Салочки. Я тебя догнал - Зоя Анишкина

А мне даже защищаться нечем! Даже вилки не оставили, забрав абсолютно все. Внутри заплясали отголоски паники. Они усилились вместе со звуками за дверью.

В итоге стала метаться по комнате, гадая, что мне делать. Уйти не могу, спрятаться негде, защищаться нечем. Если этот урод вздумает что со мной сделать, то я практически беззащитна.

Шум совсем скоро стал таким сильным, словно к двери подлетела целая рота. Я даже дышать боялась, особенно когда в замке стал поворачиваться ключ.

Что бы там меня ни ждало, я буду бороться до конца! Что бы ни случилось… Замок щелкнул, и дверь медленно открылась. Кто бы за ней ни стоял, я постараюсь быть готовой.

Глава 29. Олег

– Олег, стой! Да остановись ты, мать твою!

Сзади меня за одежду схватил Марк. От резкости чуть не упал. Но вырвался и хотел было бежать дальше, как был буквально повален на землю.

– Подожди. Ты тут явно ничем не поможешь, а дров наломать можешь. Тем более я думаю, что их здесь нет. Очнись, охрана почти вся уложена.

Остановился и посмотрел на друга. Его черные глаза горели беспокойством, в руке блестел пистолет. А я вот свой даже не успел взвести. Как увидел эту гору трупов, так сразу же пошел вперед.

Но Марк умеет приводить в чувство. Кивнул ему, переводя дух и доставая свое оружие. Надо быть начеку. Потому что совершенно непонятно, что здесь произошло.

Хотел спросить, почему он считает, что их здесь нет. Откуда такая догадка? Пока я видел лишь признаки разборки. Междоусобной. Как правило, в таких никого в живых не оставляют.

Прокурор заходил на огонек?

Руки затряслись, а перед глазами потемнело. Что за дерьмо здесь случилось и почему вокруг столько трупов? Осторожно опустился к одному и перевернул его.

На первый взгляд мужчина действительно был мертв. Но это только на первый. Приложил пальцы к его шее и удивленно отметил наличие пульса. Перешел к соседнему лежащему на земле человеку.

– Они живы, Марк, просто в отключке.

Тот как осторожный стрелок продвигался к дому. Не поворачивая головы, он негромко ответил:

– Знаю. У них грудь слегка вздымается у некоторых. Присмотрись.

Присмотрелся. И действительно. У многих мужчин едва заметно в сумерках поднималась грудная клетка. Определить это было непросто, но если знать, на что смотреть…

Как два спецназовца, тихо продвигались в дом. То и дело под ногами попадались люди. Они лежали в разных позах: кто-то привалившись к стене, кто-то плашмя.

Судя по всему, отец был помешан на безопасности. Здесь было такое количество охраны, что хватило бы и для президента. И большая часть валялась в отключке.

Сначала мы с Марком ступали очень осторожно, выглядывая из-за каждого угла, смотрели в оба, напряженно изучая обстановку. Но потом я понял, что дом пуст. Не считая людей под ногами.

Дал знак другу, и мы вместе направились первым делом в комнату, предназначенную для матери. Закуток, куда поместили Карину, располагался позади нее, туда было не попасть, не пройдя здесь.

Сердце билось как бешеное, а руки, сжимавшие пистолет, вспотели. Хотелось вытащить своих девочек отсюда, обнять мать и сжать сестру Марка в объятиях. Посмотреть в невероятные черные глаза.

Увидев распахнутую настежь дверь, не выдержал и буквально ввалился в комнату. Взгляд не сразу сфокусировался на обстановке. Вернее, на…

Застыл, а сзади послышались тихие шаги. Марк зашел и встал сзади. Друг тоже на секунду завис. Вместе мы переваривали увиденное.

– Это же то, что я думаю, верно?

Он указал пальцем на тело, опершееся на кровать. Я немного помолчал, осматривая его. Затем так же тихо ответил:

– Да. Это мой отец.

Наверное, я многое ожидал увидеть в этой комнате. Даже больше. Я был готов, что это может разбить мне сердце и порвать душу в клочья. Но, хвала небесам, матери здесь не оказалось.

Лишь человек, который много лет мучил меня, шантажируя жизнью самого дорогого человека. Мертвый, со спущенными штанами, с дыркой в затылке.

Вокруг валялись анальные пробки и прочая мерзость. Нет, я не против игрушек как таковых, но все должно быть по общему согласию. Без принуждения и тем более насилия. А здесь намечалось именно оно.

И я надеюсь, что его прервали в тот самый момент, когда он не успел ничего ей сделать. Но как понять, кто провернул это? Может… Резко развернулся и, не заботясь о звуках, пошел в комнату к Карине.

Конечно, я уже догадывался, что она может оказаться пустой. Но надежда умирала последней. И умерла.

Через пару минут я стоял перед все же пустой крохотной комнаткой, в которой не было никаких признаков жизни. Здесь же валялось еще одно бездыханное тело. Я даже не стал проверять, жив ли он.

Марк тоже осматривал помещение, а потом сказал:

– Я в будку. Посмотрю, может, что осталось от записей на серверах. Переваривай, и жду тебя. Не знаю, сколько эти проваляются без сознания. Судя по всему, мы не успели совсем немного.

Кивнул ему. Что бы здесь ни произошло, я отказывался верить, что с девочками что-то не так. Потому что такое мог запросто устроить прокурор. Но тогда какой смысл оставлять в живых всю охрану? И убивать одного-единственного человека…

Он мертв. Внезапно испытал такое облегчение, что внутри словно лопнула давно натянутая нить. Он больше не сможет сделать больно ни маме, ни Карине.

Этот урод получил по заслугам, и я жалел лишь о том, что не сам всадил ему пулю в лоб. А что касалось девочек…

Я уже догнал Карину дважды. Уверен, что и третий раз не за горами.

Глава 30. Карина

– Карина? Карина, это я, Агата.

Я ожидала увидеть за дверью кого угодно, но только не ее. Мелодичный голос слышался из коридора. Он дрожал, но звучал уверенно,