Цветущая долина - Джульетта Армстронг

— Меня расстроили совсем не ее таблетки, а то, что она мне сказала перед тем, как их выпить. — Миссис Дейл вздохнула. — Она заявила, что больше не чувствует себя здесь как дома — раз ей приходится спать в этой комнатенке, где ее будит шум с фермы Беннеттов. Она велела мне попросить тебя, Пенни, позволить ей жить в своей старой комнате — той, где ты сейчас спишь.

— Почему Пенни должна идти на такие жертвы? — вскипел Роберт Дейл. — Я сам поговорю с Глорией начистоту!

— А ты представляешь, какие она потом устроит сцены? И сколько таблеток ей придется принять? Она может даже припугнуть нас тем, что примет больше, чем нужно.

— Ну, это уж будет подлый шантаж с ее стороны, — сердито произнес Роберт.

Но Пенни, увидев, как расстроилась мать, и вспомнив, что она всегда боялась истерик Глории, тихонько сказала:

— Я думаю, что долго она здесь не задержится. Даже если она останется на Санта-Рите, скорее всего, найдет какую-нибудь высокооплачиваемую работу и будет жить в Порт-Леоне. Не стоит так беспокоиться. Я не имею ничего против маленькой комнаты, и мне нравится слушать петухов Беннетта. Скажи ей, что я согласна. А теперь, мамочка, прости, я страшно проголодалась!

Несмотря на все свои усилия быть великодушной, Пенни приехала вечером домой в далеко не добродушном настроении, разозленная даже больше упрямым отказом Стивена, чем эгоистическим требованием Глории.

Она обнаружила Глорию в своей комнате и долго выслушивала поток сладкоречивых благодарностей.

— Тетя Бренда и Перл были такие милые и помогли мне перенести сюда все мои вещи! — Глория, лежа на диване, отхлебнула из высокого стакана с джином и имбирным пивом и вздохнула: — Ты не представляешь себе, как для меня важно быть окруженной такой заботой и таким вниманием.

Перл, собравшаяся уже уходить домой, как раз в этот момент заглянула в комнату.

— Моя уже кончать, наконец, — сказала она, с упреком посмотрев на Глорию. — А как мои старые бедные ноги худеть? А как домой приду — там тоже покоя нет. Не знаю, как моя долхо выдержит, — самая святая правда.

Пенни быстро вскочила со своего стула.

— Слушай, Перл! — радостно воскликнула она. — Давай я отвезу тебя домой. Ты же еще не каталась в моей «мини».

Мрачное выражение на лице негритянки тут же сменилось улыбкой.

— Уж вы просто золото, миз Пенни. Это, конечно, хорошо, моя с удовольствием.

Когда они с Перл выходили из комнаты, Пенни услышала, как Глория презрительно бросила:

— Я бы пожалела рессоры. Моя еще тоже не каталась в «мини».

В тот вечер зашел разговор об ужине для друзей Пенни и Глории. Пенни поняла, что с ее стороны было смешно обижаться на Стивена — Глория тоже не хотела идти на вечеринку. Она стала возмущаться тем, что ее выставят на обозрение всем соседям в качестве скорбящей вдовы. В любом случае те несколько девочек из Порт-Леоне, с которыми она дружила, уже стали растолстевшими замужними женщинами с плачущими младенцами. Все, чего она хочет, чтобы ее оставили в покое.

— Тогда Пенни просто позовет кого-нибудь из своих друзей к нам домой, — добродушно предложила Бренда. — Ты можешь не выходить к ним, если не захочешь. А мы с твоим папой пойдем к соседям, сыграем партию-другую в бридж.

Глория пожала плечами:

— Здесь у меня, конечно, тоже была пара родных душ. Например, взять моего кузена, у него еще какая-то ужасно скучная работа, он возился с деревьями — интересно, он все еще на Санта-Рите? Или уехал на Барбадос и занялся каким-нибудь более перспективным делом?

Пенни вспыхнула от досады, но предоставила отчиму возможность ответить Глории.

— Стивена недавно повысили — он назначен главным лесничим нашего округа, — холодно произнес Роберт. — Для человека, которому нет еще и тридцати, это должность, которой можно гордиться. Возможно, у него не такая уж большая зарплата, но он выполняет важную работу, спасает ценные породы деревьев от полного истребления.

Глория перебила его, заявив, что, если Стивен действительно хочет сделать карьеру в этой области, ему нужно добиваться назначения в Калифорнию. Там, во всяком случае, ему будут нормально платить.

— Без сомнения, он непременно появится здесь, как только узнает, что я приехала. Мы когда-то с ним были настоящими друзьями. Только мне что-то кажется, что вечеринка с ровесниками Пенни будет не в его вкусе. Он всегда любил проводить время наедине.

Это замечание заставило Роберта Дейла взглянуть на нее с явным неодобрением.

Но через несколько дней после этого разговора близкие друзья Пенни все же собрались у нее.

Глория уединилась в своей комнате, забрав туда целый поднос разнообразных деликатесов, приготовленных к вечеринке, транзистор, кипу журналов, выразив перед этим пожелание, чтобы ее предоставили себе самой.

Гости этому только обрадовались и весело уселись играть в карты. На самом деле им, конечно, хотелось познакомиться с Глорией, которую до этого они только мельком видели на главной улице. Но их охладил ее скучающий, слегка презрительный вид.

Однако через пару часов Глория появилась в дверях в изящном дорогом платье до полу из легчайшей сиреневой шерсти, ее пышные темно-рыжие волосы были забраны наверх в самой изысканной прическе, а вокруг стройной шеи сверкали аметисты.

— Я, наверное, безнадежно опоздала? — спросила она с ноткой обиды в голосе. — Мне вдруг стало так одиноко, словно я какой-то изгой…

— Ну конечно, проходи, Глория! — Пенни постаралась подавить негодование, которое так часто возбуждала в ней сводная сестра. — Ты же была приглашена на вечеринку. Иди сюда, мы сейчас будем играть в джин-рамми.

Для Глории тут же освободили место за столом, но она покачала головой:

— Нет, мои дорогие, я лучше посмотрю. Я так давно уже не играла в эти милые старомодные игры, что не помню ни одного правила. Но для начала мне хотелось бы возобновить знакомство с некоторыми из вас. Эрик, как мило снова тебя увидеть. Ты очень изменился. Уже совсем не тот застенчивый мальчик, которого я когда-то так гадко дразнила. А Сибил стала такая взрослая. Да, теперь, кажется, я всех вас вспомнила. — Она грациозно опустилась на большой стул недалеко от стола. — Все, что мне сейчас нужно, Пенни, дорогая, — это немного вон того божественного лимонного суфле. Перл не положила мне ни кусочка, когда я собирала поднос. Сказала, что все испортит, если залезет туда ложкой.

С ее приходом атмосфера слегка переменилась. Теперь никто уже не мог как следует расслабиться. Словно райская птичка слетела с небес и уселась среди домашних кур.

— Вы правда хотите продолжать играть в карты? — спросила Глория, после того как ей передали то, что она попросила. — Если нет, то, может быть, послушаем пластинки?

Эрик спросил, повернувшись к Пенни:

— Как, дорогая, ты согласна? Включить проигрыватель? Или будем играть в рамми?