Маэстрине некогда скучать - Милена Валерьевна Завойчинская

Детские одежки и все купленные упаковки одноразовых подгузников. Не бросать же такую полезную штуку. А вот коляску магистр не разрешил взять. Жаль, очень уж удобная, хотя и купленная с рук по объявлению у девушки через пару домов. Очень удачно нашлось необходимое на сайте барахолки.

И книги, но только по саморазвитию и повышению навыков и умений. Те, которые могли мне помочь в преподавании. Из художественных — только два иллюстрированных подарочных издания русских народных сказок. Они были настолько прекрасны, что я купила их, невзирая на дороговизну, только ради картинок. Но так ни разу и не читала.

Вроде и взяла всего ничего, а большой чемодан оказался забит под завязку. А рядом еще огромный хозяйственный синий баул и пакет с картиной.

— Я готова, — сообщила демону, сидевшему на диване и негромко общавшемуся с внуком. — Сейчас только технику и холодильник отключу. Ой! Продукты! Все же испортится.

— Ладно уж, бери скоропортящиеся продукты. Пронесу, — философски вздохнул магистр Эррадо.

Пришлось выгрести все из холодильника и морозилки. Так как я в основном заказывала готовую еду, то оказалось не так уж и много. Кофе, чай, какао, сладости и вкусняшки, это я тоже забрала. И новый мешок с собачьим кормом. Не оставлять же, он стоит как будто из золота приготовлен.

Несколько писем друзьям и знакомым, отметить в соцсетях у себя на стене, что внезапно уезжаю в путешествие, где не будет цивилизации и выхода в интернет. Вернусь — напишу. И… все.

Как мало у меня оказалось того, что я готова взять с собой в другой мир. А ведь, казалось бы, целая квартира мебели и вещей.

Я переоделась в длинное вечернее платье, которое могло сойти для первого появления в мире магии. Тут-то оно элегантное вечернее, а там вполне себе повседневное, даже излишне простое и лаконичное. Обулась в туфли на шпильках. Накинула любимый норковый полушубок. Помнила, что в Одимене пока что тоже еще не лето. К тому же Мариэлла его и не доставала даже из чехла, значит, ей он и не нужен.

Потом аккуратно вынула из постели спящую Софи, укутала ее в плед и взяла на руки.

— Мы готовы. Гриша, к ноге.

— Марсалис, идем, — велел демон внуку.

Встал с дивана, легко подхватил неподъемные для меня сумки и чемодан.

Переход прошел незаметно и буднично. Два шага, и вот я уже в стенах кабинета ректора академии Изнанки.

Его владелец невозмутимо сгрузил мой багаж на пол, мне жестом указал на кресло, чтобы не стоять с малышкой на руках.

— Марсалис, ты домой. Там мама с папой с ума сходили все это время. Мари, побудь здесь.

Демоны исчезли, а я огляделась и, вместо того чтобы сидеть с Софи на руках, положила ее в кроватку, все так же стоявшую на прежнем месте. Ничего не изменилось, словно и не отсутствовала я почти три месяца.

Софи не проснулась, продолжая сладко посапывать. А я прошлась по кабинету, постояла у окна, любуясь на жуткий в своей инаковости и чуждой красоте мир демонов.

За спиной щелкнул замок, я обернулась и встретилась взглядом с парнишкой-студентом. И я его даже помнила, это вроде бы четвертый курс.

— А магистр ректор? — начал демон, сбился, уставился на меня пристально, почесал правый рог и вдруг расплылся в белозубой улыбке: — Приветствую вас, маэстрина Мари. Вы вернулись? Снова будете вести у нас пары?

— Вернулась, — тоже улыбнулась я. — Буду.

— А вы по-другому выглядите, знаете, да? — сообщил он заговорщицки. — Ой, в смысле… Ну… Но вы сейчас тоже очень красивая. И светлые волосы, совсем как у вашей дочки. Ну, я пойду?

— Идите, — разрешила я.

— Всего доброго, маэстрина.

Студент убежал и, уверена, уже сегодня вся академия Изнанки будет в курсе, что маэстрина вернулась, но выглядит теперь иначе, и что снова начнутся лекции.

Но я ждала совсем другого человека. Пришел, однако же, не Артур, а магистр Эррадо.

— А где?..

— В Университете, разумеется. Еще не хватало, чтобы тут ходили все, кому ни вздумается. Ты-то, Маша, почти родственница. Так, готова?

— Не знаю. К чему?

— А! Чуть не забыл. Ох, дети-дети, натворили дел. Гоняете приличного немолодого демона, словно мальчишку! — ворчливо пожаловался он, подошел к кроватке и вытащил спящую Софи. — Ребенка к деду. А то старик Нобль раньше времени к предкам отправится, шутка ли, единственная родная кровь пропала.

