Эпохи Айры. Книга первая - Аксинья Лукриянова

До ночи Цефея и ее секретарь разбирали обращения из зеленого сундука. Лагман поделился с Цефеей системой работы, которую использовал Мааль в своей работе, рассказал особенности ответов на некоторые письма. Хранящая, взяв большой черный журнал, принялась делать важные заметки, но Лагман покачал головой:

— Все очень просто, сирра. Постарайтесь понять эту систему у тогда вам не придется ничего записывать за мной и каждый раз обращаться к этим отметкам. Завтра утром будут слушания в Ратуше, вот расписание всех дел. Вам следует выспаться. Постарайтесь по каждому слушанию помнить основную суть обращения. Прочтите завтра утром еще раз обращения по ним. Если будет необходимость — вы всегда можете объявить перерыв и обратиться ко мне за разъяснениями.

— Благодарю вас. — Искренне произнесла Цефея, запирая сундучок.

Хранящая вышла из кабинета. Рубин к тому часу уже ушел, на кухне находился Бриан, который что-то готовил Цефее на завтрак.

— Сирра Рубин просил передать вам, что завтра в обед он зайдет за вами в Ратушу.

Хранящая открыла было рот, чтобы спросить, почему Бриан не предложил ему остаться, но, моментально осознав неоднозначность вопроса, замолчала.

— Сирра? — спросил Бриан, заметив секундное замешательство Хранящей.

— Все хорошо, Бриан. Спасибо. Я, пожалуй, пойду спать. Доброй ночи.

С этими словами она поднялась в свою спальню, задернула шторы, скинула платье и забралась под одеяло. Она лежала в постели и думала о том, как необычно чувство одиночества, которое неожиданно поселилось в ее душе и мыслях.

Пройдет не так много времени до того, как Цефея узнает, что Бриан действительно незаменимый помощник по дому. Он успевал совершать все запланированные дела и быстро находил нужных людей, которые помогали ему в содержании дома. Благодаря Бриану раз в неделю садовник являлся к дому Советника и приводил в порядок сад. Пожилой, угрюмый мужчина, не расточительный на слова, быстро и ловко подстригал кусты, чистил от сорняков клумбы и незаметно уходил.

Садовник Корос был единственным человеком, которого Бриан допустил к дому. Уборкой в доме занимался лично Бриан, наотрез отказавшись от найма горничной для помощи.

— Сирра, не поймите меня неправильно, но вы просили меня не распространяться о том, что я узнаю в стенах этого дома. В осторожности горничной я не могу быть абсолютно уверен. Корос, хотя бы, не имеет допуска в ваш дом. Если же у вас имеется конкретная кандидатура и вы доверяете ей — я не смею возражать, однако, нанимать служанку из артели я бы не рискнул. Заверяю, что с уборкой по дому я справлюсь сам, едва ваша готовится в городских кулинариях, или же мной лично… При таких условиях я не вижу нужды в горничной.

Особое отношение Бриана к своей службе у старейшины Вечного совета, заставляли мальчика защищать усадьбу подобно крепости. Однажды осмотрительность помощника Цефеи дошла до своего апогея и Бриан наотрез отказался пускать Энифа в дом, предложив ему посидеть на террасе или в беседке. Цефея, возвратившись из Ратуши, увидела смиренно сидящего под дверью тэлирского князя и крайне настороженного Бриана, стоящего у входной двери.

— Твой слуга не пустил меня даже в дом. — Заметил Эниф с легкой улыбкой.

— Он не слуга. — Улыбнулась Цефея, кивая Бриану. — Он мой помощник.

Очень скоро Цефея и Бриан выработали удобный механизм общей работы. Он привык к распорядку дня Цефеи, а Хранящая, в свою очередь, быстро привыкла к наличию рядом ассистента, готового выполнить любое поручение. Хранящая не раз отмечала аккуратность, с которой Бриан вел себя в присутствии посторонних. Он не позволял себе вмешиваться в разговоры и терпеливо дожидался паузы лишь для того, чтобы передать Цефее очередное срочное письмо из совета. Особую радость доставило Цефее то, что Бриан не бравировал своей службой. Золотой значок тысячелистника, который был приколот к вороту его куртки, давал понять каждому, что он состоит на службе Императорской канцелярии, но слухи вскоре дополнили пробелы в его службе и все понимали, что он служит самому Советнику Императора. Однако сам Бриан не заводил друзей и все чаще приносил Хранящей из города новости и слухи, которые могли быть для нее интересны.

Бриан старался радовать Хранящую даже самыми незначительными своими поступками. Раз в две недели он оставлял на кухонном столе папку с эскизами последних нарядов из ателье «Золотая игла». Обыкновенно Цефея просматривала их за завтраком и откладывала в сторону наиболее приглянувшиеся варианты. Позже эти костюмы доставляли ей для примерки на дом. Уже несколько позже Хранящая узнает, что эскизы были нарисованы по личной просьбе Бриана, который отметил про себя тот факт, что в гардеробе молодой женщины всего несколько платьев и одна амазонка. Кроме того, Бриан позаботился и о том, чтобы владелец книжной лавки составлял списки новых книг, который в дальнейшем ассистент также передавал Хранящей для выбора.

Все эти крохотные поступки сделали из простого четырнадцатилетнего изгнанника Сафира идеального помощника Бриана — личного служителя Советника Императора Сентория.

Глава четырнадцатая

Цефея явилась на заседание совета необычайно рано, застав двери Ратуши закрытыми. Дернув ручку пару раз, она подняла взгляд на золотые буквы, чьи витиеватые тэлирские буквы складывались в слова «Милосердие, рожденное мудростью». Прочтя их вслух Хранящая, опустилась на ступеньки и принялась ждать открытия Ратуши. Четверть часа Цефея оглядывала пустое Плато Далии, ловя последние мгновения утра и развлекая себя слежением за течением голосов. Первым ожидаемо пришел Лагман, который, коротко поздоровавшись со Старейшиной, достал из-за пазухи массивный резной ключ.

— Я прихожу на заседание к девяти, сирра. — Сказал он, протягивая Цефее руку и помогая ей подняться со ступеней. — Все обыкновенно собираются к полудню. Конечно, сегодня они придут на час раньше, поскольку должны будут дать вам клятву верности перед началом заседаний.

— Спасибо, Лагман. — Ответила Хранящая, проходя в сумрачный зал Ратуши. — Впредь я постараюсь не приходить настолько рано. Не учла время. Возможно, была слишком занята размышлениями о предстоящих слушаниях.

Лагман прошел к своему столу, стоящему слева от возвышения, на котором обычно находились мудрецы совета. Хранящая неспешно пересекла зал и остановилась напротив стола, за которым еще недавно восседал Мааль и его верные советники. В столь ранний час стол был пуст. Оглядывая его, Цефея ощутила холодок, пробежавший по ее телу. Девушке вдруг показалось, что она смотрит на мир будущего и этот стол опустел по причине каких-то событий, частью которых была избранница Рагнарека. Свет ровными лучами пронизывал тающий сумрак зала, падая на полированные плиты сверкающего пола четко очерченными линиями света. Стояла