Бывшая жена - Дана Алексеева

– Далеко спешишь? – преграждаю Лизе путь и воинственно смотрю на неё.

Она как всегда при параде. Яркая и броская даже в этот пасмурный день.

– А тебе какое дело, Котова? – смеряет меня презрительным взглядом, дуя губы.

– Ну, тебе ведь есть до меня дело, не так ли? Никаких денег и сил не жалко, чтобы испортить мне жизнь.

– Пф-ф, нужна ты мне больно, – встряхивает копной светлых волос. – Живи тихонько своей убогой жизнью …

– Интересно получается… А чего такой, как ты, завидовать моей убогой тихой жизни?

– Чего?

Не понимаю женских драк, но я хорошенько бы ей врезала сейчас. Они с Прохоровым – два сапога пара. «Кого? Чего? Когда?» – строят из себя умственно отсталых, когда сами до ужаса хитрые и расчётливые.

– Когда ты отстанешь уже от нас, вот что!

Именно от «нас». Для Лизы я неразрывно связана с Артёмом, и так было всегда.

– Ты мне не нужна, я лишь пекусь насчёт Артёма. Он мой муж, ясно?

– Он не любит тебя, Лиза, и ты это знаешь!

– А кого он любит? Тебя? – смотрит на меня, как на убогую. Спустя пять лет ничего не изменилось. То же презрение и та же зависть с её стороны.

– Ты знаешь ответ на этот вопрос. С того самого момента, как мы начали с ним встречаться, но ты всё равно, как дура, бегала за ним, добиваясь хоть какого-то внимания… Где твоя гордость, Лиза? Вот он ушёл от тебя, а ты опускаешься до низких поступков, чтобы вернуть его… Вернуть того, кто никогда тебя не полюбит и не оценит такие старания.

– Это ты во всём виновата! – её милое личико искривляется в злобе. – Не было б тебя, у нас было бы всё хорошо. Мы со школы были вместе, и ничего… Припёрлась тут, деревенщина, и начала жопой крутить!

– Да у меня и жопы-то нет, чтоб ею крутить… – усмехаюсь. – Признайся хоть сейчас, что соврала и подстроила тот план с изменой, чтобы мы расстались. Ты даже не представляешь, что я пережила, Лиза.

– Плевать я хотела!

– Мне жаль тебя… Чисто по-человечески.

– Себя пожалей! – бесится она, плюясь обвинениями. – Всю жизнь мне испортила, сучка ты, Аня! Я же люблю Артёма, а тебе он не нужен!

Одно и то же. Пластинка, которую заклинило… Мне смешно. И она совершенно ничего не понимает, видя только себя и свои желания.

– Ты как вредная девочка-жадина, Лиза. Артём ведь не игрушка и не твоя собственность, чтобы так говорить.

– Ой, у меня в ушах уже звенит от твоего жужжания… – фыркает блондинка.

– Так иди, лечись! – киваю на торчащую неподалеку верхушку больницы. – И оставь нас в покое. Хватит, Лиза… Эффект бумеранга ведь никто не отменял. Почувствуешь, как это больно бывает, никакие папины деньги не помогут.

– Пошла ты…

– И ты. Далеко. И не возвращайся, умоляю.

Она показывает мне средний палец на прощанье и разворачивается на высоких каблуках. Походкой от бедра отчеканивает шаг, и вскоре её точенная фигурка скрывается за поворотом.

Когда-нибудь до неё дойдёт… Она перебесится. С возрастом. По крайней мере, я очень на это надеюсь.

На парковку заезжает машина Артёма. Я быстро заскакиваю в салон и сразу пристёгиваюсь. Моя прыткость удивляет Артема, он переживает:

– Как всё прошло?

– М-м-м… Я увольняюсь.

– Вот как, – его брови подпрыгивают. – Ну, и правильно…

– И переезжаю к тебе.

– А вот это – отличная новость, – слышу радостные нотки в его голосе. – Тогда погнали.

Артём нажимает на газ, и колёса машины с визгом срываются с места.