Только не Ты - Евгения Кирова

Мама у себя в комнате сидит с сосредоточенным видом в планшете, обложившись своими записями.

— Мамуля, что делаешь? — верчусь возле стола.

— Выбираю подарки вам на выпускной, — она поправляет очки на носу.

— Покажешь?

— Нет. Ведь тогда не будет сюрприза.

— Ну ладно, — честно говоря мне вообще без разницы, что там будет.

— Я хотела поговорить по поводу Максима, — сажусь за стол напротив мамы, чтобы привлечь её внимание.

— Нечего тут разговаривать. Он тебе не пара.

— Кто это решил? — пытаюсь говорить спокойно и без эмоций. — Давай обсудим все, как взрослые.

— Мне, как матери виднее, что лучше моему ребенку. Достаточно взрослый ответ?

И все таки я взрываюсь. Хочется так много всего высказать, но это противоречит моему решению.

— Почему ты никак не хочешь увидеть — я выросла и наконец начала ориентироваться в своих желаниях. И мне так нужна поддержка.

— Если бы ты встречалась с сыном судьи — другой вопрос. Я была бы первой, кто тебя поддержит.

Она говорит про Ястребова. Почему именно про него? Я же никогда не рассказывала про наши отношения.

— Ты и это знаешь?

— Недавно узнала, — она снимает очки и устало трёт переносицу. — И была очень расстроена. Ты забыла все, чему я тебя учила.

— Опять Света? — выдвигаю догадку.

Вот я дура. Ещё жалела её. Мучилась угрызениями совести. Переживала, что так некрасиво поступила.

А она так просто и легко сдала все мои секреты. Что еще она рассказала маме?

— Она хотела как лучше для тебя.

— Можешь не рассказывать. Знаю, чего она хотела.

— Алена, я в любом случае запрещаю тебе встречаться с Бондаревым? Ну какое у вас будущее?

— Не знаю, пока не думала так далеко, — вру я. Конечно, у меня много своих сомнений на этот счёт. — Начнём с того, что пойдём учиться.

— И кем будет твой Максим? Физруком в школе? С зарплатой, на которую ты даже не сможешь купить себе нормальный гардероб. Не обманывайся. Ты привыкла к дорогим вещам, хорошему отдыху. А с ним что? Поедете на речку после окончания школы кормить комаров?

Мама говорит усталым голосом.

— И поеду!

— Ну да. У вас же была запланирована поездка в Эмираты. Ястребов, насколько я знаю тоже едет. Папа уже внёс аванс за тебя.

— Я не поеду, — поднимаю выше голову. Я совсем забыла об этом. Старая традиция выпускников нашего лицея ехать куда-нибудь за границу после окончания. Конечно, Макса там не будет.

— Алена, не смеши. Вы расстанетесь через месяц после выпускного, вот увидишь. Ты первая придёшь ко мне плакать.

— Вот значит как? Ещё посмотрим.

Я выхожу из комнаты. Мне бы хотелось поехать вместе со всеми, но сильно сомневаюсь, что у Максима хватит денег заплатить за все. Судя по всему у него нет даже загранника.

Ничего страшного. Поедем с ним вместе в следующем году, или позже.

В словах мамы, конечно есть доля правды. Тяжело отказываться от всех благ, когда уже знаешь, что это такое.

Я гоню плохие мысли в сторону. Не сработал план А, переходим к плану Б.

Спускаюсь на кухню, чтобы приготовить важной части моего плана перекус.

— Папочка, я сделала тебе чай, — осторожно стучусь в кабинет.

— Заходи.

Он сидит за столом, уткнувшись в ноутбук.

— И бутерброды? — папа радостно смотрит на тарелку. — Вот спасибо.

— Как у тебя дела? — ставлю поднос на стол и сажусь рядом.

— Хорошо.

— Как на работе? Что нового?

— Готовим отчетность по первому кварталу. Говори, что хотела? Ты же не просто так пришла.

— Хотела попросить, чтобы ты поговорил с мамой по поводу Максима. Знаю, он вам не нравится, — вижу, что папа собирается возразить, поэтому спешу закончить мысль. — У него были в прошлом проблемы. Но сейчас все по другому. Он старается, учится, играет в баскетбол, планирует поступать в институт. Так что все не так, как вам кажется.

— Ну если планирует поступать — это сразу меняет дело, — он улыбается и делает глоток чая. — Ты уверена, что этому парню можно доверять?

— Я же доверяю. Он никогда не обманывал и не подводил меня.

— Ладно. Попробую.

— Спасибо. Может вы познакомитесь поближе?

— Алена, ты же знаешь маму. Если она что-то решила, её сложно переубедить.

— Знаю, но это было бы так здорово, — лезу к папе обниматься. — У меня скоро выпускной, мне восемнадцать лет, неужели я так и не смогу самостоятельно решать с кем мне встречаться, с кем нет?

— Алена, ты для меня всегда останешься маленькой девочкой, с которой мы вместе делали поделки в школу. Ты же помнишь то время?

— Конечно, — я с теплотой погружаюсь в свои воспоминания, когда мы вдвоём сидели на кухне и клеили осенние листья, рисовали тематические картинки. Мама н когда этим не занималась. Всегда находились дела поважнее, а вот папа с удовольствием мне помогал.

— Ну вот. Мама тоже хочет тебе добра.

— Нет. Она хочет подавить меня, сделать второго…

Не договариваю фразу. Ведь дальше будут обидные для него слова. Она ведь уже подавила папу и теперь пытается сделать тоже самое со мной.

— Иди, сделаю, что смогу, — папа снова утыкается в ноутбук. Он все прекрасно понял, но ничего не возразил.

Я уже собираюсь уходить, когда вспоминаю, что папа ведь уволил свою помощницу, а новой я так ни разу и не видела, что странно.

— Пап, а кто вместо Ульяны?

— Я пока не нашёл замену, — он как-то резко отводит глаза.

— Ты не уволил её? — кажется, я попадаю в самую точку. На моей памяти такое в первый раз. Он делает по своему, без маминого вмешательства, правда скрывая ото всех. Только так можно иметь свое мнение в нашей семье. Впрочем, в этом мы с ним похожи. У меня ведь тоже свой секрет.

— Я не выдам.

— Спасибо, Аленушка.

Закрываю дверь в кабинет, теперь остаётся ждать результата. Очень надеюсь, что скоро все поменяется. А пока придётся воспользоваться маршрутом, который показал мне Максим.

Глава 39

Переодеваюсь в форму. Я спокоен и собран. Это финал. Последняя игра.

Почему-то в памяти отложился первый урок физры в лицее. А ещё глаза Богдановой, когда она увидела меня в тот день в классе. Этот испуг я не забуду никогда. Непроизвольно улыбаюсь. Все, что связано с Аленой вызывает только улыбку, даже ее невыносимое поведение.

— Бондарев, ты чего лыбишься? — Ястребов толкает меня в бок. Он злится и бесится. Причина понятна. Мажор, весь из себя, а выбрали не его, а какого-то бедного чувака.