Долг чести. Возьму тебя в жены - Валерия Иванова

— Привет! Как ты, Зарина?

— Я хорошо, вы как?

— Мы нормально. Алия спит, а мы сидим ждём, когда тесто поднимется для пирожков, бабушка обещала научить готовить.

Сердце полоснуло болью и настороженностью. Почему я никогда не слышала о «бабушке и дедушке»? Назие не рассказывала о своих родителях. Какие они?

— К вам хорошо относятся?— спросила я серьёзно.

— Очень,— ответила Амина.— Мама рассказывала о ба и деде, но так, чтоб отец не слышал. Здесь хорошо! Приезжай к нам!

Я улыбнулась им, а самой хотелось выть от безысходности. Конечно, я бы хотела быть с ними рядом. Девочки наперебой рассказывали, как им хорошо там. А я не решалась спросить ничего лишнего. Они заслужили счастье. Наверное, им будет лучше там, чем со мной. Им нужна стабильность, а я её предоставить не могу…

Мы долго болтали с девчонками, я узнала всё, что хотела, и самое главное — они в безопасности. Но насчёт этого я и не сомневалась. Амирхан хоть и поступил ужасно, но я была уверена, что за девочками будут следить 24/7.

После разговора с ними мне так легко на душе стало. Я оделась и спустилась вниз для позднего, очень позднего завтрака. На кухне я сделала себе бутерброд и сварила кофе. Тимерлана нигде не было, наверное, сегодня решил не приходить. Мне было так скучно, что я пошла бродить по дому. Стыдно признать, что столько времени здесь живу, а ещё ни разу не обошла дом от и до. Но мне почему-то не хотелось. Я чувствовала себя здесь… Лишней. Мне казалось, что сама аура пропитана бывшей женой Амирхана. Я на сто процентов уверена, что это она всё выбирала, потому что здесь нет ничего от Абрамова. Всё обставлено красиво, со вкусом, но так по-чужому.

Я плюнула на это дело и решила выйти в сад. Там мне нравилось проводить время больше всего. Спустилась на первый этаж, и мне навстречу вышел управляющий.

— Сулейман, а Амирхан давно уехал?— спросила я.

— Он никуда не уезжал сегодня. Работает в кабинете,— ответил мужчина.

Сердце пропустило удар.

— Спасибо.

Ноги сами принесли меня к кабинету супруга. Я не хотела сюда идти… Но я же должна его поблагодарить, правда? Посмотрела вниз на свою одежду и скривилась. На мне было обычное хлопковое платье с объёмными рукавами и длиной выше колен, и я была босая. Если честно, я боялась заходить к нему. Я не знаю, что происходит между нами и что будет дальше… Понятно, что как раньше уже не будет. Амирхан изменил меня. Убил напрочь во мне всю наивность безжалостно, резко. Открыл глаза на многие вещи. Разбил к чертям розовые очки. Меня до сих пор мутит, как вспомню то видео… И от мысли, что Карим касался меня. Как я не рассмотрела в нём монстра? Неужели он так хорошо скрывал свою сущность? Я вспоминала каждый наш момент вместе, каждое мгновение и не видела монстра. Если бы я не увидела весь кошмар на записи, то до сих пор бы думала, что Карим не способен на такие зверства… Хотя как он мог быть другим, если вёл бизнес с Дилявером…

Сделала глубокий вдох и постучала в дверь.

— Войдите,— услышала голос супруга с той стороны.

Осторожно открыла массивную дверь и прошмыгнула внутрь.

Амирхан сидел в кресле и смотрел на меня.

— Привет,— тихо поздоровалась.

— Ты как?— спросил он.

— Хорошо.

Когда он вот так смотрел на меня, все мысли просто улетали из головы. Амирхан пробежался взглядом по моему телу, и мне стало жарко.

— Хорошо, что ты зашла. Завтра утром мы вылетаем в другой город. Нашу семью пригласил на выходные один влиятельный человек. Отказать ему нельзя.

— А, хорошо,— только и могла из себя выдавить.— Мне нужно знать что-то еще? В смысле как вести себя, какие вещи взять?

— Просто будь рядом со мной или братьями. Ни с кем не общайся, а если и говоришь что-то, то очень тщательно фильтруй речь. Это очень опасные люди.

