штейн, Гесс и Мейсон» не устраивает приема. И у вас нет права…

– Это вопрос семантики, – сказал он, отмахнувшись как от мухи от ее комментариев. – Этот вечер только часть вашей рабочей нагрузки. Разве я не упоминал, что за сверхурочную работу вам будет заплачено?

– Это очень щедро с вашей стороны, сэр. Но…

– Послушайте, мисс Уильямс, я не могу потратить еще час на дискуссию. Вы можете работать сегодня вечером или нет?

– Работать вечером? Да, если вы…

– Вот и хорошо. – Он протянул руку и открыл дверь в приемную. – Будьте готовы через пятнадцать минут. – Он мягко провел рукой по ее волосам, потом прикоснулся к щеке, и по какой-то непонятной ей самой причине ее охватило ощущение легкости. – И сделайте что-нибудь с собой, пожалуйста, – дружелюбно сказал он. – Распустите волосы, подкрасьте губы – мы идем не на конференцию, а на вечер. Хорошо?

Через пятнадцать минут он широкими шагами вошел в ее кабинет.

– Готовы? – решительно спросил он.

– Да, – сказала она, пытаясь в одно слово вложить всю свою досаду, негодование и нескрываемый гнев. Но, казалось, Мейсон этого не замечал. Вместо этого он подошел к ней, взял ее за плечи и подвел к яркой лампе дневного света.

– Помада хорошая. Немного бледная, но идет к вашему цвету лица. – Он нахмурился. – У вас, конечно, нет под рукой другой блузки?

– Нет, – твердо сказала она.

– Хорошо, подойдет и эта. – Он протянул руку и взялся пальцами за верхнюю пуговицу. Лайза вцепилась в его запястье, но он отвел ее руку. – Вы похожи на школьницу, мисс Уильямс. Вы, наверное, не ходите на свидания с застегнутыми доверху пуговицами, не правда ли?

– Это не свидание, – жестко произнесла она. – И я ненавижу…

Две пуговицы были расстегнуты. Она почувствовала быстрое, легкое прикосновение его пальцев, и все ее тело опять охватило то же странное чувство.

– Так лучше. – Он медленно окинул ее взглядом. – Может быть, немного необычно, но вполне приемлемо. – На лбу его появилась морщина. – Мне кажется, я просил вас распустить волосы. – Он потянулся к ее волосам, как обычно аккуратно зачесанным назад и скрепленным черепаховой заколкой.

– Я всегда так укладываю волосы, – как бы защищаясь, сказала она.

– Да. Я заметил. – Заколка расстегнулась, и волосы свободно упали ей на плечи. – Но сегодня у вас будет другая прическа, – сказал он и расправил ее волосы. Покончив с волосами, он слегка отодвинул ее и медленно с почти оскорбительной тщательностью осмотрел.

Лайза вздернула подбородок.

– Подойдет? – холодно спросила она.

– Да, – сказал он, и голос его зазвучал несколько удивленно, то же удивление чувствовала и она, когда от его мягких слов по всему ее телу прокатилась волна удовольствия.

А почему бы и нет? – подумала она. Комплимент из уст Мейсона так же редок, как метель в июле. Естественно, что она на него отреагировала.

– Мы прибыли.

Машина подъехала к тротуару, одетый в ливрею швейцар открыл дверь и вежливо ей улыбнулся. Она вышла из машины и посмотрела на гостиницу. Смеющаяся парочка поднималась по ступеням к главной двери, она – в тонком платье для коктейля, он – в темном костюме; руками они держали друг друга за талию. И она опять подумала: чего ради она позволила себя уговорить? Она не была подобающим образом одета, это с одной стороны. И она никогда не сможет правильно выполнить возложенную на нее миссию. Она просто не хочет этого. Фрэнк Мейсон ее работодатель, он руководит ею в рабочее время, с девяти до пяти. И разве это не он сказал, что не видит в ней женщину?