Вестница - Юлия Исаева

Начало вечеринки было намечено на пять, когда мы закончили спирожками, оставалось чуть меньше четырех часов. Распихав готовые и почтиготовые блюда по полкам, печкам и столам, я отослала Крис домой – одеваться инаводить марафет. Мне и самой не мешало принарядиться: узкое платье с трудомналезло на раздобревшие за зиму бедра, так уж вышло, что одежду, предназначеннуюдля празднования дня рождения, я покупала прошлой осенью ради другогомероприятия, которое, в итоге, так и не состоялось. Я нервничала и суетилась,из-за чего пришлось дважды перекрашивать один и тот же глаз – рука дрожала илиния стрелки выходила кривой и слишком жирной. Разобравшись с одеждой игримом, я принялась за волосы – целых полчаса ушло только на то, чтобы решить:распустить или собрать в хвост. В итоге остановилась на «золотой середине»:собрала часть волос и заколола их на затылке, оставшиеся расчесала и оставилалежать на плечах.

Криста вернулась за час до общего сбора, мы расставилиприготовленную еду и закуски, вытащили из закромов две бутылки водки,шампанское, вино и мартини, оставив на потом такой же точно комплект. Вскорепосле Кристы пришел Макс, он притащил бутылку текилы и лимон, заявив, чтоничего другого пить не будет.

И лучшая подруга, и её парень по достоинству оценили мойнаряд – короткое обтягивающее платье без бретелек, состоящее из двух широкихпересекающихся полос – зеленой и желтой.

Гости пребывали неспешно, все, как один, с заметнымопозданием. Первыми были наши с Крис однокурсницы – Светка и Люба, мы не былиособенно дружны, но в стенах института общались, как добрые приятели. Я ценилаих за ненавязчивость и неугасающий оптимизм. Вслед за ними пришло неразлучноетрио музыкантов-любителей, играющих в одной рок-группе с Максом, именно оннастоял на их присутствии, не желая лишать себя возможности качественнонапиться в компании боевых товарищей. Я с трудом припомнила их имена. Потомбыли ещё четверо – парень и три девчонки, наши с Крис бывшие одноклассники, скоторыми я поддерживала призрачную связь посредством Интернета. Их мыпригласили для массовки и, чтобы было, кем развлечь парней-музыкантов.

Здороваясь и принимая подарки, я с ужасом поняла, что вполнемогла бы ограничиться одной только Кристой. Идея устроить шумный праздникначала казаться мне в высшей степени нелепой, но отступать было поздно, поэтомуя послушно улыбалась и благодарила, сияя, как эмалированный таз.

К началу восьмого в сборе были все, кого приглашала лично я,однако где-то в глубине души зрела уверенность, что Макс и Криста пригласиликого-то сверх списка. Мои опасения вскоре подтвердились. Я болтала с девчонкамииз института, когда раздался настойчивый звонок в дверь, кажется, я былаединственной, кто расслышал его сквозь рваные звуки, исходящие из колонокновенького музыкального центра.

На пороге стояла наша с Крис общая знакомая Вера –молоденькая барменша из студенческого кафе. Она пришла не одна: за её спиной маячилтот самый Влюбленный, с которым мы так мило и совершенно безнаказаннообменивались улыбками.

- Привет, поздравляю! – Вера сжала меня в объятиях, послечего отстранилась и вручила пакет с подарком.

Влюбленный вышел из-за её спины и протянул мне раскрытуюладонь.

- Данила, - представился он, улыбаясь доброжелательно инемного виновато, - Можно Даня. Привет.

Я слегка замешкалась, но всё-таки ответила и на приветствие,и на рукопожатие.

- Привет. Алевтина, можно Аля.

Парень ещё больше расцвел, продолжая держать мою руку.

- Ничего, что я напросился? – осторожно поинтересовался он.

- Конечно, ничего, - высвобождая плененную конечность,заверила я, - Вы проходите.

Ребята вошли в квартиру и принялись снимать верхнюю одежду.Я наблюдала за непрошенными гостями, отчаянно пытаясь понять, какие между нимиотношение.

Из кухни вывернулась подвыпившая и очень веселая Крис. Онатут же прицепилась к Вере, даже не заметив, что та не одна.

- Ты просто обязана попробовать Алькины пирожки! – внушалаКриста своей протеже, уводя её в гостиную.

- Кажется, так и было задумано, - весело заметил Даня.

- Я здесь не причем.

- Да, я на тебя и не подумал, - искренне признался парень.Он не выглядел смущенным или обиженным, кажется, наш внезапный тет-а-тет егозабавлял. Я понятия не имела, о чем с ним разговаривать. Может, предложитьвыпить? Самой мне что-то страстно захотелось напиться.

- Ты ведь та девушка из кафе? Я правильно помню? Одетаиначе, накрашена, и волосы по-другому лежат, но вполне узнаваема, - Данясмотрел мне прямо в глаза, - Я прав?

- Даже, если так. Какая разница?

- Не хотел обидеть, - Даня, кажется, растерялся. Он явно неожидал, что я рассержусь. Признаться, я и сама не ожидала, - Просто интересно.

- Я тебя тоже помню, ты был с девушкой.

- Да, точно, - замялся Даня, - С девушкой.

Повисла неловкая пауза.

- Ты иди, выпей чего-нибудь. Это же праздник, в концеконцов, - предложила я, желая поскорее ретироваться.

- Точно! Я ведь не поздравил, - спохватился Данила, выуживаяиз кармана кофты маленький сверток.

- Не стоило, - пробормотала я.

- Ну, как же? Я не привык ходить на праздники без подарков.Ничего особенного, просто приятная мелочь, - Даня протянул мне свой презент.

- Спасибо.

- А теперь я иду к гостям, - сообщил Даня, как бы мирясь снеизбежным. Он ободряюще улыбнулся и оставил меня одну посреди прихожей,заваленной обувью и одеждой. Какое-то время я анализировала свои ощущения,вертя в руках Данин подарок. Мне было приятно – и его появление, и еговнимание, и его открытое обаяние, в тоже время мне было крайне неудобно – засвою сварливость и его легкомыслие.

Данила подарил мне серебряную брошку в форме льва,разевающего огромную клыкастую пасть на невидимого противника. Серебро не шло кмоему платью, но я решила, что не надеть украшение – всё равно, что оскорбитьдарителя в лучших чувствах. Было немного странно – почему лев? По зодиаку яовен, ничего общего с хищником. Неужели он слышал, как назвал меня Славка-Лис? Леввполне вяжется с Лёвой. Выходит, он притворялся, когда делал вид, что толькотеперь признал во мне ту девушку из кафе. Поразмыслив ещё с минуту, я решила,что не готова вернуться к гостям, во всяком случае – пока. Не хотелось ловитьна себе заинтересованные взгляды как-то совсем уж внезапно понравившегося мнепарня или наблюдать, как он ухаживает за пришедшей с ним Верой. 

На улице было по-весеннему свежо. В марте темнеет позже, чемзимой, но всё ещё довольно рано. Я уселась на скамейку у подъезда и посильнеезакуталась в накинутую на плечи куртку. Хмель от единственного выпитого мнойбокала давно выветрился, оставив после себя неприятную сухость во рту.