Миг столкновения - Эмери Лорд

– Привет, дружок.

– Привет.

Подхожу к ней ближе – но не настолько близко, чтобы присесть на кровать.

– Мам, я обещал, что свожу Лию в студию росписи керамики. Сайлас вернется с работы после десяти, поэтому Исаак с Бекой пару часов побудут дома.

– Ладно.

Она поворачивается в постели, ко мне лицом.

– Извини, что я не приготовила им завтрак. Я сегодня совершенно без сил.

Сегодня и каждый день в последние шесть месяцев. Однако же по воскресеньям она встает, ходит в церковь. Ее извинения – притворство. Впрочем, как и ее вопросы. «Ты не упакуешь ланч для младших?» «Ты не сводишь Беку на занятие футбольной секции?» Она всегда спрашивает; всегда благодарит. Я бы так и так все делал. И ей это известно.

– Ничего страшного, мам.

Нет смысла культивировать в ней чувство вины. Она не в силах почувствовать себя лучше. Я не в силах ее заставить. И никто из нас шестерых не в силах. Мы можем только не усугублять ее состояние.

– Спасибо, дружок.

Улыбка у нее почти настоящая.

– Что бы я только без тебя делала?

Честно – не знаю. Должна же она понимать: мы выполняем ее работу. Мы, трое старших, день за днем пытаемся заменить обоих родителей. Я бы, наверно, встряхнул маму, не будь у нее такой вид – будто она сломаться может.

Влезаю в те же штаны и футболку, что были на мне вчера, успеваю заметить собственное отражение в зеркале. Боже, когда это я так оброс? Хотя чего удивляться? В последний раз Кэндис Майклс чуть ли не силой затащила меня в свой салон, усадила в парикмахерское кресло. Как бродячего пса.

– Чтоб без меня были как шелковые. Дознаюсь, Бека, что вы опять дрались – сдам все твои лаки для ногтей в студию росписи. А твои драгоценные книжки, Исаак, просто сожгу.

Бека закатывает глаза. Исаак сидит, уткнувшись в книгу. Лия пританцовывает – я это вижу боковым зрением. Восторг в ее личном пространстве не умещается. Лие нужно кружиться, чтоб восторг по всей гостиной распределился.

Вообще-то машина у нас есть, но мы на ней только за город ездим – например, в конце лета на школьный базар или чтоб посмотреть фильм в 3D, когда нам надоедает наш допотопный кинотеатрик. Еще моя старшая сестра, Наоми, ездит на практику. Мы не возражаем. Верона-ков – город маленький, можно и пешочком пройтись. На каждый мой шаг у Лии приходится два прыжка. Нам попадается миссис Альбрехт с Эдгаром. Эдгар – пудель, а похож на свою хозяйку, будто он ей родня.

– Привет, ребята, – здоровается миссис Альбрехт.

Мы ей машем, Лия гладит Эдгара по голове. Слева от нас двое в полной экипировке поглощены спортивной ходьбой. Эти с нами не здороваются. В Верона-ков живут люди двух типов: отпускники и местные. Мы с Лией – местные в третьем поколении.

Не скажу, что у нас тут борьба за сферы влияния. Нет, все не так серьезно. Местные делают бизнес за счет отпускников; местные даже симпатизируют отпускникам. Отпускники, в свою очередь, о-бо-жа-ют наш город. Именно так они говорят, с ударением на каждый слог. Местные его просто любят – как воздух. В любви к воздуху не признаются; о ней даже не думают. Воздух просто находится в легких. И в крови.

Мы с Лией заходим в кофейню. Я – за дополнительным кофе, Лия – посмотреть, как работает Сайлас.

– Привет, – говорит Сайлас и вручает мне черный кофе в дорожном стаканчике. – Ну что, решил насчет младших?

– Дома их оставил. Всего-то на час, от силы на два. В конце концов, нельзя же их все время караулить.

– Мне не видно! – жалуется Лия.

Подхватываю ее под мышки. Лия обожает изнанку любого дела. Сайлас выдавливает взбитые сливки на поверхность напитка, добавляет шоколадный соус. Лия хлопает в ладоши. Сайлас не первый день в кофейне работает, но Лия до сих пор не привыкла. Надо же – ее брат за барной стойкой. Сайлас улыбается, подвигает к Лие миниатюрную чашечку. Горячий шоколад. Лия визжит от счастья, но Сайлас прижимает палец к губам, подмигивает ей. Лия его копирует, тоже подмигивает – неумело, нарочито: глаз слишком долго закрытым держит.

Какой-нибудь психолог, пожалуй, сказал бы: мы ее балуем, потому что она у нас младшенькая. На самом деле мы балуем Лию потому, что она до невозможности славная.

По пути к студии я пью кофе, Лия, причмокивая, тянет горячий шоколад. Мы усаживаемся на деревянную скамейку возле входа, обсуждаем планы на лето. Я планирую стать виртуозом в приготовлении соуса бер-блан, а еще бегать трусцой по пляжу, чтобы не умереть от инфаркта, как папа. Но Лии, конечно, я свои планы иначе подаю. Мол, хочу попробовать пару новых рецептов и выучиться бегать быстрее. Лия хочет часто-пречасто ходить в библиотеку, посмотреть мульт про уток и построить песчаный замок больше прошлогоднего. Мы как раз обсуждаем, каким он будет, наш замок, когда я вдруг чувствую: справа кто-то стоит.

– Доброе утро!

На нас сверху вниз смотрит девчонка с платиновыми кудрями, с помадой оттенка коктейльной мараскиновой вишни. В нашей школе такие не водятся. Я таких вообще живьем никогда не видел. Выражение лица у нее… счастливое. В смысле, девчонка от нашего присутствия не скисла.

– Привет.

Встаю резко, чуть не теряю равновесие.

– Вы хотели заняться росписью?

Девчонка указывает на дверь студии. Лия кивает, я продолжаю блистать красноречием:

– Да.

– Ну так заходите.

Широкая улыбка, приглашающий жест, возня с замком. Я тем временем смотрю на Лию. Мол, мы должны ее знать, верно? Она ведь здесь работает, следовательно, живет в нашем городе. Но Лие не до меня – она во все глаза разглядывает девчонку.

– А вы местные или отдыхающие?

Девчонка распахивает дверь, мы с Лией входим в студию.

– Местные.

– Отлично.

Она хлопает в ладоши, закрывает дверь, плюхает на пол сумку.

– Не знаете, полиция в Верона-ков очень суровая? В смысле, полиция сурова к человеку, который раньше не привлекался к ответственности, но, допустим, несанкционированно украсил резьбой экземпляр местной флоры? Разумеется, выяснить это меня попросила подруга.

Раскрываю рот, слабо представляя, как ответить. Но девчонка уже со смехом ведет Лию к столу.

– Вот вечно я так! Сама впереди себя бегу. Дело прежде всего. Роспись по керамике! Сюда, сюда. За то, что рано проснулись, вам приз полагается. Знаете какой? Можете выбрать любой стол, вот! До чего ж я рада, что в такую рань у меня посетители. В смысле, не поймите меня неправильно. Мне и одной нескучно. Я – сама себе компания.

Девчонка продолжает в том же духе. Лия выбирает стол в квадрате света, что льется из окна; остальные столы освещены гораздо хуже. Я иду за Лией, кошусь на девчонку. До чего же хороша. Девчонка исчезает в подсобке. Честное слово, она на вид – точь-в-точь как лимонный меренговый пирог на вкус. Солнце с пикантной кислинкой. Она появляется вновь, надевает на Лию розовый фартучек, наклоняется, завязывает тесемки.