Лисёнок для депутата - Аля Морейно

Расстояние до машины я преодолеваю куда легче, чем в прошлый раз. Нет, я не избавился от костылей, но уже на пути к этому. И отступать не намерен ни на шаг. По крайней мере, двигаюсь ничуть не медленнее, чем здоровые люди. Олег с зонтом за мной едва поспевает.

— В офис к отцу, — командую, как только оказываюсь в машине.

— Вы уверены? Разве вам не нужно сначала переодеться, Виктор Борисович? — помощник пытается разыгрывать из себя заботливую няньку.

— С каких пор я должен перед тобой отчитываться? Поехали быстрее.

Отец не знает о моём приезде, но мы созванивались до вылета, и он сказал, что сегодня целый день пробудет в офисе.

Мы с детективами заходим в его кабинет одновременно. Папа наверняка удивлён, но, как обычно, на его лице эмоции не читаются. Он собран и готов отбивать наши нападки.

Я по-прежнему не могу быть абсолютно уверен, что он является организатором акции против меня и моей семьи, и иду ва-банк.

Детектив выкладывает отцу все факты, говорящие о том, что Олег и Марк получили огромные суммы денег, попав в полную зависимость, и были вынуждены участвовать в этой грязной постановке.

Слежу за папой. Лицо каменное — ничто не выдаёт его внутреннее состояние и эмоции. За тридцать лет я так и не научился заглядывать ему в душу, когда он натягивает на себя защитный панцирь.

— Виктор, — он перебивает детектива в самом конце доклада, — я тебе уже говорил, что не причастен к этому. Почему ты снова пришёл с этим ко мне?

— Потому что в твоём случае налицо — мотив и возможности. Ты хотел избавить меня от Олеси и имел достаточно средств, чтобы помочь своим пешкам уладить их проблемы. А они за это, естественно, готовы были прокрутить для тебя любую аферу.

— Я могу повторить только то, что уже сказал: я не в курсе всего этого. Не давал никаких денег ни Олегу, ни Марку, даже не знал, что они им были нужны. Не давал никаких распоряжений относительно того судебного дела и всего прочего. Оставь мне собранные документы и поезжай домой. Я постараюсь вычислить организатора.

Пристально смотрю на него. Не верю! Он, как обычно, считывает мои мысли без слов.

— Только у меня будет условие. Я нахожу ответ на твои вопросы, а ты не отказываешься от мандата и остаёшься в компании. Условия дальнейшего сотрудничества мы обсудим позже.

— Опять шантажируешь?

— Вовсе нет, предлагаю взаимовыгодную сделку.

— Я не уверен, что готов согласиться.

— Подумай, пока есть время.

Мне совершенно не улыбается идея снова оказаться у отца на крючке. Я возвращался на родину с твёрдым намерением отстаивать независимость. Но папа снова берёт меня за горло, чувствуя, как важно для меня отыскать виновного.

— Виктор Борисович, думаю, он уже знает ответ, — выдаёт мне один из детективов, когда мы спускаемся на лифте.

— Мне тоже так показалось, — отвечаю задумчиво. — Но я и сам его уже нашёл.

Озарение, которое меня посещает, не радует. Оно меня убивает. Мне нужно время, чтобы свыкнуться с находкой и переварить.

— Отец, я сам нашёл ответ на свой вопрос, — глухо говорю папе в трубку.

Я убит, уничтожен выстрелом в самое сердце… Растоптан, распят… Мир рушится, и я оказываюсь беззащитным перед навалившейся на меня катастрофой.

— Я не сомневался в твоих аналитических способностях, сын. И что ты будешь делать дальше?

— Папа, не знаю… Для начала просто попробую это пережить…