Я почему-то очень сильно напряглась от его слов, если сам Абрамов так говорит.

— Может, мне не ехать?

— Поедешь. Старик Равиль хочет увидеть мою молодую жену. И ты будешь выглядеть лучшим образом. Там ты будешь представлять нашу семью.

А вот теперь мне стало очень страшно. Я не хочу ничего из этого. Мне казалось, что я обязательно опозорюсь и тем самым посрамлю семью.

— Мне кажется, я не справлюсь,— прошептала я.

— Всё будет хорошо, Зара. Главное — не бери с собой это платье,— сказал Амирхан.

Я бросила на него недовольный взгляд и увидела, как он улыбается. Какой он красивый, когда улыбается. Как солнце. Больно смотреть.

— Всё остальное расскажу уже в самолете. У меня сейчас много работы,— это был очень толстый намёк.

Я осталась стоять на месте.

— Ты хотела что-то ещё?

— Да, я хотела поблагодарить тебя за телефон и возможность поговорить с девочками. Для меня это было очень важно,— я посмотрела ему в глаза и искренне произнесла.— Спасибо, Амирхан.

Мужчина молчал. Откинулся на кресле и клеймил меня взглядом.

— Подойди сюда, Зарина, и покажи, как сильно ты мне благодарна.

Дыхание сбивается, я замираю. А затем на негнущихся ногах, словно завороженная, подхожу к супругу. Он продолжает сидеть на кресле, а я становлюсь между его разведённых ног. Нервно сглатываю и не знаю, что делать дальше. Я хочу всего и сразу.

Он прожигает меня взглядом. Кидает вызов. Я чувствую себя сейчас дерзкой. Кладу руки на его плечи, наклоняюсь и целую его. Сама. Аккуратно пробую на вкус. Мягко надавливаю, провожу языком, наслаждаюсь вкусом. В лёгкие забивается запах Амирхана, и поцелуй становится более жарким, откровенным, порочным. Чувствую руки мужа под платьем, он сминает мою попку в своих ладонях, от чего из меня вырывается тихий стон. И супруг решает, что хватит, берёт контроль в свои руки. А мне нравится подчиняться ему, быть податливой.

Изо рта на выдохе срывается полувсхлип-полустон, когда он отодвигается от меня ровно настолько, чтобы стянуть с меня платье. Тело пронзает болезненным спазмом, а внутри нарастает такая жгучая, почти невыносимая потребность. В нём.

На мне нет лифчика, Амирхан трётся колючим подбородком по груди, кусает, а затем резко разворачивает к себе спиной. Секунда. И я прижимаюсь животом к холодной поверхности стола. Сердце стучит так гулко. Я хотела повернуться и посмотреть на мужа, но он кусает меня за шею, от чего по коже прокатывается неконтролируемая дрожь возбуждения. Я готова позволить делать с собой абсолютно всё. Послушно раздвигаю ноги, чтобы ему было удобно снять с меня трусики. А потом он грубой лаской проходится по моей промежности, а я уже теку. Жую губы до крови, изнемогаю от ожидания, когда же он окажется внутри.

Чувствую язык супруга на своей спине, он очерчивает каждый выступающий позвонок. А я закрываю глаза от наслаждения. Слышу, как расстегивается ширинка, и он нетерпеливым толчком заполняет меня изнутри. А мне так хорошо сразу, так ярко. Я упиваюсь этим моментом. В этой позе он ощущается совсем по-другому, особенно большим. Так мучительно глубоко. Его руки на моей талии, скорее всего, оставят следы, но мне мало. Прогибаюсь в спине, чтобы он входил ещё глубже. Амирхан подхватывает меня за ногу и закидывает на стол, открывая себе ещё больше доступа. Опускает руку вниз и начинает натирать мой клитор. Я закрываю глаза от наслаждения, с губ срывается его имя, словно заклинание. Я уже не сдерживаюсь, стону в голос, как какая-то порноактриса. Внизу живота скручивается знакомая спираль. Он долбит меня так сильно, что по кабинету разносятся шлепки тела о тело. Я вся превратилась в оголённый провод. Воздуха не хватает, несмотря на то, что я дышу и ртом, и носом. А на кончике языка щекочет признание. Я не могу держать его в себе. Я хочу сказать о своих чувствах. Прокричать о них.