Я (не) убегу от тебя - Дарья Мариенко

Спустя 3 года

Кирилл

— Папа, — дочка радостно влетает в объятия Кирилла. Он бывает дома не так часто как хотелось бы, а потому каждое мгновенье маленькая Маша старается быть рядом и даже свою маму подпускает к папе неохотно. Маленькая ревнивица.

— Привет, пусеныш, — подхватывает он её на руки и подбрасывает вверх, под счастливый визг ребёнка.

Сейчас глядя на свою кроху, он с ужасом думал, что ее могло не быть. Если бы не вернулся обратно в Угольск, если бы не встретил Лину, если бы она не смогла отстоять свое право дать жизнь… Ей это далось нелегко, почти весь второй и третий триместр беременности провела на сохранении, но не жаловалась, понимала для чего все это.

А конце концов до положенного срока доносить не получилось, для почек нагрузка была уже критична, и как только врач дал добро на проведения кесарева без серьезного риска для ребёнка, на свет появилась Маша.

Ох и дала им жару эта мелочь, характер стал очевиден в первые недели. Впрочем, сейчас он тоже никуда не делся. В свои два года она была хоть и своенравной, но умной и ласковой девочкой.

— Ну вот, — из-за угла выглядывает Лина, — сейчас опять перед сном перевозбудится. Сам укладывать будешь, — ворчит, хоть улыбку спрятать и не получается. Очень уж шкодно смотрится большой и серьёзный Кир в строгом костюме с весящей на нем обезьянкой.

— Ох, женщины, — демонстративно закатывает глаза брюнет, но, тем не менее, возвращает ребёнка на пол, после чего подходит и притягивает Ангелину для поцелуя.

Маша недовольная тем, что внимание обожаемого папочки переключилось на кого то, втискивается между ними.

— Папа! — слышится требовательное, и Кир послушно идёт за дочерью. Маше обязательно надо показать какой она дом из лего сегодня построила.

После ужина, Лина ушла укладывать дочку спать, а Кирилл сел еще немного поработать.

Его дядя скончался от болезни полгода назад, до последнего скрывал от немногочисленных родственников и партнёров, что болел шесть лет. И именно поэтому искал приемника, но последний год его состояние стало очевидным.

Киру пришлось отстаивать свое право быть наследником его империи. И если с легальной частью бизнеса все было официально, а потому проще, то с теневой стороной пришлось доказывать всеми способами. Это было быстро и… кроваво. Но если дать слабину, сожрут. А он не мог этого допустить, за ним семья. Его жена, дочь, сестра, бабушка с дедушкой.

Он оградил своих близких от этой части его жизни и сделает все, чтобы грязь их не коснулись. А за свои грехи ответит сам.

Конечно, Лина не дура и обо всем догадывается, но принимает его позицию, оставлять работу за дверями дома. По крайне мере ту ее часть, где надо быть не человеком, а зверем среди других зверей.

Лина же вернулась к своему любимому делу — фотографии. Правда, сейчас это хобби, в деньгах они не нуждаются. Но если она решит вновь выйти на прежний уровень, Кир ей хоть сто выставок в самых лучших галереях Москвы и Питера организует. Радовать свою любимую жену ему самому в радость.

Геля иногда ревновала, ведь с новым статусом вокруг крутилась множество девок, самых тюнингованных и готовых на все, а Кир лишь посмеивался, ведь ни одна из них даже близко не могла сравнится с Линой, а он не идиот, чтобы разменять свою семью на сомнительное одноразовое удовольствие. А учитывая, с каким трудом она ему досталась, и подавно. Сокольский до сих пор считается пропавшим без вести, так и останется.

— Работаешь? — уставшим голосом спрашивает Геля, заходя в спальню. Да, с их егозой не просто, но Лина пользуется услугами няни только в крайних случаях.

— Уже нет, — с ухмылкой отвечает он. — Иди ко мне, — с хрипотцой зовёт Кир.

Его заводит вот такая домашняя, уютная жена, куда больше чем боевая раскраска и самые дорогие наряды. Сейчас, Лина настоящая, естественная. Его.

Кир притягивает в объятьях и глубоко целует, пробираясь ладонью под футболку, сжимая грудь и лаская соски.

Геля выгибается на встречу, все такая же отзывчивая и желанная.

Кирилл стягивает одежду, одновременно покусывая и целуя, ключицы, живот, бедра.

Скользит пальцами по складочкам, и кружит по клитору, не настолько сильно, чтобы дать разрядку, но достаточно, чтобы довести до грани.

— Кир, — стонет Лина, и в этом стоне кроется просьба большего.

Он уже и сам не может терпеть и врывается в лоно, наполняя собой, начинает двигаться, сначала медленно, а потом наращивая темп, вколачиваясь в прекрасное тело жены, пока не чувствует как ему в плечи впиваются ногти, а стенки сокращаются вокруг члена. Ещё пару движений и Кир кончает следом.

Ещё несколько минут, они просто лежат рядом, наслаждаясь негой.

— Знаешь, — тихо говорит Лина, — я благодарна Дмитрию.

— За что? — нахмурился Кир, все расслабление как рукой сняло. Имя этого мужчины в устах любимой женщины напрягало.

— Я убежала от него и нашла тебя.

— Ты счастлива?

— Очень.

— И я, злюка. Главное, от меня не беги.

— Я не убегу от тебя. Обещаю.