Я тебя нашёл - Калисто ла Фей

Наверное, стоило переодеться, потому что взгляд принца бегал по моему телу, и от него, такого дикого, голодного, мне становилось очень жарко.

В Серебряном городе никто не обращал на меня внимания или обращал, почтительно поклонившись и отведя глаза, словно я была из правящих чинов. Возможно, потому что я много времени проводила с Иордином, и ангелы решили, что я его приближённая.

— Вдохни глубже. — Орион сжал мою руку, подхватил за локоть рыжего, тот в свою очередь сцепил руку с Малакаем.

Грудную клетку сжало. Стало нечем дышать. А потом мы материализовались над пропастью и полетели вниз.

Адреналин заполнил каждую клеточку тела. Чувство дикого восторга затмевало страх, воздух распалял мою грудь, и я визжала, как банши перед домом умирающего. Эмоции, что копились во мне, вырвались наружу, радость и веселье поглотили меня. Моя озябшая душа начинала просыпаться.

Мы провалились под толщу воды. Я немного потерялась в необычной для меня стихии, но тут Орион сжал мою ладонь и потянул меня вверх.

Я вынырнула из воды и стала хватать ртом воздух, чувствуя, как принц обхватывает одной рукой мою талию и притягивает меня к себе.

Барахтаясь в воде, пыталась поскорее убрать волосы с глаз. Моего лица коснулось дыхание Ориона. Распахнув глаза, увидела перед собой искрящийся счастьем взгляд. На несколько мгновений мы замерли, всматриваясь друг в друга, улыбка не сходила с моего лица.

Слева, в отдалении, послышалась бранная тирада Малакая. Смеясь и восхищаясь обилием оборотов речи, что знал колдун, мы поплыли в сторону берега.

Нас уже ждали мягкие полотенца, вино и фрукты.

Молодые люди шутили друг над другом и много смеялись. Я смотрела на них и… завидовала? Черта, что не должна быть присуща ангелу.

— Вы ведь демоны, — наблюдая за троицей, произнесла я, сама того не ожидая.

Три пары глаз посмотрели на меня, словно я сказала самую банальную вещь в мироздании.

Смутившись, я поджала колени и обхватила их руками.

— Небесным созданиям не дозволено испытывать эмоции, — чуть с надрывом, даже не говоря, а скрипя, выпалила на одном дыхании.

Просто как догма. Неужели я родилась с изъяном?

Орион подсел ко мне, обнял за плечи и нежно поцеловал в висок. По коже пробежались мурашки.

— Это естественно, как дышать. Не бойся, позволь эмоциям захлестнуть себя.

Я смотрела в бирюзу его глаз и верила.

Поцелуй на губах. Лёгкий, нежный, как глоток воздуха, Орион отстранился и выжидал.

Тепло разлилось по телу. Хотелось дышать полной грудью. Хотелось вдыхать запах его тела.

— Ещё! Можно ещё раз?

Глаза принца стали синими. Тёмными, глубокими.

Теперь поцелуй был требовательный. Орион подхватил меня под бёдра и притянул, усадив на себя.

Слишком близко. Слишком. Я пыталась отстраниться, упёрлась руками в твёрдую, как камень, грудь.

— Нет. Не бойся меня, я не переступлю черту.

Сделав глубокий вдох, посмотрела на принца и закрыла глаза. Я почувствовала, как руки аккуратно огибают мою талию и легко касаются спины. Горячий поцелуй вновь поглотил меня.

Дыхание сбилось, я отстранилась от Ориона, пытаясь набрать в грудь немного воздуха.

Делая глубокие вдохи, закрыла глаза и лбом уткнулась в его грудь. Какой приятный запах. Я хочу… я хочу чувствовать этот запах на себе. Всегда.

Стало смеркаться. Я достала из сумки кристаллик телепортации.

— Подожди. Сейчас будет самое красивое время.

Орион встал и предложил руку. Мы поднялись на возвышенность и сели на обрывистую скалу.

— Там красиво? — он лежал на спине и указывал в небо.

— Очень.

— Одиноко?

— Очень.

Я перевела взгляд с неба на принца. Он водил рукой вдоль моего позвоночника и смотрел на небосвод.

— Что ты хотел мне показать?

Он рывком поднялся и поднял меня. Подхватил на руки и подошёл к обрыву.

— Набери побольше воздуха, а когда окажешься под водой, то открой глаза.

С этими словами он шагнул в пропасть, и мы полетели вниз.

Нас поглотила толща воды. Сначала было темно. Постепенно черноту стали разрезать маленькие мерцающие голубые огонёчки. Не прошло и пары секунд, как вода вспыхнула мириадами голубых точек. Маленькие существа дёргались из стороны в сторону и окружали нас.

Ох, мироздание, как же красиво.

Орион подплыл ко мне и показал пальцем наверх. Мы стали всплывать. Я не успела вдохнуть воздуха, как губы накрыл поцелуй. Сильные руки подтянули, и я оказалась прижата к телу принца.

— Я боюсь тебя спугнуть, — прошептал он мне в губы, — но я обещаю, если ты от меня сбежишь, я найду дорогу на Небеса и прорублю путь до тебя, кто бы на нём ни встал.

Он не шутил, он был очень серьёзен.

— Поплыли на берег, тебе нужно возвращаться в Серебряный город.

Не хочу!

Как же мне хотелось застыть в вечности в эти секунды. Но Орион был прав, я не могу рисковать лояльностью Иордина, пусть даже сейчас в трёх мирах всё спокойно.

Когда мы прощались, Орион был напряжён, челюсть сжата, плечи скованны. Он поцеловал мою руку и предложил встретиться в следующее воскресенье.

Я согласилась.

* * *

Неделя тянулась медленно. Ничего не происходило в городе над облаками. Долгая жизнь длинною в вечность. Из года в десятилетие, потом в столетие.

В воскресное утро созвали собрание. Архангелы вещали о чистоте мысли и действий. Расспрашивали тех, кто спускается в мир людей.

Странно, но меня ни о чём не спросили.

Я смотрела на Иордина, его взгляд мазнул по мне и переключился на архангелов. Серьёзный, холодный — классика.

После окончания собрания мы прошли мимо друг друга в коридоре, на его мимолётное: «Всё в порядке?» я просто кивнула. Он проплыл, словно тень.

Уже вечерело. Я переместилась в Ойлистрей и стрелой вылетела из ворот храма. Влетела в кого-то. Меня окольцевали руки и на ухо прошептали: — Я уже и не надеялся.

— Орион!

Грудь сдавило, дыхание спёрло. Он не побоялся переместиться из мира людей.

Почувствовался запах морской соли. Я открыла глаза. Мы стояли на вершине маяка, впереди простиралось море, сзади бесконечная зелень.

— Где мы?

— Очень, очень далеко, моя голубка.

На мои плечи лёг шерстяной вязаный плед.

Орион был похож на зверя в прыжке; плечи скованны, взгляд напряжённый, челюсти сжаты.

Он смотрел в одну точку, в мои глаза. Я кивнула и за секунду оказалась прижатой к твёрдой поверхности каменного маяка.

Его руки