Дорога в рай - Барбара Картленд

Красивое дорогое седло из бежевой кожи, которое купил для нее герцог, оказалось чрезвычайно удобным, хотя отличалось по форме от американских седел, к которым она привыкла дома, в Миссури.

А потом этот глупый жеребец испугался, когда дорогу ему перебежал маленький заяц.

И только-только ей удалось обуздать Метеора, как из-за поворота с ревом вылетела огромная черная с серебром машина, и понадобилось все ее умение наездницы, чтобы лошадь не понесла.

Она все еще пыталась успокоить животное, когда из машины выскочил незнакомец и закричал на нее. С перекошенным от гнева лицом он схватил лошадь под уздцы.

— Идиотка! Кто, черт побери, усадил вас на этого сильного жеребца? Немедленно спускайтесь!

Жасмин только сильнее вцепилась в поводья, пытаясь вырвать их из рук темноволосого незнакомца, который испепелял ее взглядом.

— Прекратите на меня кричать! Вы только еще больше пугаете коня!

— Вы американка?!

Жасмин водила Метеора по кругу, успокаивая его словами, пока жеребец не остановился. Он все еще немного подрагивал, но наездница уже могла с ним справиться.

— Да, сэр. Я действительно из Соединенных Штатов Америки, где быстрая езда по такой узкой дороге, где могут ехать верхом, считалась бы преступлением!

Граф нахмурился.

Нечасто ему доводилось оказываться в такой ситуации, но эта голубоглазая стройная красавица, сидя верхом на огромном жеребце, смотрела на него сверху вниз с таким выражением лица, как будто он был во всем виноват.

— Вы намерены спешиться, мисс?

Жасмин взглянула на незнакомца.

Он был высок, широкоплеч и одет в дорогой костюм — но то, что он богат, было видно и по «роллс-ройсу».

Но каково бы ни было его положение в обществе, грубость и приказной тон были недопустимы.

— Разумеется, нет, сэр. Я полностью контролирую ситуацию и буду благодарна, если вы уйдете с дороги и позволите мне продолжить путешествие.

Граф помрачнел.

— Мисс, я никак не могу позволить вам продолжить поездку на этом животном. У него глаза кровью налиты. Я видел подобное у норовистых лошадей. Это небезопасно.

Жасмин решительно вскинула голову, и золотистые локоны выбились из-под чепца.

— Спасибо за беспокойство, сэр, но оно неуместно. Я в седле всю жизнь. И точно знаю, что делаю. Ваша помощь мне не нужна!

Граф почувствовал, как в нем закипает злость.

Перед глазами возникла еще одна юная упрямица — та, что пыталась перепрыгнуть через забор, слишком высокий для ее лошади, даже несмотря на то что граф умолял ее этого не делать.

Милисента, его бедная жена.

У него до сих пор стоял в ушах ее смех, когда она пыталась заставить лошадь слушать ее команды, а потом крик, когда лошадь ее сбросила, — и лежащее на земле безжизненное тело.

Жасмин ахнула, когда стоящий у ее стремени незнакомец протянул руку вверх, и на мгновение ей показалось, что он намерен стащить ее с седла.

Он что, безумец?

Вдруг она осознала, что вокруг густой лес. Место уединенное и пустынное, никто и не увидит, если он на нее нападет.

Но Жасмин была девушкой не робкого десятка.

В то время как другие барышни стали бы звать на помощь, она сцепила зубы, решительно вонзила каблуки жеребцу в бока и натянула поводья.

Метеор попятился и тихо заржал, его черные глаза расширились, а поднятые копыта едва не угодили незнакомцу по голове.

Жасмин развернула жеребца и направила легким галопом прочь от незнакомца и его машины.

Метеору дважды повторять было не нужно.

Он рванул прочь по дороге под защиту леса — земля полетела из-под его копыт.

Граф тихо выругался, глядя вслед удаляющейся девчонке на огромном вороном жеребце, и задумался, стоит ли ему за ней поехать.

Он был уверен, что такой норовистый конь опасен для любого наездника. Конечно, эта американка хорошая наездница, но достаточно ли ее мастерства, чтобы удержаться в седле?

Он вздрогнул, когда порыв ледяного ветра налетел с холмов, где стоял его замок, взглянул на мрачное свинцовое небо, затянутое снеговыми тучами, и направился назад к своему «роллс-ройсу».

Граф понимал, что если в ближайшие десять минут не выедет на главную дорогу, путь через болота станет непроходимым на несколько дней и долина будет отрезана от внешнего мира.

Он прекрасно знал, чего можно ожидать от такой зимней погоды. Снег, принесенный северо-восточным ветром, как правило, надолго задерживался в Йоркшире.

С одной стороны, граф понимал, что должен поехать за девушкой, убедиться, что она в безопасности, но посмотрел на тонкий черный портфель, лежащий рядом с ним на сиденье, и понял, что просто обязан доставить эти документы в Лондон. Они были жизненно важны для переговоров, которые должны были состояться в Уайт-холле под Новый год.

— Что ж, несомненно, мисс Америка уже добралась домой, где бы она ни жила, или свалилась в канаву! — пробормотал он себе под нос.

Он завел мотор и поехал прочь, отказываясь признавать, насколько его испугал и встревожил этот случай.

Воспоминания о Милисенте и ее трагической гибели вновь нахлынули на него, образ белокурой наездницы померк, и он погрузился в мрачные размышления.

* * *

Жасмин перевела Метеора на шаг и оглянулась через плечо, чтобы убедиться, что этот темноволосый незнакомец не преследует ее на своей машине.

Ну и странный тип!

Страсть и злость в голосе и выражение его лица не на шутку ее встревожили.

Она до сих пор видела перед собой его горящие темные глаза. Они метали молнии, но еще в них видна была великая печаль.

— Держу пари, что дома его ждет бедняжка жена, которой приходится терпеть его вспыльчивый характер, — строила она догадки. — Сочувствую ей всем сердцем. Я, например, никогда не выйду замуж за человека с таким скверным характером!

Жасмин откинула голову назад.

Она точно знала, за кого однажды выйдет замуж.

Свяжет свою жизнь с человеком, которого полюбит, потому что выйдет замуж раз и навсегда.

Слишком многие ее знакомые отправлялись в Англию с приданым, чтобы выйти замуж за какого-нибудь обедневшего герцога или графа и помочь ему возродить обветшалое поместье.

Но это, разумеется, не для нее. «Ни за что!» — как сказал бы Джереми, ее старый конюх.

Только представьте, столкнешься со вздорным мужчиной, а тебе скажут, что это твой будущий супруг!

У нее забилось сердце, лоб стал горячим, хотя за последние несколько минут на улице заметно похолодало.

Жасмин взглянула на небо: с холмов подул ледяной ветер, а сверху стали падать первые крупные снежинки.