Красавица с характером - Шэрон Кендрик

Эмбер посмотрела на сверкающие на запястье бриллиантовые часы – подарок на восемнадцатилетие, призванный компенсировать годы скитаний. Не помогло. Среди прочего, она давно усвоила, что драгоценности с их холодной красотой не способны излечить больную душу. Можно попробовать заложить подарок, если ломбарды еще существуют, но там ей дадут мизерную сумму. Люди, желающие получить деньги в обмен на драгоценности, как правило, очень уязвимы, а значит, их легко одурачить.

Жар сменился ознобом – у Эмбер зуб на зуб не попадал. Она вспомнила строки из письма отца и совет его секретарши Мэри-Элен обратиться к Коннелу Девлину. Хотя все ее существо противилось мысли идти за помощью к надменному ирландцу, она понимала, что другого выхода не было.

Глядя на мятую одежду, Эмбер сжала губы в инстинктивном страхе. Она не любила мужчин, не доверяла им – для этого были причины. Однако ей хорошо известны их слабые стороны. Мать немногому научила ее, но внушила простую мысль: беспомощное выражение в глазах женщины действует на них безотказно.

Вдохновленная новой целью, Эмбер отправилась в ванную и долго стояла под душем. Она одевалась с непривычной тщательностью, вспомнив брезгливое выражение темно-синих глаз Коннела Девлина, когда он говорил, что его не возбуждают курящие и обнажающие тело женщины. Она достала скромное платье, которое надевала несколько раз на провальные интервью с работодателями, наложила минимум косметики, стянула волосы в незатейливый пучок. Поглядев в зеркало, с трудом узнала себя – она могла бы претендовать на роль двойника Джули Эндрюс из фильма «Звуки музыки».

Офис Коннела Девлина располагался в престижном Кенсингтоне, в удивительно живописной, обсаженной вишневыми деревьями, тихой аллее. Благородный фасад старинного особняка резко контрастировал с атмосферой успешного бизнеса, которую Эмбер ощутила, войдя в здание.

Высокий потолок вестибюля украшали элегантные люстры. Вверх устремлялась широкая лестница. На стене за прозрачной стойкой висели картины в стиле модерн. Эмбер сразу узнала огромный стилизованный портрет Мэрилин Монро. Ее охватила неуверенность. Интерьер был строгим и стильным. В непривычно простой одежде, с гладкой прической Эмбер чувствовала себя как рыба, вытащенная из воды. Надменная секретарша в однотонном миниплатье только усилила смущение. Привстав над стойкой, она приветливо улыбнулась:

– Чем могу помочь?

– Мне нужно видеть Коннела Девлина, – произнесла Эмбер, неожиданно запнувшись.

Секретарша посмотрела удивленно.

– Боюсь, Коннел занят до конца дня, – сообщила она уже без улыбки. – Вам не назначена встреча?

Буря эмоций охватила Эмбер, но самым неприятным было чувство унижения, словно она не имела права находиться здесь. Ее лишили места в жизни. На что она рассчитывала, стоя перед этим жизнерадостным созданием из мира успеха и процветания? Отступать поздно. Эмбер положила сумку на дизайнерский стул, скорее похожий на произведение искусства, а не на предмет мебели.

– Формально нет, не назначена. Но мне надо срочно увидеть его, поэтому я сяду и буду ждать, если не возражаете.

Улыбка осталась в далеком прошлом. Лоб блондинки пересекла морщинка.

– Вам лучше зайти в другой раз, – осторожно предложила она.

Вспомнив, как Коннел без стука вошел в ее жилище, с наглым видом повертел на пальце ключ и велел освободить квартиру через четыре недели, Эмбер разозлилась. Неужели, черт возьми, у сурового ирландца не найдется капли доброты для сестры лучшего друга? Она демонстративно опустилась на стул.

– Я не уйду. У меня к нему срочное дело, и я готова ждать. Не беспокойтесь, у меня весь день свободен. – Она взяла со столика один из глянцевых журналов и сделала вид, что читает.

Тем временем блондинка застучала по клавишам компьютера, вероятно извещая босса о визитерше. Не могла же она в присутствии Эмбер вслух пожаловаться, что странная женщина оккупировала приемную и не собирается уходить.

Наверху хлопнула дверь. Кто-то спускался по лестнице. Шаги приближались, но Эмбер не отрывала глаз от журнала, пока не убедилась, что человек направляется прямо к ней. Не в силах унять любопытство, она подняла глаза.

Эмбер испытала что-то похожее на шок: дыхание сбилось, во рту пересохло. Вчерашний визит Коннела должен был подготовить ее – она дала себе слово не реагировать на него, но действительность превзошла ожидания. На своей территории Коннел выглядел еще более властным и надменным. Деловой костюм он сменил на неформальную одежду – черный кашемировый свитер и черные джинсы, подчеркивающие узкие бедра и длинные мускулистые ноги. Его словно окутывала темная аура силы. Смуглая кожа казалась более золотистой, чем она помнила. Он прикрыл глаза, и суровое лицо стало непроницаемым.

– Разве я не сказал, чтобы ты заранее договорилась о встрече? Впрочем, не помню – это было до или после того, как ты послала меня к черту, – сказал он с кривой усмешкой. – Как ты могла заметить, мой офис мало напоминает преисподнюю, поэтому не могу понять, что ты здесь делаешь, Эмбер?

Сапфировый блеск его глаз мешал Эмбер сосредоточиться. Коннел казался гордым и неприступным – подавлял своей волей. У него на руках все козыри, а у нее ни одного. Ей хотелось решительно заявить о своих правах, но Эмбер предпочла воззвать к его лучшим качествам, а для этого нужен более мягкий подход.

– Я была в банке.

– Строгий менеджер сообщил тебе, что отец перекрыл, наконец, денежный поток, за счет которого ты жила до сих пор. Ты это хотела сказать, Эмбер? – Улыбка Коннела не казалась дружелюбной.

– Именно так, – прошептала она.

– И что?

Реакция была жесткой. Эмбер пожалела, что не выбрала более соблазнительный наряд: скромное платье прикрывало колени.

«Ну, если уж решила изображать несчастную сироту, надо вести себя соответственно», – решила Эмбер.

– Что же мне теперь делать? – всхлипнула она, имитируя отчаяние.

– Почему бы тебе не пойти работать, как обычному человеку? – скривил губы Коннел.

– Но я… – мрачно призналась Эмбер, – пыталась несколько раз найти работу, но безуспешно. Конкуренция велика, а у меня нет тех качеств, которые требуют работодатели.

– Правильно, – вдруг согласился Коннел, – вызывающее поведение обычно не нравится начальникам.

Эмбер вздохнула.

– Дела совсем плохи, Коннел. Не могу дозвониться до отца, кредитная карта заморожена, и я не могу даже купить… еду, – закончила она драматически.

– Зато продолжаешь курить. – Он тряхнул головой и прищурился. – Не отрицай. От тебя пахнет табаком до тошноты. Отвратительная привычка, которую ты должна бросить.

Эмбер с трудом подавила приступ злости и согласно кивнула – пусть верит во что хочет.

– Конечно, брошу, если ты мне поможешь, – слабо пробормотала она.

– Правда?

Прикусив нижнюю губу и широко распахнув глаза, Эмбер одарила его честным взглядом: