Разбивающий сердца - Яна Мелевич

Валера едва успевает отскочить и чуть не роняет телефон, впечатавшись в дверцу собственного джипа, испуганно глядя на остановившего от него в нескольких сантиметрах лихача. Тонированное стекло со стороны водителя опускается, и я все-таки закатываю глаза.

- Эй, парень, ты охренел?! – тут же отмирает супруг соседки и опускает руку с телефоном, пока Никита выбирается из салона в неприлично тонкой кожаной куртке с сигаретой в зубах. – Олечка, ты слышишь? Звони в полицию, меня чуть псих на Астон Мартин не сбил!

- Ты дурак? - возмущенно интересуюсь у этого психопата с мозгами набекрень, который довольно чему-то улыбается, жмуря от удовольствия глаза. – Правила ПДД созданы, чтобы их нарушать?

- Эй, ты слышишь меня? Оля ты звонишь? – брызгает слюной Валера, пока я судорожно оглядываю двор и снова смотрю на Ника.

Никому нет дела до истеричного соседа, хотя Воронцов не упускает случая сотворить еще одну гадость: непотушенный окурок бросает прямо в сторону новенького дивана и тот попадает прямо на защитную пленку, прожигая дырку.

- С ума сошел?! – орет красный точно рак Валерий, с пыхтением выбираясь из узкого пространства между автомобилями.

- Погнали, покатаемся. По лицу твоему вижу, что очень скучала, - подмигивает Никита, не обращая никакого внимания на рычащего Валерия. Из подъезда с ребенком на руках выбегает соседка.

- Валерочка!

- Оля, что так долго?! Меня тут чуть не убили!

Сюрреалистичная картина современного мира в действии. Одни снимают все на телефоны, другие просто наслаждаются развернувшимся шоу. Мне не очень совестно, однако потом Роме придется выслушивать от соседей жалобы. А Никита тем временем приглашающе кивает свой автомобиль.

- Могу только сзади сесть, иначе поцарапаю чужую машину при попытке сесть с другой стороны, - киваю на джип соседа, и Никита невозмутимо поворачивает голову, недоуменно интересуясь:

- Вот это дешевое корыто?

У супруга Марины сейчас случится инфаркт: он хватает за сердце, стонет, краснеет. Рядом в панике носится его жена, удерживая ребенка на руках, и «умирающего» Валентина. Она обмахивает его ладонью и бросает в мою сторону несчастный взгляд, как бы извиняясь за все происходящее. Парочка подростков явно снимают машину Никиты на камеры и восхищенно переговариваются, а вот этот засранец просто садится обратно за руль. Сдает назад, вновь чуть не наезжая на семейство Марины. Они отскакивают к обочине, причем Валерий бежит первым, мгновенно очухавшись.

- Ты сошел с ума?! – рявкаю, подскочив ближе и силой ударяю по колесу от злости, накатившей в этот момент. – Мог же сбить их!

- Так не сбил, да и вообще какой смысл парится об отбросах? – равнодушно бросает Ник, придерживая руль и кивает на соседнее кресло. – Садись, покатаемся.

- Никуда я с тобой не поеду, придурок.

- Даже если скажу, где сейчас твой дорогой бойфренд? – он язвительно и мерзко улыбается, проводя языком по зубам.

Тянется к пачке сигарет на панели, пока я пытаюсь справиться с эмоциями и заставить себя говорить. Он знает, где Рома сейчас? Какого черта? Сердце бьется все сильнее, непроизвольно сжимаясь от плохого предчувствия. Из ступора выводит запах дыма и снова слышу шум, крики возмущения от соседей во дворе. Хватаюсь за дверцу, сжимая ту до побелевших костяшек, наклонившись ниже:

- Какого хрена ты несешь? – рычу, подрагивая от ярости и смотрю в красивое лицо, лишенное всяких эмоций. Рукав кожаной куртки немного задрался, демонстрируя многочисленные браслеты, а под ними – часть старых белесых шрамов.

Никита смеется, выдыхая дым. Так издевательски, словно знает куда больше меня и бросает в мою сторону взор из-под полуопущенных ресниц. Говорят, что девочки обожают плохих мальчиков, но ни одна не представляет себе какова плата за общения с такими. Такие, как Воронцов способны разрушить тебя, пройтись по твоему сердцу и, спокойно выкурив сигарету, пойти дальше. Наверное, он никогда не был достаточно нормальным, чтобы осознавать нормы морали.

- Скорей всего сейчас шпилит мою тетку из жалости – любимая тема Леночки. Давать, роняя большие крокодильи слезки, и плакаться еще одному дураку в жилетку, - тянет Воронцов, прерывая мои размышления, выдыхая дым. Ударяю с силой по дверце, ощущая обжигающую боль в ладони и еще большую в груди.

Почему эти слова меня так задели?

- Я лично перееду тебя этой тачкой, если сейчас же не уберешься отсюда! – рявкаю так громко, что звенит в ушах. Соседи уже не орут, до разговоров людей вокруг нет дела. Делаю шаг назад, затем второй, а ноздри раздуваются от гнева, переполняющего изнутри все тело.

- Полагаю дозвонится ты до него не можешь, верно? – все также равнодушно отзывается Воронцов, нисколько не испугавшись моей бравады. Только поворачивает голову в мою сторону. – Отключен или на голосовой? – улыбается, кивая на сжатый в руке айфон.

Это не со мной, точно нет. Ведь не может ничего Никита знать о передвижениях Ромы. В конце концов, почему он вообще это говорит? Какая выгода? До сего момента из всех мудаческих поступков Никиты – этот стал просто апофеозом нашего общения. Прищуриваюсь и с трудом сдерживаю желание вцепиться в эту холеную рожу.

И в то же время хочу сесть в машину и все узнать. Сама не зная почему.

- Он поехал к врачу, - цежу сквозь зубы, обходя машину и открываю дверцу, падая на пассажирское место рядом с Никитой. – Уверена, что бы там в твоей тупой башке не родилось – это не соответствует действительности!

- Тогда почему села?

- Позорится перед людьми больше не хочу, - огрызаюсь злобно, пытаясь пристегнуть на автомате ремень. Какого черта я творю, почему иду на поводу у этого идиота?

- Так шла бы домой, ждала своего загулявшего парня точно верная собачонка, - промурлыкал Ник помогая. За это пару раз получает по рукам, но долгожданный щелчок раздается в тишине салона под мое злобное сопение.

Поднимаю на него взгляд и смотрю прямо в глаза, хватая за ворот куртки, заставляя наклонится ближе.

- Имей в виду, Воронцов, я тебе не верю, - шиплю тихо и зло.

- Не веришь или не хочешь верить? – задает резонный вопрос, заставляя отпустить себя. Машина мягко начинает движение, провожаемая десятком пар глаз.

На соседей и людей вокруг меня уже совершенно плевать, потому что начинаю переваривать сказанное внутри себя. Из динамика раздается тихая классическая музыка, едва Никита касается панели и включает записи из плейлиста на флешке, которую замечаю не сразу. Синий мигающий светодиод отвлекает ненадолго внимание, пока мы выезжаем со двора. Мысленно вспоминаю не забыла ли я закрыть дверь, не оставила ли включенной плиту, стоит ли сделать еще один звонок Роме…

Голова раскалывается – слишком много всего за раз. Хороший день испорчен напрочь.

- Возьми, - мне на колени приземляется простой конверт Почты России без надписей и марок. Внутри бумажка или записка, не знаю. В начале брезгливо приподнимаю кончиками пальцев, затем бросив ненавистный взгляд на Никиту, вскрываю его и достаю сложенный вдвое листок. Внутри рисунок – улыбающийся смайл, высунувший язык.