За гранью - Светлана Литовкина

— Марина! — услышала я. — Очнись! Боже мой, прости… Я тебя напугала… Прости…

— Что… Что с ним? Он… Ник…

— Пол часа назад… он проснулся…

Я уставилась на нее, еще не в силах осознать происходящее. А потом, не пытаясь подняться на ноги, перевернулась на четвереньки и со всей скоростью, на которую была способна, поползла к входной двери.

— Ты куда, Марина? — удивилась Роми.

— К нему! — воскликнула я, яростно сопя и сосредоточенно передвигая конечности.

— Подожди! — воскликнула Роми, натягивая на пижаму первую попавшуюся кофту и направляясь в мою сторону. — Садись в кресло. Так все же быстрее!

Персонал больницы, работающий в ночную смену, с трудом сдерживал смех, когда мы ввалились внутрь. Только поймав наше отражение в зеркальной стене холла, я поняла причину их улыбок. Роми, в кофте наизнанку, застегнутой наперекос и надетой поверх пижамы, везла в кресле меня, обутую в один кроссовок, с прической, больше напоминающей сейчас воронье гнездо.

Оставалось надеяться, что Ник, увидев нашу команду не примет решение уснуть повторно.

Персонал, встретившись с нами в коридоре, отпрыгивал в разные стороны, рискуя быть сбитым с ног моим громоздким креслом.

Мы добрались до нужной двери, когда она распахнулась перед нами и из нее, ожесточенно жестикулируя и перешептываясь, в коридор вышли несколько человек. Увидев Роми они на секунду смолкли, а потом заговорили все одновременно, сея непонятными мне медицинскими терминами.

— Иди! — произнесла Роми, с трудом переводя дыхание, и подталкивая мое кресло ближе к входу в палату.

— А Вы?

— Я потом, — она ободряюще похлопала меня по плечу. — Зайду чуть позже.

— Хорошо, — прошептала я, чувствуя, как меня вновь начинает пробивать нервная дрожь.

— Мы не будем мешать, — вся группа врачей направилась куда-то, оставив меня одну. Я замерла перед открытой дверью, пытаясь немного успокоиться. Руки покрылись гусиной кожей от страха, ледяные мурашки пробежали по спине. Пригладив дрожащими ладонями всколоченные волосы, я неуклюже выбралась из кресла и сделала шаг вперед.

На меня смотрели знакомые насмешливые глаза. Сразу бросило в жар, словно кто-то вылил сверху ведро кипятка.

— Ник, — прошептала я, чувствуя, как перехватило дыхание. Сердце заколотилось, пытаясь выломать все ребра.

— Добрый день, — тихо поздоровался он, и у меня похолодело сердце.

— Ты не узнаешь меня? — я подошла к его кровати, с трудом переставляя трясущиеся ноги, и присела на краешек стула.

— А должен?

В сердце вонзилась ржавая игла, заставив его заныть от боли. Он меня не знает… Не знает и не помнит…

— Нет, — я опустила голову, пытаясь справиться с непрошенными слезами. — Нет, не должен.

— Мы встречались раньше?

Я покачала головой. Рассказывать ему о своих видениях было, по меньшей мере, странно.

В палате наступила напряженная тишина, я не знала, что делать дальше. Рассказать ему свой сон? Настаивать, что я его жена? Глупо. Глупо и безнадежно…

Я сжала дрожащие руки в кулаки.

— Вы не с острова, — тихо произнес он, — Значит, приехали откуда-то издалека. Но я действительно не знаю Вас. Никогда раньше не видел.

— Я понимаю, — с трудом прошептала я. — Наверное, мне лучше уйти.

— Да, — согласился он, — так будет лучше.

Я молча кивнула, медленно поднимаясь и, ничего не разбирая перед собой, направилась к выходу. Слезы застилали глаза. Я потеряла его. Снова… И теперь уже навсегда.

Неожиданно запнувшись за ножку кровати, я с грохотом рухнула на пол, сильно ударившись коленями.

— Не ушиблась? — раздалось сзади.

Я покачала головой. Вместе с болью на меня вдруг обрушилось отчаяние. Затопило холодом, придавило сверху, не давая пошевелиться. Я внезапно осознала, насколько устала… Устала искать его, ждать, надеяться на чудо и разочаровываться.

К черту все! Не могу больше! Сейчас я поднимусь, выйду отсюда и направлюсь подальше от этого проклятого острова. Вернусь домой и…

Дальше я ничего не придумала, потому, что сама мысль о возвращении в свой город показалась такой ужасающей, что я закрыла лицо ладонями и горько заплакала.

Ник неуклюже поднялся, пытаясь спуститься с кровати и, запутавшись в одеяле, внезапно рухнул рядом со мной.

— Прости, — тихо сказал он, придвинувшись ближе и обняв меня. — Прости, пожалуйста… Хотел немного поломать комедию, но не подумал, что ты так расстроишься…

Я замерла, не в силах поверить в происходящее.

— Ты… ты все помнишь? — хрипло прошептала я.

— Неужели ты и вправду подумала, что я мог забыть тебя? — произнес он, притягивая меня к себе.

— Скажи мое имя, — дрожащим голосом попросила я, вытирая слезы. — Скажи его! Прямо сейчас!

— Елена, с тобой все в порядке? — Ник нахмурил брови. — С чего такие вопросы?

Я обняла его за шею и закрыла глаза. Это мой Ник. Мой… А с именами мы разберемся позже…

***

— Все-таки в жизни случаются странные вещи, — заметила Роми, — Объяснить которые невозможно.

Я смотрела на заходящее солнце, задумчиво провожая его взглядом. Маленькое пляжное кафе было забито людьми. Вечер. Завтра выходной. Можно никуда не торопиться.

— Что вы собираетесь делать? — поинтересовалась она.

— Все по старому сценарию, — засмеялся Ник. — Снова придется эту особу уговаривать выйти за меня. Мне, признаться, как-то не по себе, что моя жена вдруг снова стала свободной женщиной.

— Опять поедем в ту же маленькую церковь? — спросила я.

— Если хочешь, — Ник обнял меня за плечи.

— Хочу, — я закивала головой. — И еще нужно познакомиться с Бэт. Надеюсь, мы подружимся.

— Даже не сомневаюсь, — ухмыльнулся Ник.

— Наконец-то ты будешь жить под солнцем, — улыбнулась Роми.

— Ученые, у которых есть семья, не работают под водой, — объяснила она, видя мой непонимающий взгляд.

— Я это переживу, — он поцеловал меня в щеку.

— Не будешь скучать по морю?

— Конечно буду! — тихо произнес он. — Но море меня больше не интересует. Я ведь уже нашел свою русалку.