Странные игры - Джейн Энн Кренц

Много позднее, когда ужин был съеден, со стола убрано и тарелки составлены в старенькую моечную машину, Зоя принесла в гостиную два пузатых бокала бренди.

Итан снова был у телефона и разговаривал на этот раз с Синглтоном, за сегодняшний вечер это был его шестой звонок.

Водрузив бокалы на журнальный столик, Зоя внимательно изучила суровое, умное лицо мужа. Он был как будто весь в разговоре, но не глух к окружающему и говорил тем ровным и нейтральным тоном, который, как она уже успела понять, принимал в стадии предварительного расследования. Она называла это «охотой», потому что в Итане брала верх иная, более мужественная часть его «я». Впрочем, хищная энергия, которой он бурлил, находилась в железной узде.

Просто поразительно, как он был вынослив в преследовании добычи. Даже изнуренный, он не бросал погони, пока еще мог сделать хоть один шаг. Сама Зоя не претендовала на выносливость. К этому времени она едва держалась на ногах – и неудивительно, ведь ни одному из них так и не пришлось поспать в эту ночь, когда Гарри и Аркадия объявились у дверей. Но если она лишь изводилась беспокойством за подругу и размышлениями о том, как вписывается в общую картину Линдси Войл, Итан еще и действовал.

Возможно, как раз в этом он и нуждался. Изматывающая работа отвлекала от тягостных воспоминаний, от чисто ноябрьской хандры.

– Точно. Согласен. Если будет что-то новое, сразу звони. Положив трубку, Итан принялся делать записи в блокноте.

Только покончив с этим, он заметил на столике бренди.

– Спасибо!

– Пожалуйста. – Зоя уселась в свой угол дивана и по привычке свернулась калачиком. – Что-нибудь интересное?

– Объявился Лавочник. – Итан помолчал, сидя с опущенными между коленей руками, но на этот раз вертя в них бокал. – Говорит, нашел конкурента по созданию новых личностей, сильного, который вполне мог состряпать такую для Гранта Лоринга.

– По-моему, отличная новость. Зная, что у Гранта теперь новое имя, мы можем взяться за поиски.

– Взяться можем, но не обязательно найдем. Он мог не раз сменить имя за время поисков Аркадии – Бокал продолжал размеренное вращение, отливая янтарем в свете лампы. – И все же это хорошее начало.

– Тогда над чем ты так задумался?

– Над тем, что наши предпосылки могут быть и неверны. – Итан с усталым вздохом откинулся на спинку дивана. – Мы исходим из того, что за всем этим стоит Грант и что его цель – добраться до Аркадии. А если происходит что-то совсем другое?

– Но согласись, это наиболее вероятно.

– Как раз, поэтому не стоит забывать о других возможностях. – Не в силах оставаться в покое, он снова наклонился вперед и свесил руки с бокалом между коленей. – Трудно увязать столь реального и приземленного типа, как Грант Лоринг, с тем, на что ты наткнулась в библиотеке и в кабинете Аркадии.

Сердце Зои ухнуло, бокал в руках дрогнул, и она сочла за лучшее поставить его.

– Что у тебя на уме? Скажи прямо! По-твоему, мне все это почудилось?

– Начнем с того, что об этом думаешь ты сама. Ты совершенно уверена, что это не игра воображения?

– Совершенно, – сказала Зоя сквозь зубы.

– Тогда и у меня нет причин так думать, потому что я доверяю твоим суждениям. Суждениям и… м-м… интуиции.

Зоя промолчала. Она была слишком утомлена, чтобы затевать спор о парапсихологии и о своих сверхъестественных способностях. Им хватало проблем и без этого.

Молчание длилось довольно долго. Они потягивали бренди, позволяя тишине углубляться, сгущаться вокруг. В поисках более безопасной темы Зоя вспомнила разговор, прерванный Робин Дункан.

– Я все-таки не могу взять в толк, как мог Нельсон Раднор обратиться к тебе насчет слежки за женой. У него же целый полк подневольных сыщиков!

– Он сказал, что не желает давать повод для сплетен, и тут я его вполне понимаю.

– Да, я не подумала. Наверняка это ужасно, когда подчиненные судачат о твоих семейных неурядицах. – Она вздохнула. – Какая неприятная штука эти дела об измене… Как может муж обращаться к постороннему, чтобы подтвердить или опровергнуть свои подозрения? А уж если он знает толк в расследованиях, вообще непонятно. Мог бы сам за это взяться, и не пришлось бы посвящать других в личные дела.