Измены - Инна Инфинити

Через 20 минут спускается Аня и садится ко мне за столик.

— Так быстро совещание прошло? — удивленно спрашиваю.

— Отменили. — Жена тянется к моей кружке кофе и делает глоток.

— Почему?

— Не знаю. Но это даже хорошо. Я подумала и решила, что моя презентация — это полная туфта.

Аня облокачивается на спинку стула и прикрывает глаза. Вид у нее уставший.

— С тобой все в порядке? Тебе что-нибудь принести?

— Меня то ли тошнит, то ли голова кружится. Не могу понять. — Открывает глаза. — Можешь принести мне йогурт и черный чай?

— Да, сейчас.

Когда я возвращаюсь к Ане, она все так же с закрытыми глазами. Ставлю перед ней еду и сажусь напротив.

— Ты не заболела?

— Нет. Может, перегрелась вчера на солнце.

Она делает глоток из кружки.

— Почему ты говоришь, что твоя презентация — туфта?

— Потому что все это наши конкуренты уже давно реализовали. Ну вот правда, Юр. Уже давным-давно все нормальные нефтегазовые компании делают отчисления во всякие там «Гринписы». И вот мы сейчас на курам на смех после всех наших конкурентов тоже начнем это делать. И программы лояльности на заправках тоже у всех есть: накопительные карты, баллы, скидки от партнеров и вот это все. Если мы не внедрили это 10 лет назад, когда это делали все, то сейчас уже нет смысла запрыгивать в последний вагон уходящего поезда.

Аня не в духе. Она всегда очень близко к сердцу воспринимает сложности на работе.

— И что ты тогда будешь предлагать руководству?

— Я не знаю, — раздражается. — Надо придумать что-то такое, чего нет ни у кого из конкурентов. Вот тебя как автолюбителя, что больше всего беспокоит?

— Пробки и отсутствие парковок, — отвечаю, даже не задумываясь.

— Значит, надо двигаться в этом направлении.

— Как ваша нефтегазовая компания может решить вопрос пробок и отсутствия парковочных мест в Москве? Вы же не мэрия.

— Надо что-то придумать.

Я тихо смеюсь, решая больше не спорить с Аней.

— Детей видел? — спрашивает через какое-то время.

— Да, сходил посмотрел их номер. Спят. Андрей даже не один.

— А с кем? — удивляется.

— С девушкой какой-то. Ты не знаешь, он курит?

— По-моему, да. Я чувствовала от него запах сигарет.

— А почему я об этом не знаю? — злюсь.

— Потому что ты сам куришь и не чувствуешь эту вонь от других людей.

Я молчу, переваривая информацию. С одной стороны, конечно, Андрею 20 лет, но с другой…

— Что будем сегодня делать? — решаю перевести тему.

— Давай съездим куда-нибудь.

— Куда?

Аня задумывается, смакуя во рту греческий йогурт.

— Тут недалеко есть пляж — местные Мальдивы.

— Ну давай туда, — соглашаюсь.

Через час мы с Аней выезжаем из гостиницы и направляемся на так называемый пляж Вулизма. На мгновение мне начинает казаться, что дети правы и особого смысла кататься по острову нет. Юг мне вчера не сказать, что очень понравился, а дорога отняла прилично времени и сил.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Вулизма оказывается очень популярным местом. Это сразу можно понять по количеству машин на парковке. Как в Москве. Еле пристроив наш автомобиль, мы переходим дорогу и оказываемся у ступенек, ведущих вниз к морю. Я на секунду останавливаюсь полюбоваться прекрасным видом: лазурная вода, горы и, кажется, белый песок, что для Крита не характерно.

Мы спускаемся по разбитым ступенькам, проходим бар, битком набитый молодежью, дальше еще по ступенькам и оказываемся на пляже, на котором яблоку негде упасть. Шезлонги и зонтики чуть ли не друг на друге, всюду шум, орут дети, официантки из бара, что выше по ступенькам, разносят напитки. Но зато песок, а не камни, и пологий вход в море.

Аня занимает нам два лежака под одним зонтом, пока я их оплачиваю и сразу заказываю холодные коктейли. Настроение у жены так и не улучшилось, всю дорогу она молчала и дремала на переднем сиденье. Сейчас же она сбрасывает с себя сарафан и направляется в воду.

Непроизвольно провожаю взглядом ее фигуру. Несмотря на возраст и двоих детей, Ане удалось остаться стройной, а последние лет пять она активно занимается спортом.

Целый день мы валяемся на этом пляже. Обращаю внимание, что Анин телефон не звонит, сообщения тоже не приходят, и я лишний раз убеждаюсь, что правильно поступил, отправив ее любовника в черные списки. А судя по тому, что Аня это еще не обнаружила, сама она ему не писала и не звонила, что, собственно, только доказывает ее реальное отношение к нему.

— Этот пляж чем-то напоминает Таиланд, — Аня задумчиво смотрит на него из бара, в котором мы ужинаем перед возвращением в отель.

— Ты разве была в Таиланде? — удивляюсь ее сравнению.

— Я не была, но фотографии в интернете видела. А ты был? — и она внимательно на меня смотрит.

Я застываю с поднесенным ко рту бургером и не нахожусь, что ей ответить. Я был в Таиланде один раз с Олесей. Мы ездили туда год назад, она предложила. Ане я тогда сказал, что уезжаю в командировку. У нас с ней негласное правило: когда мы едем куда-то с любовниками, друг другу говорим, что отправляемся в поездки по работе.

Жена не сводит с меня глаз в ожидании ответа.

— Так был или не был? — настаивает.

— Почему ты спрашиваешь?

— Ты сначала ответь, потом я тебе скажу, по какой причине интересуюсь.

Судя по всему, Аня знает, поэтому нет смысла врать и скрывать.

— Был год назад.

Жена фыркает, а затем слегка смеется.

— В чем дело? — теперь я наступаю.

— Целый день думаю о нашем вчерашнем разговоре. И знаешь, развод — это то неизбежное, что нас с тобой ждет.

— Почему? Потому что я был год назад в Таиланде? Почему тебя это вдруг беспокоит?

Аня отворачивается к морю и морщит лоб, раздумывая, что мне ответить. Мне же вдруг становится интересно, откуда ей известно, что я ездил с Олесей в Таиланд.

— Меня это совсем не беспокоит, — наконец, говорит и поворачивается ко мне.

Она целый день сегодня без настроения и явно ищет повод поругаться. Но этого не будет.

— Поехали в отель. — Я поднимаюсь с места, и жена послушно встает следом за мной.

В машине по дороге до гостиницы мы молчим. Греческая музыка мне не нравится, поэтому я не включаю даже радио. На территории отеля, как и вчера, шумно и весело. Я сразу