Мой благородный рыцарь - Синтия Бридинг

– Я принесу вам горячей воды.

Когда служанка ушла, Дейдре оглядела комнату. Тяжелые ковры, развешанные от потолка и почти до пола, защищали от сырости, которую источали толстые серые каменные стены. Маленькое оконце было закрыто из-за холодного ветерка. Где-то внизу плескались волны, разбиваясь о камни. Рядом с сундуком, на котором стояла посуда, располагался шкаф, украшенный затейливой резьбой. Напротив – полированный деревянный стол и два стула.

Дейдре осторожно взяла в руки трутницу. Она понятия не имела, как высечь огонь. Хотя ее тощая желчная тетка вечно мерзла, в их комнатах огонь в каминах всегда поддерживали служанки, а не сама Дейдре.

Служанка вскоре принесла воду и кусочек душистого мыла. Дейдре вздохнула с облегчением: похоже, та все-таки приняла ее за гостью.

– Зажгите, пожалуйста, огонь. К сожалению, я так и не научилась…

Служанка кивнула и принялась за дело. Улыбка на лице Дейдре вдруг погасла: Гилеад решил, что она служанка, значит, вскоре ей самой придется этим заниматься. Что ж, придется быть повнимательнее.

– Я знаю, Гилеад не говорил вам… – Дейдре умолкла, заметив, что девушка вытаращила глаза. – В чем дело?

– Ну… вы должны называть его господином Гилеадом… если только… если только…

– Что?

Служанка густо покраснела и отвернулась.

– Если только вы не его наложница.

Наложница? Любовница? А это мысль! Стоит лишь представить, как он входит в ее комнату, срывает с себя рубашку, обнажив мощные плечи и грудь, а потом бросает ее на кровать, и его тяжелое тело наваливается на нее. «Да, да, да», – страстно прошептал внутренний голос. «Нет, нет, нет», – перебил его холодный властный голос тетки. Дейдре, девственница поневоле, надулась, уступая зову рассудка.

– О, простите. Господин Гилеад спас меня сегодня от посягательств негодяя. Меня зовут Дейдре. А вчера на нас напали разбойники, и меня ударили по голове. – Она выдавила смешок. – Должно быть, поэтому я забыла о приличиях.

Служанка оглядела ее еще более внимательно.

– Меня зовут Анна. Если у вас на голове шишка, надо утром показаться лекарю.

– Я уверена, что все будет в порядке. И утром я буду иметь удовольствие повидаться с лэрдом и его женой.

Лицо служанки окаменело.

– Удовольствие? – пробормотала она, закрывая за собой дверь.

Дейдре уставилась ей вслед. Что она имела в виду? Ладно, есть проблемы и поважнее. Она уселась на кровать, чуть не утонув в мягкой пуховой перине. Дейдре потерла виски, внезапно почувствовав ужасную усталость. Отец умер, и теперь ей самой придется искать своих воинов и камень. А вдобавок каждый ее нерв вибрировал от возбуждения, как только она вспоминала о Гилеаде. И в воздухе, казалось, пахло паленым. Такой же резкий запах она ощутила, когда молния ударила в могучий дуб, стоявший неподалеку. В тот раз волосы у нее встали дыбом – как и сейчас.

Дейдре вздрогнула, и силы вернулись к ней. Она рядом с Камелотом! Дейдре вытащила книгу из сумки и, успокаивая себя, пробежала пальцами по мягкой старой коже. Но существует ли Камелот? И где именно он находится? И что она увидит завтра? Идиллию, где царят мир и процветание, где устраивают пышные празднества с менестрелями и шутами? Может быть, вместо мрачно-серых, холодных, голых стен дворца франкского короля она увидит пышные церемонии и благородных рыцарей, которые рвутся в бой, чтобы заслужить благосклонность своих дам? Она всегда считала, что ее рыцарь будет благороден и бесподобно красив, как легендарный Ланселот, и полюбит ее столь же неистово, как Ланселот любил Гиневру. Дейдре желала этого всем сердцем.

И она нашла его. Гилеад – ее рыцарь. Проблема в том, что он пока этого не знает.