Единственное решение - Миллисент Лэмб

— О чем? — настороженно спросила она.

— О твоем жаре, об огне, о твоей страсти.

Грейс облегченно перевела дыхание, и ее ладони снова заскользили по груди Дастина.

— Ты, вероятно, никогда не спрашивал меня об этом.

— Не могу понять почему. А ты? — В его голосе снова послышались шутливые нотки. — Представляешь, я сидел в своей квартире одинокий и холодный, а ты, черствая бессердечная женщина, находилась в буквальном смысле за стеной и ни разу не попыталась согреть холодную постель одинокого холостяка.

Свои обвинения Дастин сопровождал нежными, соблазнительными поцелуями.

— Признаю себя виновной, ваша честь, и отдаю себя на милость суда.

Дастин одобрительно улыбнулся.

— Достойное поведение, мисс Мортон, и потрясающая идея. Ваша готовность отдаться мне заставляет меня принять горизонтальное положение.

Грейс запустила пальцы в завитки волос на его груди и нашла торчавший сосок. Она победоносно улыбнулась, когда услышала резкий вдох Дастина.

— Ваша честь, вы считаете, что я достаточно покаялась за свое преступление?

— Не знаю, не знаю. — Дастин шутливо нахмурился. — Боюсь, мне потребуются дополнительные доказательства вашего желания искупить свои прегрешения.

— Вы имеете в виду?..

Грейс могла и не спрашивать — Дастин уже расстегивал ее блузку. Добравшись до бюстгальтера, он быстро расстегнул переднюю застежку, и обе половинки разошлись в стороны.

Дастин смотрел на упругие груди Грейс, казалось, целую вечность. Затем он поднял глаза и хрипло произнес:

— Я имею в виду, что ты самое красивое создание, которое я когда-либо видел.

Грейс была потрясена. В его тихом хрипловатом голосе не было и намека на юмор.

— Дастин…

— Грейс, неужели ты не ожидала услышать от меня хотя бы пару комплиментов?

Она чувственно улыбнулась и взялась за пряжку ремня его брюк.

— Я не думала об этом. Но это очень приятно, ваша честь. И лестно. Мне кажется, я начинаю понимать, почему все известные адвокаты такие ловкие и хитрые.

— Да? — Его голос звучал приглушенно, так как в этот момент Дастин играл губами с ухом Грейс, вызывая у нее чувственную дрожь.

Он спустил с ее плеч блузку и бюстгальтер, и они упали на пол. Дастин обхватил ладонями обнажившиеся груди, затем наклонился и прижался губами к одной из них. У Грейс прервалось дыхание, хотя сердце ее продолжало бешено биться. Все ее ощущения были сосредоточены сейчас на том месте, где его жаркие губы прижимались к ее нежной коже. Кровь стучала у нее в ушах. Это был радостный, волнительный стук, который повторялся снова и снова.

— Дастин… подожди…

— Ммм? — Он выпустил из губ ее сосок и переместился ко второй груди.

Зазвонил телефон.

— Дастин, телефон.

Грейс собралась с силами и оторвала его от себя. На лице Дастина было написано разочарование. Он ослабил объятия, и Грейс протянула руку к телефону. Это был Брюс Томсон, директор службы новостей, ее босс.

Она поговорила с ним пару минут и положила трубку. Дастин уже привел себя в порядок — застегнул сорочку и заправил ее в брюки.

— Как я понял, тебе надо ехать на работу.

— Да. — У Грейс учащался пульс, даже когда она просто смотрела на Дастина. Но сейчас на личную жизнь не было времени. — Начальник полиции собирается сделать важное заявление в связи с недавним взрывом в универмаге, и Брюс хочет, чтобы я вела репортаж оттуда.

Если бы она была с Лесли, он сказал бы, что во время их свиданий обязательно что-то случается, но Дастин понимающе кивнул.

— Я могу тебе помочь чем-нибудь?

Грейс хотела бы чувствовать себя счастливой, что он отпускает ее так легко, но ей самой не хотелось уходить.

— Мне очень жаль, Дастин. Придется начать наше… свидание позднее.

Он подошел к ней и обнял рукой за плечи.

— Не расстраивайся. В следующий раз мы начнем с того места, на котором нас прервали.

Грейс слабо улыбнулась.

— А ты запомнишь, на чем нас прервали?

Он прильнул к ее губам долгим страстным поцелуем.

— В этом можешь не сомневаться.

Дастин быстро вышел из ее квартиры, и Грейс без сил опустилась на стул.

Несколько часов спустя Дастин все еще удивлялся тому, что Грейс Мортон фактически сделала ему предложение.

Поскольку любовное свидание провалилось он решил с пользой провести остаток воскресного дня — поработать. Чем он собственно обычно и занимался по выходным. Он переоделся в удобную домашнюю одежду и сел на диван перед кофейным столиком, заваленным бумагами. Гостиную заполняла музыка Моцарта.

Просматривая документы, которые подготовил для клиента к завтрашнему дню, Дастин думал о том, что Грейс нашла очень удачный выход для них обоих. Она выглядела серьезной, почти искренней и даже… влюбленной, когда спокойно и логично объясняла ему, почему несколько горячих совместных ночей в постели решат их проблемы.

Дастин потряс головой. Он никогда не думал о Грейс как о «влюбленной», но это было так. Выражение ее лица и манило к себе, и в то же время не давало надежды. Это напоминало ему тайные поцелуйчики с Беатрис Макленан, которые он получал от нее урывками в кегельбане.

Получал, разумеется, до тех пор, пока родители не убедили Беатрис, что встречаться с мальчиком из «плохого» района города почти равносильно общению с прокаженным.

Дастин давно не вспоминал о своей бывшей любви. Последнее, что он слышал о Беатрис, это то, что она уже дважды побывала замужем и теперь ищет третьего мужа. Он мысленно поблагодарил Бога, что не он ее муж, и снова вернулся к работе.

Но мысли его постоянно возвращались к Грейс и к их неудачно начавшемуся роману. Дастин ловил себя на том, что ждет, когда они снова увидятся, и это ожидание вызывало у него бешеное желание.

Дастин сожалел, что их поцелуи, нежные и страстные, были прерваны в самый интересный момент. Он не хотел, чтобы Грейс уходила, хотя и понимал, что она делала это ради карьеры. Если бы она осталась, они были бы в постели через несколько минут. В воображении Дастина одна за яругой вставали сцены того, чем бы они там занимались.

Да, подумал он, секс с Грейс обещает быть потрясающим.

Возможно, они оба сгорят от страсти, но Дастин был готов с радостью броситься в это пламя. Он не помнил, чтобы хоть раз в жизни так сильно желал женщину.

И он намерен был получить ее — очень скоро.