— Но… — добавить я ничего не успела, демон снова исчез.

— Да что ж такое-то! — всплеснула я руками.

Впрочем, ожидание было недолгим.

— За мной! — скомандовал магистр Эррадо, подхватил меня под локоток и утащил в портал.

За спиной жалобно вякнул и обиженно взвыл Гришка, которому демон строго скомандовал:

— Ждать!

Я вообще ничего не успела сказать, решив, что перестану даже пытаться понять, что происходит. Явно ведь все идет по какому-то неизвестному сценарию, и мне остается только влиться в действо и попытаться не налажать.

Мы вышли в холле главного корпуса. Пока было пусто, но быстрый взгляд на огромные настенные часы показал, что вот-вот закончатся пары и студенты вывалятся из аудиторий.

— Так, ну все. Иди к своему жениху, Маша, а мне некогда. Еще предстоит проложенный путь закрепить, с внуком разобраться, невестке выговор устроить.

— Спасибо, магистр Эррадо, но мои вещи и Гриша…

— Потом. Некогда! — бросил он и исчез.

— Ну зашибись! Ладно…

Я осмотрелась, пытаясь оценить изменения свежим взглядом. Вроде все так же. Только ощутимо теплее, чем когда я отсюда исчезла. Весна заканчивается…

Звонок окончания пары застал меня на полпути к ректорскому кабинету. От такого знакомого и родного сигнала я даже улыбнулась. Как же хорошо вернуться сюда. Правда, предстоит решить, как жить дальше, но уверена, можно что-то придумать. Магического дара у меня нет, он принадлежал Мариэлле. Но есть ведь должности, где магия не обязательна.

Студенты начали вываливаться из аудиторий, коридоры заполнились, и мне пришлось замедлить шаг. Заодно я осматривалась, искала знакомые лица, вслушивалась в реплики. Я же их всех знаю, не всех помню по именам, но…

Я даже забыла, куда шла, так увлеклась. Приветливо улыбнулась и кивнула одной немолодой даме в старинном наряде, которая вышла из стены, пересекла коридор и вошла в другую. Прошла еще несколько шагов по инерции и только тогда осознала: это был призрак. Я только что увидела привидение. Я, Мария Каменева, в своем родном теле. То есть все-таки умение видеть духов — это мое собственное? Не от Мариэллы? Однако…

Тут меня кто-то чуть не сшиб с ног, провернул вокруг оси, в последний момент подхватил, не дав упасть на пол, и поставил на ноги.

— Ох! Приношу глубочайшие извинения, мадам! — приложив руку к груди, поклонился студент.

А я поправила волосы, перекосившийся ворот и ворчливо посетовала:

— Вебер, вы бы лучше так на лекции бежали, чем с них! Не говоря уж о том, что сами прекрасно знаете: вам стоит подтянуть закон сохранения энергии при перегонке… — Тут до меня дошло, что я говорю и кому. И в каком я виде.

Я резко захлопнула рот. А Люсьен Вебер от знакомых интонаций сначала состроил привычное виноватое выражение лица, с которым обычно слушал все мои выговоры по хвостам в учебе, но к тому мигу, когда я оборвала фразу, и он осознал. Мы застыли, глядя друг другу в глаза, а потом парень оторопело спросил:

— Маэстрина? — Поморгал и добавил: — Да чтоб я сдох! Маэстрина!

— Где⁈ — спросил кто-то за моей спиной.

— Народ! Маэстрина вернулась! — заорал вдруг во все горло Люсьен.

— Вебер, не… — попыталась я дать задний ход и сбежать, но куда там.

Легче было бы остановить цунами, чем студентов. Вопль пятикурсника пронесся по коридору и его тут же подхватили, и народ начал разворачиваться и двигаться в нашу сторону.

— Люсьен, я прибью вас! — простонала я и заозиралась в поисках путей отступления. — Нас сейчас затопчут!

— Где маэстрина⁈ — раздвигая толпу, словно ледокол, к нам пробирался Жак Диппель. Вот уж этот высоченный и широкоплечий парень легко прошел бы где угодно.

Я нервно обернулась, а четверокурсник уже пробился к нам, причем не рассчитал и немного задел меня локтем, отчего я чуть не улетела в сторону.

— Диппель, вы в своем репертуаре! Зашибете же! — вырвалось у меня, и я прикрыла рот ладошкой. Черт, прямо вот мои интонации, но из другого тела.

А Жак уже таращился на меня и расплывался в улыбке:

— Да чтоб мне шерстью обрасти! Маэстрина,