Что я без тебя... - Джудит Макнот

— Но дуэль все же состоялась.

— И да, и нет. Стивен выстрелил в воздух, тем самым принесяизвинения лорду. После чего дал старику сатисфакцию, на которую тот имел право.Отец Эмили тотчас же отправил ее в Испанию, где она оставалась более года, покане умер лорд Лэтроп. Домой она вернулась совсем другой, стала еще красивее, ноуже не была такой своевольной и высокомерной. — Уитни уже собиралась объяснить,зачем она это все рассказала, но ей пришлось ответить Шерри еще на один вопрос:

— Они встречались после ее возвращения?

— Да. Сразу после того как Стивен унаследовал свои титулы. Ичто самое странное или же, наоборот, вполне объяснимое, поскольку прошло многовремени, так это то, что отец Эмили вдруг нанес визит Стивену и сказал, чтоЭмили по-прежнему любит его. Возможно, так оно и было, но любовь ее казаласьвесьма своеобразной и эгоистичной. Стивен согласился встретиться с Эмили, истарик ушел довольный и счастливый, надеясь, что его дочь скоро станет графинейЛэнгфорд. На следующей неделе Стивена навестила сама Эмили, признавшаяся вовсем — и в эгоизме, и в обмане. Она умоляла простить ее и дать ей шансдоказать, что она и вправду любит его и что стала теперь совсем другой.

Стивен обещал подумать. Но уже на следующий день ее отец какбы случайно вновь нанес ему визит и заговорил о брачном Договоре. Стивен обещалподготовить договор, и лорду оставалось лишь удивляться тому, какой Стивеннезлопамятный и добрый.

— И он собирался жениться на ней после того, что онасделала? — вырвалось у девушки. — Не могу в это поверить! Не иначе, как онспятил. — Тут она спохватилась, сообразив, что в ней говорит не толькосправедливый гнев, но и ревность. — Ну и чем все это кончилось? — немногоуспокоившись, спросила девушка.

— Как и договорились, Эмили явилась вместе с отцом, и Стивенвручил им бумагу. Но это не был брачный договор.

— А что же это было?

— Список возможных претендентов на руку Эмили, составленныйСтивеном. Все титулованные, не моложе шестидесяти и не старше девяноста двухлет. Это было не просто преднамеренное оскорбление, но еще и издевательство,поскольку Стивен передал Эмили бумагу с таким видом, словно вручал ей брачныйдоговор.

Шерри попыталась переварить полученную информацию, а потомсказала:

— Он не очень-то великодушен, не правда ли? Тем более что,как вы говорили, она вела себя так же, как и другие замужние леди.

— Не в этом дело. Стивен не мог ей простить, что она пособственному желанию вышла за Лэтропа, ради его титула, не мог ей проститьложь, а главное — что из-за нее он едва не убил на дуэли ее мужа.Проанализируйте все, что услышали от меня, и поймете, почему он пересталдоверять женщинам, и тогда, возможно, его намерение дать вам право выборабудущего мужа перестанет вам казаться столь несправедливым и жестоким. Не стануутверждать, что он прав, — добавила Уитни, почувствовав угрызения совести из-затого, что не была до конца искренна с этой наивной девушкой, — потому что неуверена в этом. Но мое мнение не имеет значения. Я лишь прошу… советую вамприслушаться к своему сердцу и принять решение с учетом того, о чем я вамрассказала. И не только это! Есть еще одна вещь, которая может сыграть роль ввашем решении.

— Что вы имеете в виду?

— Мы с мужем ни разу не видели, чтобы Стивен смотрел накакую-нибудь женщину с такой нежностью и теплотой, как на вас. Он весьпрямо-таки светится.

Считая свою миссию выполненной, Уитни подошла к софе заридикюлем. Поднялась и Шерри.

— Вы были очень добры, ваша светлость, — сказала она вполнеискренне.

— Пожалуйста, зовите меня Уитни, — попросила герцогиня, беряридикюль, и, улыбнувшись, добавила:

— И ради Бога, не говорите, что я добрая, иначе мне придетсяпризнаться в собственном эгоизме. Ведь я просто мечтаю, чтобы вы стали членомнашей семьи.

— В чем же ваш эгоизм?

Повернувшись к Шерри, герцогиня ласково ответила:

— Думаю, впервые у меня появился счастливый шанс обзавестисьтакой замечательной сестренкой, как вы!

Шерри была просто потрясена и этими словами, и ласковойулыбкой Уитни. Ее отчужденность и подозрительность исчезли без следа.

Обе улыбнулись, крепко пожав друг другу руки, и долго их неразнимали. А потом обнялись. Шерри уже не помнила, кто первый раскрыл объятия,ей казалось, что она, но это не имело никакого значения. Столь неожиданноепроявление дружеских чувств вызвало у женщин робкую улыбку. Ведь они были едвазнакомы и по крайней мере еще год должны были бы называть друг друга «миссЛанкастер»и «ваша светлость». Герцогиня с минуту молча стояла, слегка улыбаясьи качая головой, скорее растерянная, чем радостная.

— Вы очень, очень мне нравитесь, — просто сказала она и,взмахнув модной юбкой вишневого цвета, исчезла за дверью.

Но через минуту снова заглянула в комнату.

— Кстати, матери Стивена вы тоже по душе, — сказала она сулыбкой. — Мы еще увидимся. За ужином.

— Это чудесно! Уитни кивнула.

— Сейчас спущусь вниз и постараюсь убедить Стивена, что идеявместе поужинать его, а не наша.

Шерри прошла к окну, выходящему на Аппер-Брук-стрит, и,скрестив на груди руки, стала рассеянно смотреть, как выходили из карет ипрогуливались по улице модно одетые мужчины и женщины, наслаждавшиесязамечательным вечером.

Она прокручивала в голове все, что услышала от герцогини,стараясь осмыслить каждый факт и взглянуть на графа другими глазами. Онапредставляла себе, как он страдал, узнав, что нужен был не он сам, а его титули богатства. Он не терпел притворства и лести, а значит, был чужд хвастовства итщеславия.

Он хранил верность и постоянство и не отказал в дружбелюбимой женщине даже после того, как она вышла замуж за другого. Он рисковалсобственной жизнью во время дуэли… разве это не верх благородства?

А эта Эмили Лэтроп использовала его, обманула и предала. Итеперь он хочет быть уверенным, что не совершит больше ошибки при выборе жены.Это вполне естественно.

Рассеянно потирая плечи, Шерри наблюдала за экипажем свысокими козлами, который мчался по улице, распугивая прохожих, и размышляла отом, как Стивен отомстил женщине, которую когда-то любил.

Да, он был чужд хвастовства и тщеславия…

Но он не прощал обид.

Она медленно подошла к столику, взяла утреннюю газету истала машинально листать, стараясь не думать об одной горькой для нее истине:ей ни разу не пришлось убедиться в том, что он питал к ней хоть какие-нибудьчувства.