Нищий лорд - Барбара Картленд

— Мы были тогда совсем детьми, — сказал лорд Корбери.

— А в другой раз мы взяли без разрешения лошадей твоего отца и отправились в Даунс посмотреть кулачные бои! Это был один из самых замечательных дней в моей жизни. Помнишь, какое это было захватывающее зрелище?

— О да, — ответил он. — Тридцать восемь раундов, и оба бойца так обессилели, что в конце едва могли поднять руку!

— Я помню, как мы потихоньку отвели лошадей обратно в конюшню, — продолжала она, — а старый Сэм, ваш грум, так хорошо к нам относился, что не выдал нас. Когда твой отец спросил, где мы были, ты ответил, что ловили рыбу. По крайней мере, в те времена ты ничего не боялся!

— Черт тебя побери, я и сейчас не боюсь! Просто джентльмен не может опускаться до воровства!

— Что толку быть джентльменом, если у тебя нет ничего, кроме гордости? — съязвила Фенелла.

— Это единственное, что у меня осталось, — с горечью заметил лорд Корбери.

— Боюсь, что в глазах Хетги это не слишком большое достоинство, — сказала Фенелла. — Не один только сэр Вирджил страдает от чрезмерного честолюбия!

Лорд Корбери с разгневанным видом повернулся к ней.

— Не смей плохо говорить о Хетти! Она само совершенство! Самое красивое, восхитительное и прелестное существо на свете! С тех пор, как я уехал, я повидал немало женщин, но ни одна из них не была такой прекрасной, как Хетти.

— О да, она очень красива, — слегка вздохнув, согласилась Фенелла.

— Если бы ты приложила немного усилий, ты бы тоже выглядела довольно неплохо, — сказал лорд Корбери с братской фамильярностью. — Почему бы тебе не купить новое платье и не сделать модную прическу?

— Новое платье! — расхохоталась Фенелла. — Ты, вероятно, забыл, что наше финансовое состояние мало отличается от твоего!

— Я уверен, что твой отец далеко не банкрот, — возразил лорд Корбери.

— О нет, он не банкрот, — ответила Фенелла. — Но он не собирается тратить деньги на тряпки и безделушки для своей дочери. В настоящий момент он намеревается приобрести первое издание «Потерянного рая» Мильтона. Три месяца назад куча денег пошла на Фрэнсиса Бэкона, а перед этим — на очень дорогую книгу Александра Попа.

— Но если тебе уже восемнадцать, наверняка твоя мама хочет, чтобы ты выезжала в свет и встречалась с молодыми людьми?

— Мама! — Фенелла всплеснула руками. — Видно, что ты долго отсутствовал, Периквин. Ты же знаешь, что мама интересуется только своим садом. Сейчас она покупает какие-то редкие лилии, привезенные из Китая. Азалии, которые на прошлой неделе прибыли из Индии, стоили целое состояние. Папа с мамой все еще считают меня ребенком и ведут себя так, будто я не существую. Когда они обо мне вспоминают, они тотчас же отсылают меня с каким-нибудь поручением.

— Бедная Фенелла, всегда одно и то же, — сказал лорд Корбери.

Он подошел к ней и сочувственно обнял за плечи.

— Ну что ж, похоже, мы оба на мели, — сказал он. — Хотя, надо сказать, в этом нет ничего нового.

— Но раньше нам все же удавалось весело проводить время, — полувопросительно произнесла Фенелла.

— Ничего, я надеюсь, что мы еще повеселимся, — пообещал лорд Корбери.

Некоторое время они стояли молча, прижавшись друг к другу.

— Миссис Бакл не получала жалованья девять месяцев, — наконец тихо произнесла Фенелла, — и она просила, чтобы я взяла у тебя хоть немного денег, чтобы заплатить лавочникам. С тех пор, как разбежались лесничие, некому стало поставлять на кухню кроликов и голубей, но ты мог бы сам пойти поохотиться.

— Если бы мне было на что купить патроны, — мрачно сказал лорд Корбери.

Он снял руку с ее плеча и пристально посмотрел ей в лицо.

— Насколько рискованно то предприятие, о котором ты говорила? — спросил он.

Фенелла издала радостное восклицание.

— Так ты это сделаешь? О Периквин, я знала, что ты согласишься! Даже если тебе не достанется ни пенса, ты все же сможешь помочь Джо и Саймону, а может быть даже заплатить миссис Бакл и старику Хедстоуну, деревенскому мяснику. Он просил передать, что будет крайне признателен, если ты хоть частично вернешь ему долг.

— Проклятье, это же чистое сумасшествие! — покачал головой лорд Корбери. — Но, похоже, у меня нет выбора. Как ты думаешь, Фенелла, в доме еще найдется, что продать?

— Разве что только кровати, — ответила она, — да и за них много не выручишь. Когда я помогала миссис Бакл стелить твою постель, я обратила внимание, что полог проеден молью, а все одеяла протерты до дыр.

— Так ты знала, что я скоро приеду? — удивленно спросил лорд Корбери.

— Я предполагала, что ты приедешь после разговора с мистером Свейером. А он появлялся здесь на прошлой неделе с инспекцией.

— Ну ладно, — сказал лорд Корбери после некоторого молчания, — семь бед — один ответ. Когда ты планируешь осуществить эту дурацкую затею?

— Исаак Голдштейн сегодня уехал, — ответила Фенелла. — Это означает, что он навряд ли вернется домой раньше, чем послезавтра. Так что надежнее всего будет отправиться завтра.

— Ты уже все рассчитала заранее, не так ли? — упрекнул ее лорд Корбери.

— Нет, клянусь тебе, мне это пришло в голову только сейчас, — ответила Фенелла. — Ты отлично знаешь, я не ждала тебя так скоро. Иначе я не стала бы прятаться в потайной комнате, когда приехала Хетти.

Лорд Корбери пристально посмотрел на нее, как бы желая удостовериться, что она говорит правду.

— Если ты затеяла все это лишь для того, чтобы втянуть меня в неприятности, Фенелла… — начал он.

— Нет, Периквин, что ты! — перебила она его. — Ты же знаешь, я не хочу, чтобы ты попал в беду. С твоей стороны очень несправедливо говорить такие вещи, ведь когда мы были детьми, сколько раз я брала на себя вину за твои проделки! Помнишь, как ты разбил крикетным мячом стекло в церкви? Ты не хотел сознаваться, потому что боялся, что твой отец напишет твоему воспитателю в Итон и попросит по возвращении наказать тебя розгами.

— Господи, ну и память у тебя! — удивился лорд Корбери. — Это было сто лет назад.

— Я ничего не забыла, — сказала Фенелла. — Я так надеялась, что когда ты вернешься, все снова станет по-прежнему.

— По крайней мере, в те времена у меня был отец, который оплачивал счета, — заметил лорд Корбери. — А теперь мне самому приходится доставать деньги.

— Ты обязательно их достанешь, я ни капельки не сомневаюсь! — горячо воскликнула Фенелла. — Ты всегда был очень сообразительным и легко все схватывал. Вспомни, как ты хорошо учился! А герцог Веллингтон говорил, что ты один из самых блестящих офицеров, бывших в его подчинении.

— Какой мне теперь от этого прок? — хмуро спросил лорд Корбери.