Непокорная для дракона - Юлия Юг

— … и он мне клятву не причинения вреда давал.

Вроде бы мои слова подействовали и многие из тех, кто находился в кабинете, взглянули на меня несколько иными глазами, более уважительно. Но только не тот тип, что изначально вёл себя хамовато. Именно он и заявил:

— Только вот нам всем это оборотень таких клятв не давал! И не факт, что он своих пантер за собой не привёл. Предлагаю не вести с золотыми никаких переговоров. А ещё лучше — под видом переговоров заманить главу золотых в ловушку. И убить!

«Вот, урод!», мысленно содрогнулась я, и поняла, что очень переживаю за Алекса. Во мне все буквально взбунтовалось от такого гадкого предложения этого дракона! Оставалось уповать на благоразумие отца. Он ведь знает, какие мотивы движут золотыми. Хорошо, что я вовремя его предупредила! И папа меня не подвёл.

— Так. Хорошо. А теперь слушаем мой приказ. Мне поступила информация, что среди нас предатель. Так вот, приказываю Лютриция и его сыновей сейчас же посадить по арест до выяснения всех обстоятельств.

— Что? МЕНЯ? — Истерично завопил тот самый провокатор.

А что, с учётом его предложений, он вполне может быть тем самым предателем-подстрекателем. К нему тут же полетел безопасник, который на ходу крикнул "стража" и тут же из дверей выскочил ещё два воина. Очень оперативно. Втроём они скрутили дракона, который вперемешку с ругательствами крикнул моему отцу:

— Давно мне говорили тебя кончать! Ты ещё за это заплатишь!

То есть, не осознавая того, он сам подтвердил обоснованность обвинений в его адрес. Ничего и доказывать не пришлось. Остаётся надеяться, что язык у него развяжется, и он расскажет подробнее, кто его убеждал убить Владмирона.

Все другие драконы стояли в шоке от произошедшего. Такого расклада событий ещё никто не ожидал.

— Что с золотыми будем делать? Воевать? — робко спросил один из присутствующих, после того, как предателя увели под конвоем.

— Войны не будет, — твердо произнёс отец. — Уверен, что мы сможем договориться, но на всякий случай пусть все будут в боевой готовности.

Как раз в этот момент в кабинет вошёл безопасник, который ранее увёл отсюда Лютриция, и Владмирон распорядился:

— Приглашай главу золотых ко мне на аудиенцию.

— Разрешите уточнить, он просился на встречу вместе с оборотнем. Оборотня тоже приглашать?

— И оборотня приглашай.

— Слушаюсь!

— Только их двоих. Никого больше! — предупредил отец.

— Понял!

— В таком случае, до результата переговоров все свободны. — распорядился Владмирон.

В кабинете мы остались втроём и отец сказал:

— Ох, и шустрый же этот Алекс, своего не упустит!

По интонации отца я не поняла: он сердится или восхищается Алексом? Поэтому решила уточнить:

— Это плохо? — уточнила я.

— Хм, я сам был таким когда — то. Ты мне другое, лучше, скажи. Он пришёл за тобой и без тебя не уйдёт, даже если придётся воевать… Что будем делать?

Что делать?! Ой, мамочки! Возвращаться я в их клан совершенно не хочу, мне в клане чёрных хорошо. Но эта наша парная связь, от которой даже при одном упоминании об Алексе у меня уже начинают твердеть соски… Эта ненормальная тяга… Она ведь просто так не пройдёт! Да и если я добровольно с ним не пойду, вдруг он правда войну затеет?

— Ты считаешь, что если я с ним не пойду, то начнется война?

— Уверен. Я сам за своей истинной бы войной пошёл, — уверенным тоном ответил Владмирон.

А вот это уже серьёзно. Подставлять кого-то на гибель из-за меня я не хочу! Что же делать? Соглашаться на то, чтобы Алекс меня забрал у себе?

— Папа, а ты можешь выдвинуть ему условие. И сказать, что отдашь меня, только если Алекс его выполнит?

— Какое?

— Что наш свадебный обряд если, конечно, он намерен женится, будет без связывания душ… Ну, ты понимаешь, о чем я…

— Что значит «если намерен женится»? Ещё как жениться! А насчёт твоего условия — понимаю. И восхищаюсь твоей дальновидностью. Хорошо. Мы так и поступим…

— Это не моя идея, а бабушки. Кстати, а нельзя, чтобы она поехала и жила там со мной?

На мой вопрос отец прыснул смехом.

— Что? — обидчиво уточнила у него я, так как не понятно было от чего он смеется.

— Ты рассуждаешь, как истинная дочь главы клана. Ты точно не выдумала историю про другой мир? Уж слишком на меня в молодости похожа. Мне тоже нужно было всего и сразу.

— Так что скажешь: бабушка может поехать со мной в клан золотых?

— Давай не будем злить твоего истинного условиями. Мы с бабушкой, итак, обязательно будем присутствовать на вашей брачной церемонии.

После этих слов отец удалился из кабинета, а мы с Литорицией остались ждать.

Мне показалось, что прошла целая вечность, с тех пор как отец ушёл на переговоры. Никаких вестей! Я уже более часа хожу из угла в угол, ожидая, что будет дальше. Но само ожидание убивает сильнее. Наконец дверь кабинета отворилась, и дворецкий церемонно произнёс:

— Марина, Ваш отец приглашает Вас в зал переговоров.

Моё сердце сделало кульбит. Но, подняв высоко голову, я кивнула слуге, давая понять, чтобы вёл меня в этот зал.

После того как створки дверей зала переговоров были открыты, и я сделала несколько шагов внутрь помещения, мне в глаза бросились три фигуры. Мой отец, Рон и Алекс. Алекс явно был на взводе. А я поймала себя на мысли, что до сих пор мне легко удаётся считывать его эмоции, в отличие от других окружающих. Выходит, что это из-за нашей парности мне подобное удаётся, а не из-за магии, как я подумала ранее.

Он впился в меня взглядом, по-новому исследуя и изучая. А ведь в девичьем обличии он меня ещё ни разу и не видел! Интересно, что он думает обо мне и моей внешности? Нравлюсь ли я ему такая? Или парная связь заставляет принять женщину любой внешности, даже самую страшную?

— Дочь, — произнёс отец, подходя ко мне и взял меня за руку.

В этот момент я увидела, как сильно покоробило это Алекса. И, хотя он продолжал стоять на мете, по его реакции видно, что прикосновения ко мне отца вызывают агрессию в золотом драконе и неимоверно его злят. Об этом свидетельствовали и сдвинутые к переносице брови, и раздувающиеся ноздри, и очень плотно сжатые губы Алекса.

— Этот дракон утверждает, что он твоя пара и хочет, чтобы ты поехала с ним. Подтверждаешь ли ты его слова, и согласна с ним уехать?

Папа, итак, знает мой ответ. Зачем он спрашивает? Я замялась