Великолепно! - Джулия Куин

– Пока нет, – ответил Данфорд, вытягивая шею.

– Эммы здесь явно не наблюдается, – решительно заявил Алекс.

– Что ты хочешь этим сказать? Она должна присутствовать здесь.

– Но ее нет. Я мог бы узнать ее волосы за милю.

– Постой! – внезапно воскликнул Данфорд. – Зато я вижу Белл.

Алекс посмотрел туда, куда указывал Данфорд, и сразу заметил светловолосую Белл, окруженную обычной толпой поклонников.

Данфорд нахмурился:

– Кажется, за ней увивается Вудсайд, и она ничего не делает, чтобы осадить его. Пойдем. – Он решительно двинулся вперед, расталкивая толпу; Алекс следовал за ним по пятам.

– Белл! – весело окликнул девушку Уильям, когда они приблизились. – Сегодня вы еще красивее, чем всегда. – Он склонился над ее рукой, и Белл подозрительно посмотрела на него.

– Виконт Бентон! – Данфорд хлопнул одного из поклонников Белл по спине. – Я все собираюсь вас спросить насчет вашего жилета: где он сшит?

Убедившись, что Данфорд надежно отвлек внимание Вудсайда, Алекс решил, что пора заняться выяснением вопроса, который привел их сюда.

– Леди Арабелла, – сказал он, не обращая внимания на остальных молодых людей, не сводивших с Белл жадных взглядов, – мне надо поговорить с вами наедине. – Затем он повернулся к Вудсайду: – Вы не станете возражать, если я на минуту заберу от вас эту очаровательную красавицу? Обещаю как можно скорее возвратить ее. – Он подмигнул Вудсайду. – Я знаю, как она привязана к вам, и не хотел бы лишать вас ее компании надолго. – С этими словами герцог улыбнулся Белл, затем схватил ее за руку и почти выволок из бального зала на балкон. – Говорите быстрее: где ваша кузина?

– Не беспокойтесь, она не чахнет дома от тоски по вам, если вас волнует именно это, – выпалила Белл и тут же поняла, что сказала слишком много.

– Где она? Как я понимаю, бог весть в каких обстоятельствах и без всякой защиты. – Алекса не оставляло предчувствие, что Эмма ввязалась в какое-то очень опасное дело, и он вовсе не собирался позволить ей пострадать.

– Моя кузина вполне способна позаботиться о себе и без вас, – заносчиво заявила Белл. – К тому же я не думаю, что у вас есть право задавать такие вопросы.

– Лучше не играйте со мной в игры, маленькая миледи, – предупредил Алекс. – Где Эмма? Ну!

– Послушайте, ваша светлость, – не сдавалась Белл. – Вы вели себя омерзительно. Не знаю, что вы ей сказали, потому что об этом она не стала рассказывать, но, должно быть, это было что-то ужасное. Теперь она ходит по дому с таким мрачным лицом, какого я никогда у нее не видела, и то и дело принимается плакать. Мы же делаем все возможное, чтобы она забыла о вашем скверном поступке. К счастью, нам удалось… – Тут Белл внезапно осеклась.

– К счастью – что? – Алекс нахмурился.

– Послушайте, оставьте нас с Эммой в покое. – Белл вырвала руку из руки Алекса и направилась обратно в зал. – Очень сожалею о грубости Эшборна, – сказала она, подходя к Вудсайду и заглядывая в его бледно-голубые глаза. – Герцог спрашивал меня о кузине, за которой он волочился.

Вудсайд устремил на Белл пронзительный взгляд:

– Кажется, она отвечает ему взаимностью.

– Точнее, отвечала. По правде говоря, именно поэтому она нынче вечером осталась дома. И вообще сегодня я не хочу говорить об Эмме. Давайте лучше поговорим о вас, милорд: Нед так много мне о вас рассказывал…

В глазах Вудсайда появился лихорадочный блеск. Неужели его план сработал?

– Что ж, спрашивайте, – предложил он, с трудом скрывая торжествующую улыбку.

Заметив, что Алекс торопливо направляется к ним, Данфорд вздохнул.

– Вудсайд, вы не станете возражать, если я украду у вас леди Арабеллу на тур вальса? Знаю, что Эшборн только что воспользовался вашей любезностью, но, по правде говоря, мне тоже необходимо с ней поговорить.

– Но я вовсе не хочу танцевать, – громко произнесла Белл.

– Нет, дорогая, хотите. – Уильям и не думал сдаваться: он тут же увлек ее на площадку для танцев.

Глядя, как добыча ускользает от него, Вудсайд раздраженно вздохнул. Он уже собирался отправиться на поиски выпивки, когда рядом с ним возник Алекс.

– Прошу меня простить, – сказал Алекс с натянутой улыбкой. – Уверен, что вы предвкушали вечер в обществе леди Арабеллы, и вдруг такая незадача. Сказать по правде, Вудсайд, это моя вина: вы ведь знаете, что я ухаживаю за кузиной леди Арабеллы…

На лице Вудсайда появилось некое подобие улыбки. Он никогда не верил, что могущественный герцог Эшборн собирается жениться на какой-то шлюшке из колоний, не имеющей титула, и поэтому не считал нужным говорить об Эмме почтительно.

– За этой американской девчонкой? По виду она лакомый кусочек, но я бы не подумал, что такой человек, как вы, мог ею заинтересоваться.

Алекс с трудом подавил желание вырвать у негодяя язык.

– Видите ли, мы немного повздорили, и она не желает со мной разговаривать.

– Пошлите ей цветы, – снизошел до совета Вудсайд. – Или отправьте какую-нибудь драгоценность, если вы полагаете, что ее семья не сочтет это дерзостью, – подобный прием всегда срабатывает.

Алекс кивнул, словно соглашаясь.

– Я попросил Данфорда, чтобы он уговорил Белл походатайствовать о моем деле. Она должна убедить мисс Данстер переговорить со мной, чтобы мы могли устранить недоразумение.

Вудсайд откашлялся.

– Очень разумно. А если это не сработает, тогда я бы, пожалуй, разорился на браслет.

Алекс недобро улыбнулся:

– Нам обоим стоит молить Бога, чтобы эта беседа увенчалась успехом.

Однако его надежды и на этот раз не сбылись. Данфорд всеми силами пытался заставить Белл сообщить местонахождение Эммы, но та оставалась неумолимой.

Наконец, решив, что единственное средство, которое у него осталось, – это шантаж, Уильям язвительно ухмыльнулся:

– Дорогая мисс Блайдон, если вы не скажете сию же минуту, где ваша кузина, клянусь, я устрою такую сцену, что вам и жизни не хватит, чтобы расхлебать ее последствия.

Белл бросила на него взгляд, полный презрения:

– Не забудьте, мы находимся не в джунглях, дорогой мистер Данфорд. И что, собственно, вы собираетесь сделать, ради всего святого?

– Я вас поцелую.

– Извольте. – Белл равнодушно пожала плечами.

– Я использую для этой цели язык. – Данфорд многозначительно прищурился.

На этот раз Белл, казалось, была потрясена такой дерзостью.

– Вы не посмеете. Я вам не нравлюсь, и вы не раз мне это говорили.