Мой милый ангел - Кэт Мартин

— Хорошо, Джесс. Будем играть в эту игру по твоим правилам. Но я тебя предупреждаю, не пытайся проводить свои школьные эксперименты с кем-нибудь другим. Тебе могут не понравится последствия.

— Что ты имеешь в виду?

Голос Джейка смягчился.

— Это значит, что не всегда бывает так, как было между нами прошлой ночью. С разными людьми это по-разному. С одними — лучше, с другими — значительно хуже.

Джесси впервые улыбнулась. Это была тонкая улыбка, но все же улыбка.

— Спасибо тебе, Джейк. Я это запомню, — она открыла дверь, остановилась и оглянулась через плечо. — Но чтобы точно знать, какой мужчина лучше, нет другого способа, кроме… эксперимента, не так ли?

Прежде, чем она успела выйти, Джейк носком сапога толкнул дверь.

— А теперь послушай меня, Джессика Таггарт.

— Я слушала вас прошлой ночью, Джейк Вестон.

Он приблизился к ней.

— Забудь об экспериментах и веди себя, как леди.

Она открыла дверь.

— Я буду вести себя так, как мне захочется.

Джейк снова захлопнул дверь.

— И не пытайся, Джесс. Я тебя предупреждаю.

Джесси открыла дверь.

— Что хорошо для гуся, сойдет и для простака.

Джейк закрыл дверь.

— Первый же сукин сын, которого ты потащишь за собой по лестнице, будет покойником.

Джесси только улыбнулась. Она открыла дверь и выскользнула из комнаты, оставив Джейка кипящим от злости.

Чарли Синг внимательно смотрел на переполненный салон. Он надеялся увидеть, здесь дочь Генри Таггарта, которую уже видел на похоронах. Он насчитал в зале пятнадцать женщин, но ее среди них не было, поэтому он нашел свободный столик и сел. Тихо переговорив со своей охраной, он послал человека переговорить с барменом.

Руперт подозвал Лови.

— Еще один китаец хочет видеть мисс Джесси. Что она делает? Старается вступить в Совет Западных Женщин или пытается стать королевой Грант Стрит?

— Если бы она этого хотела, — проворчала Лови, — ей не понадобилась бы помощь таких, как ты, Руперт Скрогинз, — Лови вперевалку пошла к лестнице в мансарду, с усилием взобралась на нее и постучала в дверь комнаты Джесси.

— Еще один китайский джентльмен хочет тебя видеть, Джесси. Этот одет, как профессор из Гарварда.

Лови вернулась в звал и, проходя мимо Педди, заметила:

— Ей даже труднее, чем одноногому играть на поле в мяч.

Так и не удалось вздремнуть, подумала Джесси, снова надевая туфли на высоком каблуке, которые она только что сняла, и снова с помощью металлического крючка застегивая пуговицы на спине. Она удивлялась, кому она понадобилась в это время. Педди последовал за ней, когда она вошла в зал.

За тем же самым столом, за которым перед этим сидел Ток Лой, расположился другой восточный человек. Два больших охранника стояли рядом. Он был одет в темный костюм, сшитый у дорогого портного, в руках держал стэк. Когда она вошла, он встал, приветствуя ее.

— Мисс Таггарт, я Чарли Синг, президент «Добрых Тружеников Моря».

Когда они сели, Су Лин поспешила к ним с чаем.

— Я пришел, чтобы заверить вас, что ДТМ не имеют ничего общего ни со смертью вашего отца, ни с таинственным инцидентом с вашей шхуной. Я также желаю сообщить о преданности вам ДТМ. Однажды ваш отец спас мне жизнь. Я этого не забыл. Ваш отец был мне другом, как и всем китайцам.

— Тогда, мистер Синг, почему он был убит длинным ножом и китайской шелковой гарротой? Некоторое время Чарли Синг молчал.

— Красная шелковая гаррота — это знак Гум Сана. Я не могу говорить за них, а только за себя и за ДТМ. И я обещаю вам, если обнаружится, что это Гум Сан, они заплатят за все.

Джесси вцепилась руками в складки юбки и внимательно следила за китайцем из-под ресниц.

— Вы действительно верите, что Гум Сан замешаны в этом?

Выражение его лица говорило, что именно так он и думает, но он только пожал плечами и ответил:

— Посмотрим.

— Не мог это быть белый человек?

— Вполне возможно, — Чарли Синг отодвинул стул и встал. — Как друг, советую вам быть очень осторожной, мисс Таггарт. Тот, кто хотел, чтобы ваш отец умер, может хотеть и вашей смерти. Никому не доверяйте, но помните, вы можете рассчитывать на ДТМ.

Поклонившись, он направился к двери, его охрана следовала за ним. Джесси молча продолжала сидеть. Эти два китайских главаря оставили ее в неуверенности и сомнении, не сообщив ничего нового. Помрачнев, она допила чай и направилась к лестнице. Она не могла избавиться от страшной мысли, которая возникла у нее в голове — Джейку больше всех была выгодна смерть ее отца. У Джейка был мотив и возможности для его осуществления. Ему были известны привычки отца, и, хотя он был в это время за городом, он мог легко найти кого-нибудь для убийства и свалить вину на китайцев. Джейк остановил Джесси и Педди, когда они подошли к лестнице.

— Иди что-нибудь поешь, Педди, сказал он. — Я присмотрю за Джесси, — Педди отошел. — У тебя все в порядке?

— У меня все прекрасно, Джейк, просто немного устала, — она попыталась пройти мимо него, но он схватил ее за руку.

— Ты сегодня много разговаривала с китайцами.

— Они оба показались мне джентльменами, Джейк. Они очень умные люди.

— Да, они очень умные, это несомненно. Но они способны на все. Они зарабатывают в лагерях для перемещенных лиц, на кабинах для встреч и на торговле опиумом.

Джесси задумчиво кивнула, ее мысли были в полном беспорядке. Ей нужно было время, чтобы хорошенько обо всем подумать, поразмышлять о словах китайских главарей.

— Думаю, мне нужно сейчас отдохнуть. Джейк прошел вперед и распахнул перед ней дверь.

— Ток Лой и Чарли Синг очень опасные люди, Джесс. Никогда не забывай об этом. Лучше тебе держаться от них подальше. Твой отец был им другом. Он посещал их праздники и даже немного знал их язык, но все равно мы не можем быть уверены, что они не причастны к его смерти.

— Да, мы не можем. Мы не можем доверять никому, — произнесла она многозначительно.

Джейк нахмурился.

— Что ты хочешь сказать, черт возьми? Я чувствую, что лучше не знать, что ты имеешь в виду.

— Это значит, что у тебя был мотив, и у тебя были возможности осуществить это, — Джесси почувствовала, как слезы подступают к горлу, но она постаралась сдержать их.

— Это значит… это значит… Я ничего не знаю.

— Мы уже обсуждали это, — перебил ее Джейк, его глаза потемнели от гнева.

— Я хочу верить, что ты не имеешь отношения к смерти отца, но… — запинаясь, сказала Джесси.